Орион

Бова Бен

Я поблагодарил блондинку и отправился в указанном направлении. Слабо освещенная лестница вела в подвальное помещение.

«Подходящее местечко для Владыки Тьмы», – машинально подумал я, прикидывая, сколько страшных легенд породила его деятельность за несколько тысячелетий.

И действительно, в подвале было темно, как в аду. Единственный свет исходил из-за полуоткрытой двери на верхней площадке лестницы. Я сумел разглядеть массивный старинный очаг, от которого во все стороны отходили металлические трубы, словно щупальца гигантской медузы. Как и повсюду в особняке, здесь царил дух запустения и тлена. Я сделал

несколько осторожных шагов в глубину подвала и в нерешительности остановился, не зная, что делать дальше.

– Сюда, – услышал я тяжелый хрипловатый шепот.

Слегка повернувшись, я наконец увидел его – тяжелый сгусток тьмы в дальнем конце подвала. Мне удалось разглядеть только силуэт крупного мужчины почти одного роста со мной, с широкой грудью и сильным мускулистым телом. Я не рассмотрел его лица, в подвале было слишком темно, но мне этого и не требовалось. Сделав несколько шагов в сторону очага, я внезапно оказался в ярко освещенной комнате, невольно зажмурил глаза и автоматически сделал шаг назад, тотчас же обнаружив за своей спиной глухую каменную кладку. Просторная комната была обставлена дорогой антикварной мебелью, густой ворсистый ковер покрывал каменный пол. Более всего удивляло то, что здесь не имелось ни окон, ни дверей, одни голые каменные стены, обшитые потемневшими дубовыми панелями.

– Присаживайтесь, Орион, – предложил он, указывая на стоящую в углу кушетку.

Я принял предложение, продолжая наблюдать за ним, пока он с трудом устраивал свое массивное тело в тяжелом кожаном кресле, словно специально созданном для него. Сильные кисти с короткими толстыми пальцами неподвижно лежали на его коленях. Но больше всего меня поразило его лицо. Теперь, когда мне удалось наконец-то как следует рассмотреть его, я уже не сомневался, что оно не могло принадлежать представителю человеческой расы. Специфические черты его лица не слишком бросались в глаза, и, возможно, в уличной толпе на него никто не обратил бы особого внимания. Но чем больше я вглядывался в него, тем сильнее чувствовал разницу между ним и людьми: его скулы были слишком широкими, нос чересчур плоским, а глаза неизменно горели красным дьявольским огнем. Ох уж эти глаза! Казалось, из них беспрестанно изливались волны ненависти, смешанной еще с чем-то неопределенным и неясным, но, как я инстинктивно чувствовал, чуждым и враждебным всему человечеству. Впрочем, в отношении ненависти мы были равны, и думаю, на этот счет ни у него, ни у меня не оставалось ни малейших сомнений. Мне были противны даже его черные прилизанные волосы и нездоровая сероватая кожа. Что же до его мускулатуры, то ей мог бы позавидовать и профессиональный боксер. Он был одет в брюки из грубой хлопчатобумажной ткани и легкую рубашку с открытым воротом.

– Вы Ариман, – только и смог произнести я.

Его лицо осталось мрачным и неподвижным, как камень.

– Естественно, вы не помните меня, хотя нам доводилось встречаться и раньше. – Его голос подходил скорее призраку, нежели живому существу, или, в крайнем случае, умирающему на дыбе человеку.

– В самом деле?

Он несколько раз кивнул.

– Да, но мы двигаемся в различных направлениях сквозь поток времени. Вы – назад, к Войне. Я – вперед, к Концу.

– Война? Конец? Что это значит?

– Назад и вперед – всего лишь относительные понятия для путешествия по вектору. Истина заключается

в том, что мы встречались прежде. В свое время вы еще посетите те места и припомните мои слова, если, конечно, к тому моменту останетесь в живых.

– Вы собираетесь уничтожить термоядерный реактор? – спросил я.

Он улыбнулся – более гнусной улыбки мне еще не доводилось видеть.

– Я собираюсь уничтожить все человечество, – поправил он меня.

– А я нахожусь здесь, чтобы помешать вам осуществить ваше намерение.

– Вы можете и преуспеть, – усмехнулся он, вложив весь свой сарказм в глагол «можете».

– Ормузд утверждает, что мне удастся… что я уже сделал это когда-то. – Я не стал упоминать о том, чем лично для меня закончилось это предприятие. Что-то удержало меня. Даже если так оно и было на самом деле. Не в моих интересах было давать ему дополнительные преимущества в нашей борьбе.

– Ормузду, безусловно, известно многое, – медленно произнес он, – но беда в том, что он никогда не говорит всей правды. Он знает, например, что если мне удастся помешать вам и на этот раз…

«На этот раз! Следовательно, мы встречались уже в прошлом или будущем!»

– …то я не только уничтожу человечество и изменю всю структуру пространственно-временного континуума, но и сокрушу его самого.

– Вы хотите уничтожить всех нас?

Красные равнодушные глаза на секунду задержались на моем лице.

– О да. Уничтожить всех, без исключения. Но этого мало. Я хочу разрушить основы существующего мироздания. Все должно исчезнуть. Люди, планеты, звезды, галактики… абсолютно все.

Кисти его массивных рук непроизвольно сжались в кулаки. Безусловно, он верил в каждое произнесенное им слово. Он намеревался и меня заставить поверить в неизбежность печального для человечества исхода нашего противостояния.

– Но почему? Почему вы хотите…

Он остановил меня взглядом.

– Если Ормузд не сказал вам, чего ради я должен отвечать на подобный вопрос?

Я попытался проникнуть в тайный смысл его слов, но это оказалось выше моих возможностей.

– Но кое-что я могу и сказать, – продолжал Ариман. – Термоядерный реактор – новая ступень в развитии человечества. Если вам удастся заставить его работать, вы достигнете звезд уже при жизни поколения. Я не позволю вам добиться этого.

– И как же вы собираетесь нам помешать?

Он наклонился ко мне так близко, что я смог ощутить запах праха и смерти, исходивший от него.

– Термоядерный реактор, или КТР, как вы его называете, является ключом к будущему человечества. При удаче вы получите неисчерпаемую энергию, богатство и благополучие для всех! У вас отпадет необходимость играть со своими нелепыми ракетами, работающими на химическом топливе, и вы начнете строить настоящие звездные корабли. В считанные годы они помогут вам покорить Галактику.

– Это уже произошло, – напомнил я ему.

– Да, вы правы. Но если я оборву связь времен сегодня, в этой точке темпорального вектора, если я смогу уничтожить термоядерный реактор…

Он замолчал и снова улыбнулся, отчего у меня по коже побежали мурашки. Я попытался взять себя в руки.

– Неудача испытаний КТР не может уничтожить человечество, – возразил я.

– Все возможно, если правильно учесть свойства человеческой натуры. Если термоядерный реактор взорвется…