Опустошители
Шрифт:
— Увидимся в Брэндоне, — сказал я деловым тоном. Ни малейшей уверенности, что лед меж нами растаял под огнем взаимных ласк, я не чувствовал.
— Ты, — произнесла Элен Хармс, — наверняка посчитал меня дешевой маленькой шлюшкой.
Она повернулась и посмотрела мне прямо в глаза. Начала неторопливо застегивать распахнутую сверху донизу рубашку. Следовало полагать, по соображениям опрятности, а не застенчивости. Нам уже незачем было стесняться друг друга.
Я вздохнул:
— Куда ни кинь — везде клин. Ежели с тобой отказываются переспать — наверняка брезгуют!
Элен полагалось бы вспыхнуть, однако девушка лишь ухмыльнулась:
— Мерзкая у нас работа, милый. Ты, разумеется, повял: как только распрощаешься и выйдешь — я не медля возьму стакан, из которого угощался Клевенджер, и отправлю на дактилоскопическую экспертизу.
— Умница! — прыснул я. — Принимаю душ и придумываю: как бы украсть бутылку шотландского виски с отпечатками любимых пальчиков и воспользоваться походной лабораторией? А потом переслать снимки начальнику. Босс имеет кой-какие связи в столице и сумеет определить настоящее имя некоей мисс Хармс.
— Возможно, и сумеет, но только с моего разрешения, — улыбнулась Элен. — Даю голову на отсечение, Майку Грину это удалось давно... Только Грин орудовал хитрее. Бери бутылку да не вздумай вылить содержимое наземь, иначе официально обвиню в преступлении. Дэйв...
— Да?
— Постель — одно, а работа — совсем иное... В нашей области. Понимаешь?
— Нет.
— Нравишься ты мне или нет — роли не играет. И, если ты не частный детектив из Денвера, как утверждаешь, пожалуйста, поскорее прыгай в маленькую свою машинку и побыстрее удирай. В любую сторону. А то ведь ничего не останется, кроме крохотного мокрого пятнышка на асфальте. С пометкой: “бывший Клевенджер”.
Говорила она очень серьезно и, стоя в одной рубашке, порозовевшая, живописно растрепанная, казалась по-настоящему хорошенькой.
— Девочка, — мягко возразил я, — это же крамола чистейшей воды! Красной пропагандой отдает и пахнет коммунистической диктатурой! Большое, свирепое правительство заграбастало себе все, а бедный, маленький частный детектив не имеет права заработать несколько необходимых, вожделенных, честных долларов? Да я сенатору своему пожалуюсь!
Наклонившись и тронув Элен за подбородок, я заставил ее поднять лицо. Легонько чмокнул в губы:
— Увидимся в Брэндоне.
Просто мимолетное, игривое прощание мужчины с девушкой моложе, чем он сам. Насколько именно моложе, умолчу: Элен можно было дать на вид около двадцати пяти.
— Элен, — тихо сказал я. — О, Елена Прекрасная, о несравненная причина Троянской войны...
— Перестань. Зачем насмехаться?
— Ив мыслях не имел. Между прочим, Елена, самое время научиться тщательно замыкать входную дверь. Майк научиться не успел.
Девушка ухмыльнулась не без горечи:
— А чем повредит кислота моей очаровательной физиономии?
— Видишь ли, физиономия у тебя какая ни на есть, а наличествует. Майка же похоронят вовсе безликим. Вздохнув глубоко и сердито, Элен сказала:
— Гостиница “Лосиная Голова”. Домик четырнадцать.
— Помню, — ответил я и вышел вон из комнаты.
Низкие,
Новости были воистину мерзостны, зато любопытны. К югу от канадской границы взорвался в воздухе пассажирский самолет. Бомбардировщик американских ВВС по небрежению метнул несколько тонн взрывчатки в стороне от испытательного полигона. Два торговых корабля столкнулись на рейде. Военный флот США объявил, что пропала без вести атомная подводная лодка. В Мексике рухнул с горного обрыва рейсовый автобус. В Монреале взорвали динамитную бомбу — предположительно, франкоязычные террористы. Международная политическая арена как водится, кишела клоунами вперемешку со львами, тиграми и неумелыми укротителями. Ни малейшего касательства к моему заданию вся эта галиматья не имела. Пока, Ибо я и сам не знал, в чем задание заключается.
Ага, вот еще сообщение! И уж тут я нахмурился. Из тюрьмы в Брэндоне бежали двое преступников.
Последний пункт касался меня прямо и непосредственно. Ибо каждое шоссе отныне будет кишеть полицейскими, соглядатаями всех мастей, дорожными заслонами. Хоть бы скорей изловили эту парочку! Чем бы ни привелось промышлять в Канаде, лучше орудовать, когда законники не держатся настороже и во всеоружии.
Вкратце упоминалось и о трупе, найденном в одном из регинских мотелей. Гражданин Соединенных Штатов, Майкл Грин покончил с собой, проглотив смертельную дозу снотворного...
Скромной особой покорного слуги, похоже, никто не интересовался. Я тронул машину с места. “На хвосте” никто не повис. У ближайшей заправочной станции, торговавшей горючим “Белая Роза” — безумное название для бензина — отыскался общественный телефон. Я поднял трубку, не без сочувствия глядя, как мокнет под начавшимся дождем верный маленький VW.
— Приблизительно пять футов два дюйма ростом, сэр. Весит около ста десяти фунтов. Черные волосы. Глаза — серые. Шрам, оставшийся над вырезанным аппендиксом. Также — маленький полукруглый шрам на внутренней стороне правой ляжки...
Что-то я позабыл. Что-то ускользнуло при перечислении примет...
— А! В детстве на славу перехворала оспой. Лицу досталось очень крепко и неисправимо.
В двух тысячах миль от меня раздался язвительный ответ Мака:
— Вы исследовали даму весьма дотошно, Эрик. И безо всякой необходимости. Мы уже проверяли мисс Хармс по настоянию Грегори. Она действительно федеральный агент.
— Великолепно. Только не могу же я верить незнакомке на слово. Даже забрал бутылку с отпечатками пальцев, но теперь займусь не поверхностью тары, а содержимым. Кстати, вы сообщили канадцам зубную карту Грегори? От лица, в сущности, ничего не осталось, от обеих кистей — тоже. Кто-то мог оказаться неимоверно хитер.