Осада (Рулевой - 6)
Шрифт:
Гастудгон Хагбут, самый консервативный из имперских генералов, не стеснялся открыто спрашивать о том, есть ли смысл ("или это сплошная дурь", как выражался он) снабжать содескийский фронт чем бы то ни было. В первое же утро переговоров он заявил, что отряд де Брю следует отозвать обратно в Авалон. Облачники по всем показателям, как он полагал, выигрывали эту кампанию - причем весьма умело.
Все последующие дни Брим убеждал его в обратном. Тем же занимались де Брю, Урсис и Бородов. Анализ надежной информации, поступающей из Таррота через не имеющее себе равных ведомство медвежьей разведки,
За три дня переговоров выяснились два факта, не сулящие Облачникам ничего хорошего, особенно в свете недавней деятельности Урсиса.
Факт первый. Хотя Содеска лишилась почти семидесяти процентов всех эсминцев, с которыми начинала войну, лигеры потеряли шестьдесят процентов всех своих космических сил, задействованных на содескийском фронте, - и это за одну лишь короткую кампанию. Такие цифры не могли внушать флотскому командованию ничего, кроме тревоги.
Факт второй. Многие корабли, которые Содеска теряла в Кснаймеде, относились к устаревшим образцам, в то время как Лига теряла новые "Горн-Хоффы 262", "Гантейзеры 88-А", "Крейзели-111" и десяти тяжелых грузовиков. Последние в военных условиях были практически незаменимы. И, что хуже всего для Лиги, Содеска, преодолевая трудности налаживания производства, поставляла на фронт новые современные корабли в количестве, на порядок превышающем возможности заводов Лиги. Как неоднократно упоминал Бородов, военная промышленность Лиги работала на два фронта, обеспечивая еще и войну с равномерно крепнущей Империей, не говоря уже о других. И никак не могла удовлетворить нужды всех фронтов одновременно.
Бомбардируемые в течение трех дней точными и неопровержимыми цифрами, оба генерала сошлись на том, что Содеска имеет довольно весомые шансы на выживание - и, возможно, ее шансы даже выше, чем у Лиги. После дальнейших освещений, а также бесконечных бесед с Бримом, де Брю и "Имперскими Медведями", как любовно назывались теперь три эскадры де Брю, в Авалон по КА'ППА-связи был отправлен рапорт. На восьмой день своей командировки рабочая группа из двух генералов получила в ответ первый проект нового договора, составленный лично императором Онрадом. Согласно этому уникальному документу, великий князь должен был выделить на содескийской территории определенные участки, где Империя могла бы создать свои базы для действий против Облачников. Онрад, в свою очередь, обязался поставлять военное сырье, остающееся от его собственных стратегических нужд, если такой избыток будет иметь место. Договор был одобрен обеими сторонами в его четвертом варианте, и скоро Брим уже сидел в лимузине со своими друзьями-медведями, провожая генералов в Авалон.
Это, разумеется, был совсем еще не конец. Новому договору еще предстояло пройти ратификацию в имперском Парламенте и Содескийском Совете - но это уже была область политиков, а не солдат. А то, что Брим лично надеялся сделать в Содеске, осуществилось почти полностью. Соглашения и обещания - это лишь малая часть военного успеха. Его место теперь на фронте, в бою. И сделать предстоит еще так много...
ЭПИЛОГ
СНОВА В ДОРОГУ
С темного
Когда речи отзвучали и прощальная церемония подошла к концу, генерал Хагбут поднялся на борт корабля, а медведи у трапа немного отступили назад, чтобы дать Бриму и Драммонду сказать несколько слов наедине. Генерал улыбнулся, придерживая фуражку.
– Ты тут потрудился на славу, Брим. Онрад чертовски доволен тобой - да ты и сам знаешь.
Брим засмеялся, с трудом шевеля застывшими на холоде губами.
– Это все медведи. Мне просто повезло в очередной раз.
– Он помолчал и тронул Драммонда за руку.
– Гарри, Вута ради, не позволяйте Хагбуту рассказывать всем дома, будто дело наше в шляпе. Это не так. И нам, и медведям придется здорово потрудиться, чтобы осуществить хоть что-то. Ник не раз повторял, что мог проиграть еще до того, как доктор Бородов наладил свое производство. И не будь в Авалоне своих приставал, мы запросто могли бы забыть, как нуждаются медведи в нашей помощи. Тут полно работы для обеих стран.
Драммонд, разрумянившийся на морозе, усмехнулся.
– Буду помнить, Вилф. Можешь на меня положиться. И на Онрада тоже. Он не забудет своих обещаний.
– Я полагаюсь на вас обоих.
– Брим отступил на шаг и отдал честь.
– А теперь не стану вас больше задерживать. Де Брю перемещается с Земской, и я должен ему помочь. Что-что, а "Звездный Огонь" водить я пока не разучился.
Драммонд отсалютовал ему в ответ.
– Да, пойду, пожалуй, - я уже окоченел на этом Вутом проклятом ветру. Но ты очень ошибаешься, если думаешь, что вернешься на фронт. Во всяком случае, на содескийский.
– Не понимаю, - нахмурился Брим.
– Знаю, что не понимаешь.
– Драммонд достал из внутреннего кармана пунцовый пакет.
– Это пришло в посольство нынче утром с дипломатической почтой. И до того секретно, что прочел его только я один. Можешь радоваться на Гадор-Гелике будет малость потеплее.
– Меня переводят на Гадор-Гелик?
– Читай сам.
– И Драммонд взошел на трап.
– До скорого!
– бросил он через плечо, когда эскалатор повез его вверх.
Брим посмотрел на знакомый конверт из адмиралтейского отдела кадров. Атланта, старый флотский форпост на Гадор-Гелике, где он долго жил во время службы на своем втором корабле. Сколько воспоминаний! И опасных приключений впереди, как звезд на небе.
– Снова в дорогу, - улыбнулся он навстречу ветру и зашагал обратно к лимузину, где ждали его друзья-медведи. Новые приключения таились среди звезд, и ему, по правде говоря, не терпелось отправиться в путь.