Оруженосец
Шрифт:
— Ладно, — сказал он, обретая относительное спокойствие и поднимаясь с земли. — Предлагаю сесть за стол переговоров и вспомнить, что мы цивилизованные.
Эмма обдумала идею. Надо как-то избавиться от этого прилипалы. Возможно, это шанс.
— Хорошо. Только быстро.
Они нашли место на краю распадка. Один камень действительно был похож на стол, два других на стулья рядом с ним.
— Для начала, ваше высочество, расскажите мне всю вашу историю. Я должен знать.
— Зачем?
— Чтобы вам помочь.
— Как?
— Пока
— Творить безобразия.
— Не только. Вы несправедливы.
— При помощи магии эта негодяйка Лорена завела нас в ловушку, в место, которого и на карте-то нет.
— К сожалению, некоторые мои коллеги по магическому цеху выбирают темную стезю. Но я-то нет. Можете мне доверять.
— Пока не вижу причин, — нахохлилась Эмма.
— Так или иначе, а просто так уйти я не могу, тем более вернуться в Шеридонию и сказать, что вы отказались.
— Силой ты меня не увезешь.
— Поэтому мы и ведем переговоры, ваше высочество.
Принцесса начала уставать от говорильни.
— Расскажите мне все. Вместе придумаем, что делать, — сказал Смарагульф. — Вы не смотрите на мой внешний вид. Делать что-то с ним бесполезно. Зато я вундеркинд и в своем деле мастер.
Эмма огляделась. Пожалуй, это не место для ведения долгих бесед. Лорена может вернуться за ней в любой момент, и трудно представить, что она сделает, увидев подобную сцену.
— Хорошо. Но сначала надо уехать отсюда подальше. Чтобы не терять времени, я буду рассказывать в дороге. Идет?
— Конечно, ваше вы…
— Не называй меня так, — перебила Эмма. — Я… Седрик. Просто Седрик. И обращайся ко мне на «ты».
— Почему?
— Конспирация. И какая из меня сейчас принцесса?
На этот вопрос нельзя было ответить определенно. Чародей решил пойти беглянке навстречу, хотя у него сложилось впечатление, что она сама не определилась, чего хочет.
Ему досталась лошадь Лорены, Седрик влез на Буцефала, а Октавий, пребывающий в глубокой лошадиной депрессии, пошел без седока, замыкая шествие. Ему было все едино, что впереди маячит зад Спящего Красавца. Принцесса пыталась утешить рыцарского коня, но тот лишь пренебрежительно фыркнул, намекнув, чтобы его оставили в покое.
Эмма не знала, куда ехать и где тут безопасно. Взяв восточное направление, маленькая кавалькада выбралась из района скал к небольшой равнине, которую обступали островки леса.
Принцесса и чародей остановились, приставив ладони к бровям.
— Пожалуй, там будет лучше всего разбить лагерь, — сказал Смарагульф. — Деревья укроют нас от взора магических шпионов Лорены, а я помогу кое-какими чарами. Рассказывай. Я хочу знать все, начиная с той минуты, как ты решился на побег… Седрик.
Принцесса бросила на него косой взгляд. Такого спутника трудно пожелать себе, рассчитывая на приятное путешествие, но выбирать не приходилось. А маг в этой ситуации может здорово
Решив, что, наверное, хуже не будет, Эмма выложила ему свою историю от начала до конца. Чародей впечатлился, более того, чуть не упал с лошади, выражая свой восторг телодвижениями.
— С ума сойти можно!
— Это точно, — заметила Эмма.
Они почти подъехали к границе леса. Чародей остановился. Принцесса заметила это не сразу и развернулась.
— Что?
Смарагульф смотрел на нее.
— Ты поразительно смелая девушка! — с благоговейным восхищением сказал он. — Я и не знал, что так может быть!
Эмма скептически скривила губы, пытаясь не покраснеть. Ей это почти удалось. Глупость несусветная, но ей было приятно.
— Я еще ничего не сделала, так что не надо меня нахваливать. Что до моей силы, то это не моя заслуга. Такой родилась.
Чародей сверкал очками.
— Да, да… преинтереснейший феномен. Его никто не изучал?
— Шутишь? Родители тщательно скрывали мой дар ото всех.
— Может быть, я стану первым исследователем? Ну, когда все закончится?
— Нет, — твердо и категорично заявила принцесса.
Смарагульф пытался возражать.
Они въехали под своды тихого леса.
— Ты хочешь мне помочь? — спросила Эмма через плечо.
— Конечно, ваше вы… Седрик.
— Тогда советую весь свой разум вундеркинда направить на решение главной задачи: найти и вытащить Кая из лап Лорены.
Путь до логовища чародейки принц не помнил. Когда его вывели из комнаты, он потерял сознание, и причиной тому были не изощренные чары, а самый банальный удар по макушке. Очевидно, так было легче его транспортировать.
Очнувшись, Кай некоторое время не открывал глаз. Он не знал, где он и сколько прошло времени. По всем ощущениям, принц лежал на широкой двуспальной кровати — и даже не связанный. Оторвав голову от подушки, герой взглянул на свои руки, потом на ноги, потом на туловище. Они были свободны. Крайне удивившись такому повороту, Рыцарь Льва вскочил и оказался на полу. Стоя на ковре, Кай пару секунд пошатывался, борясь за сохранение равновесия, а затем, подобно леопарду, прыгнул к двери.
Чудо! Она оказалась открытой. Резким движением распахнув ее, принц ринулся за порог, но тут его тело пронзила дикая боль. Кая отшвырнуло назад, он перевернулся через голову и пролетел через комнату, соприкоснувшись с противоположной стеной. Стало еще больнее. Громогласно проклиная белый свет на все корки, рыцарь стек на пол. Лежать на мягком ковре и ни о чем не думать было так приятно.
«А все потому, что ты еще ничего не соображаешь, приятель, — пришла наконец здравая мысль. — Отдышись. Сосредоточься».