Орхидея
Шрифт:
— Что?
— Записи об оплаченных счетах.
Десять минут спустя он нашел то, что искал, в одном из незапертых картотечных ящиков рядом со столом секретаря. Удовлетворение пробрало Рафа до самого нутра, когда он нашел папку, помеченную «Уиллис, T.». Внутри ее хранился частично заполненный список счетов.
— Нам повезло. Кто бы ни забрал историю болезни Тео Уиллиса, он забыл про финансовый отчет, — сказал Раф.
— Или не думал, что в этой папке что-нибудь важное. — Орхидея изучила список, вытащенный Рафом из ящика. — В конце концов,
— Но это и есть наше доказательство. Тот факт, что исчезла медицинская карта Уиллиса, означает, что кто-то — вероятно, сам Остин — не хотел, чтобы мы могли связать Тео с этим офисом.
— Другими словами, то, что записей на Тео нет, говорит нам больше, чем если бы мы нашли их.
— Именно. Знаешь, сдается мне, ты уже приобретаешь навык в расследованиях.
— Я же говорила, что у меня к этому талант.
Раф просмотрел список платежей.
— Два месяца лечения. Это соответствует тому, что мы видели в его календаре. В течение двух недель до своей смерти он приходил на прием по пять раз в неделю.
— Бедный Тео. Он, по всей видимости, был действительно в плохом состоянии, если очутился здесь.
— Похоже на то. — Раф начал убирать список счетов обратно в ящик. Что-то зацепилось за край папки. Раф перевернул ее и увидел приклеенный маленький розовый листок.
— Что это? — Орхидея поднялась на цыпочках, пытаясь посмотреть через его плечо. — Что ты нашел?
— Ничего особенного. Похоже, что кто-то — видимо, секретарша Остина — оставил памятку, чтобы не забыть послать благодарственное письмо за то, что к ним кого-то перенаправили. Это общепринятая практика: один врач благодарит другого за то, что тот отсылает к нему пациента.
— Ну да. — Орхидея опустилась на пятки и отвернулась. — Ладно, мы знаем, что незадолго до своей смерти Тео прошел очень интенсивный курс лечения. Похоже, нам лучше найти Остина, так ведь?
— Да. — Раф положил на место папку и закрыл шкаф. — Думаю, у доктора есть, что сообщить нам. От того, что он сегодня решил уехать в срочный отпуск, мне еще интереснее послушать, что он может рассказать об Уиллисе.
— Раф?
Он обернулся и увидел, что Орхидея вернулась во внутренний офис. Она направила луч фонарика на ряд сертификатов в рамках, висевших на обшитой панелями стене.
— Что такое?
— Диплом доктора Остина и профессиональные свидетельства.
— И что? — Он подошел и встал в дверном проеме. — Большинство докторов вешают свои грамоты на стенах личных кабинетов.
— Одна из этих бумаг — квалификационное свидетельство его парапсихического таланта, — медленно произнесла Орхидея. — Раф, Остин — гипноталант седьмого уровня.
Он нахмурился:
— Это ведь довольно высокий уровень для парапсихической гипноспособности?
— Чрезвычайно высокий. Как профессиональный концентратор могу утверждать, что наличие такого высокого уровня гипноталанта — почти неслыханное явление. Конечно, многие психиатры-синергетики обладают кое-каким гипноталантом. Ведь это одно из качеств, которое делает их пригодными для работы в области
— Достаточно силен, чтобы управлять Тео Уиллисом с помощью гипноза?
Орхидея опустила фонарик, повернулась и взглянула на партнера. На ее лицо набежала тень.
— Теоретически никого нельзя загипнотизировать так, чтобы заставить делать что-то против его воли. Но у Тео имелось много синергетическо-психических проблем. Он был уязвим.
— Другими словами, трудно сказать, что мог сотворить умный, сильный, обученный гипноталант, заполучив парапсихологический портрет Тео и выяснив, на какие кнопки можно надавить.
— Да, даже работая без концентратора, гипноталант седьмого уровня мог нанести огромный вред человеку столь ранимому, как Тео. — Взгляд Орхидеи помрачнел. — Я все время твердила, что Тео не вор. Но мне даже в голову не пришло, что его могли заставить украсть артефакт под гипнозом.
— Теперь нам известен способ, — сказал Раф. — Остин вполне мог загипнотизировать Уиллиса и убедить похитить артефакт.
— Мы не знаем этого наверняка.
Раф не принял во внимание ее возражения. Наконец все вставало на свои места. В делах такого рода он давным-давно научился полагаться на свое чутье сталкера.
— Теперь нам нужно найти мотив. Есть несколько вариантов.
— Либо Остин заставил Тео украсть артефакт для себя самого, из чего следует, что доктор является тайным эксцентричным коллекционером инопланетных реликвий…
— Либо Остин выступал посредником. Он мог устроить, чтобы Уиллис украл артефакт для кого-то еще.
— Есть еще третья возможность, — заметила Орхидея.
— Какая?
— У доктора Остина еще более ненормальный парапсихологический портрет, чем у Тео.
— Поверь, от меня не укрылось, что Квентин Остин может оказаться сумасшедшим.
Глава 12
Орхидея повернулась на бок, оперлась на локоть и глянула сверху на Рафа, вальяжно раскинувшегося рядом с ней на спине.
— Ты как, проснулся?
— Теперь проснулся. — Он закинул руку за голову. В льющемся сквозь прозрачный купол свете лун-близнецов стала видна легкая усмешка на его губах. — По всей видимости, как и ты.
— Я тут размышляла.
— Какое странное совпадение: я тоже.
Орхидея повозилась, устраиваясь поудобнее.
— Ты ведь думал о Квентине Остине?
— Помимо прочего. Весь день думаю, с чего он решил так таинственно и неожиданно уйти в отпуск. Сейчас вот считаю, самое верное предположить, что он в этом завязан до самой рамки своей лицензии практикующего психиатра-синергетика.
— Думаешь, он мог организовать убийство бедняги Тео?
— Пока точно не могу утверждать. — Раф провел кончиком пальца по изгибу ее плеча. — Впрочем, мои инстинкты подсказывают, что, возможно, Остин не убийца.
— Откуда такая уверенность?
— Видно, что Остин в таких делах новичок. Будь у него больше опыта, он бы тщательнее постарался избавиться от всего, что связывало его с Тео Уиллисом.