Оператор Б

Ли Эдвард

– Мне нужен шлем CVC, - сообщил Венц Джонсу, - для связи.

– Нет, не нужен, сэр, - ответил Джонс.

Ещё один силуэт показался из света перегородки. Это была Эштон, одетая в тот же коcтюм, что и Венц.

– Вы летите?
– спросил Венц.

– Без обид, сэр, - сказала она.
– Вы можете быть лучшим пилотом в мире, но, учитывая, что вам предстоит путешествие на шестьдесят пять миллионов миль, вам может понадобиться офицер связи.

– Круто, что вы со мной, - Венц протянул руку в перчатке к ОВТС.
– Запрыгивайте!

Венц

поднялся по трапу корабля. Он хлопнул по внешней пресс-панели. Верхний люк с шипением открылся.

– Давайте проверим, что эта инопланетная банка может, - сказал Венц.

«« - »»

– Чарли-Оскар, это Джона-Один. Запрашиваю разрешение на взлёт.

Люк наверху закрылся. Яркое небо сверкало впереди.

– Принял, Джона-Один. На горизонте чисто.

К чёрту, всю эту херню, - подумал Венц.

Его руки оказались в фиксаторах, он вывел ОВТС из входа в ангар... и исчез.

– Пора сделать это, - сказал он.

Мимо проплыли облака, а затем и остальная атмосфера. Спустя несколько мгновений они погрузились в звёздное пространство.

– Это я, или эта штука с каждым разом всё быстрее летит?

– Да, сэр, - ответила Эштон, - хотя мы не выдвинули технически обоснованную гипотезу относительно того, почему это происходит, но это так.

– В первый раз, когда я поднялся наверх, мне потребовалось намного больше времени, чтобы выбраться из атмосферы, - заметил Венц.

– И, может быть, вы не обращали внимания, но ваше второе путешествие на Луну длилось вдвое меньше, чем первое.

– Я не могу понять. Нет ни дроссельной заслонки, ни расхода топлива, ни регуляторов скорости...

– Это всё в вашей голове, - заявила Эштон.
– Это наше предположение, сэр. Генерал Фэррингтон испытал то же самое. Каждая экскурсия в созвездие Альфа Центавра требовала меньше лётных часов. Возрастание уверенности оператора, наверное, связано с этим, да и общее ознакомление тоже. Чем больше полётов на ОВТС, тем больше у вас ощущений от его функции. Чем больше вы его узнаёте, тем быстрее он летит.

Венц нахмурился.

– Похоже, вы говорите мне, что у меня отношения с космическим кораблём.

– В некотором смысле, сэр, да. Когда вы кладёте руки на фиксаторы, вы соединяетесь с транспортным средством, вы становитесь его частью. Учитывая сложность задействованных технологий, будет правильно сказать, что вы связаны с каким-то системологическим аспектом мастерства.

– Я связан, да? Думаю, это лишь вопрос времени, когда я начну покупать розы.

Эштон оставалась серьёзной.

– Подумайте об этом, сэр. Это имеет смысл. Система наведения и движения, которая подключается к мыслительным процессам оператора? Когда вы становитесь частью корабля, само собой разумеется, что он становится частью вас.

Венц не знал, согласен ли он с этим и предпочёл об этом даже не думать. Сам факт того, что он пилотировал

корабль, созданный инопланетной расой, было достаточно сложно принять.

К этому моменту он понял, что чисто сфокусированной мысли было достаточно, чтобы ОВТС продолжал двигаться по базовой траектории. Ему не нужно было постоянно держать руки в фиксаторах.

Венц убрал руки с панели и потянулся за перчатками.

– Вам не нужно этого делать, сэр, - сказала Эштон.
– Не из-за меня.

– Да? А как насчёт меня?
– он огрызнулся и натянул рукавицы.
– Вы когда-нибудь думали об этом?

– Генерал, если вам неудобно держать руки...

– О, да, это правильное слово. Неудобно. Возможно, ужасно. Возможно, отвратительно. Я урод, полковник Эштон.

– Нет, это не так, - голос Эштон был холодным, каменным.
– Вы лётчик-испытатель ВВС ограниченного состава. Ваша задача - выполнять свой долг перед своей страной. Вы знали свои обязанности, когда становились им. Вы приносили жертвы в прошлом, и вы принесли жертву сейчас. Я тоже принесла жертву - чтобы оказаться в таком положении. Все мы. Так что хватит ныть о своих руках.

Венц оглянулся.

– Ныть?
– он не мог в это поверить.
– Вам легко говорить. У вас десять пальцев, а у меня только шесть!

– Вы ноете, сэр...

– Я вижу, что наше путешествие на Марс начинается отлично.

– И вы ставите под угрозу целостность миссии.

– Как это... под угрозу?

Тот же холодный голос ответил:

– Позволяя себе прятать руки, стесняясь их, вы потенциально портите своё психическое состояние. Ваше психическое состояние управляет ОВТС. Если вы подавлены, застенчивы или раздражены, эти негативные эмоции могут отразиться на эффективности и функционировании корабля.

Венц собирался возразить ей... но потом он поймал себя на мысли, что она сказала.

Прошло несколько мгновений.

– И вы, возможно, захотите знать, сэр, - завершила Эштон.
– Генерал Фэррингтон был достаточно дисциплинирован, чтобы не стесняться своих рук.

Венцу это не нравилось, но он также знал, что она делает.

Сука, психология.

Она сравнивала профессионализм Фэррингтона с его.

Он расстегнул кожаные рукавицы и сбросил их.

– Кому вообще нужны перчатки?
– затем он слегка ей улыбнулся.
– Жалко, что я не могу показать вам средний палец...

«« - »»

– Так что у вас за история?
– спросил Венц позже, когда их настроение улучшилось.
– Есть муж, дети?

– Нет, сэр.

– Дайте угадаю. Парень из ВВС, да?

– Нет парня, - ответила она.
– Вся эта картина... это не для меня. Не хватает времени и на отношения и на службу. Кроме того, это не в моём стиле.

– Большая, плохая девочка из ВВС со сверхсекретным допуском - это ваш стиль?

– Думаю, что да, сэр.