Осада
Шрифт:
Через метацикл с небольшим они уже мчались в космосе на звездном катере НЖХ-26 — эти транспортные машины ценились во всей галактике за их скорость и изящество. В теплом, обшитом деревом пассажирском салоне вдоль стен стояли мягкие диваны, а по углам — откидные кресла медвежьего размера. Мягкий рассеянный свет падал на низкий стол, где в условиях корабельной гравитации был накрыт обильный завтрак, уже второй с утра, а автомат-экспресс наполнял помещение бесподобным ароматом свежезаваренного кф'кесса. Брим, чтобы скоротать время, следил, как экипаж катера передает свои позывные многочисленным контрольным станциям, расположенным у звезд-маяков, отмечающих маршрут. Это делалось с помощью КА'ППА (мгновенной
Он спрашивал себя, что же такое он может увидеть на маневрах, перемежаемых банкетами и прочими церемониями, связанными с присутствием августейших особ. Даже комфортабельный корабль, на котором они летели, казался не совсем уместным в данных обстоятельствах. Закуски, кф'кесс, роскошная обстановка — скорее увеселительная прогулка, чем вылет на боевые учения. Старый Бородов уже спал, растянувшись на диване, однако Урсис бодрствовал, задумчиво глядя в левый гиперэкран на проносящиеся мимо звезды.
Почувствовав, как видно, взгляд Брима, медведь обернулся к нему с угрюмой улыбкой.
— Как-то странно ты смотришь, Вилф Анзор. Может, поделишься своими мыслями? Брим поджал губы.
— Вряд ли у меня это получится, Ник, — не потому, что я не хочу, а потому, что мои мысли, недостаточно четко сформулированы. Все дело, пожалуй, в чувстве… нереальности, за отсутствием лучшего слова. Как будто мы летим смотреть нечто вроде спектакля — с банкетами в промежутках между действиями. А не на настоящие маневры, какими они мне представляются, когда одна армия воюет против другой.
— Ты очень проницателен, мой безволосый друг, — кивнул Урсис. — Но пока еще не время говорить об этом. Мы с Анастасом Алексием предугадали твою реакцию еще до того, как ты прибыл в Содеску. Мы также согласились, что тебе необходимо побывать на маневрах как можно раньше, чтобы ты мог помочь нам, зная дело не понаслышке.
— Гм-м. Точь-в-точь моя матушка.
— Твоя матушка? — удивился Урсис.
— Ну да. Медвежьи матери, наверное, говорят своим детям то же самое: «Это неприятно, но полезно для твоего духовного роста».
— Стало быть, ты понял, — с улыбкой и энергичным кивком ответил Урсис.
— Что ничего приятного ожидать не приходится? Еще бы.
— Подумай зато, как это укрепит твой дух.
Наконец тихий рокот гипердвигателя сменился грохотом мощных гравигенераторов, и корабль вышел из сверхсветовой скорости, свернув к слабому огоньку звезды 19-й категории. Не прошло и половины стандартного метацикла, как они уже неслись, подскакивая, над поверхностью Воркуты, морозной планеты, для которой слово «голая» казалось чересчур пышным.
— Что, Вилфушка, невеселое зрелище? — спросил Бородов, глядя сквозь рваные облака и летящий снег на унылый пейзаж внизу.
Брим кивнул и поежился.
— Гиммас-Гефдон по сравнению с ней просто тропики. — Ему вспомнилась гигантская космическая база Имперского Флота на орбите угасающей звезды Гефдон. — И на Гиммасе прежде была хоть какая-то жизнь, а здесь, похоже, никогда ничего не росло.
— В основном ты прав, Вилф Анзор, — ответил Урсис, — но кое-что здесь все-таки растет: наша колония. Медвежье поселение в другом полушарии приносит хороший доход экономике. Вся Воркута — это колоссальное месторождение золота и еще более ценных металлов, представляешь?
— Значит, ее стоит защищать.
— Она — только одна из многих, дружище, — пожал плечами Урсис. — И если Негрол Трианский со своими обкуренными Контролерами сумеет все это заграбастать, его уже ничто во Вселенной не остановит. «Пещеры и мрак не чужды оголодавшим зимой скальным волкам», как говорится.
Брим кивнул. К несчастью, все, что говорил медведь,
Брим, как всякий пилот, участвующий в военных действиях, часто видел боевые краулеры с воздуха, а иногда и сам пролетал над содескийскими машинами, но не обращал на них внимания, занятый только тем, чтобы истребить побольше краулеров Лиги. Те он как раз неплохо изучил.
Поэтому он оказался не совсем готов к первой встрече с содескийскими краулерами. Служебный глайдер доставил его и обоих медведей сквозь мокрую метель за пять кленетов от временной космической базы, к заснеженной котловине на краю массивного эскарпа не менее пятисот иралов высотой. Сквозь летящий снег Брим разглядел штук тридцать приземистых монолитов, стоящих пятью ровными рядами наподобие торчащих зубов. Массивные и зловещие, они отражали темными зеркальными боками тот слабый свет, который еще проникал через снеговые тучи.
— Сальная борода Вута, — прошептал Брим, когда глайдер остановился перед входом на эту стоянку.
— Наша последняя модель, — крикнул Урсис, перекрывая рев гравимоторов. — Боевые краулеры С-33. Хороши, а?
Шум грозных пирамидальных машин оглушал даже внутри хорошо изолированного глайдера.
— Чисто монументы, — во весь голос ответил Брим. Потом разговаривать стало бесполезно: водитель открыл дверь, и они вышли на мороз, хрустя сапогами по сухому снегу. Брим увеличил обогрев своего флотского плаща и в изумлении покрутил головой. Летящий снег вместе с едким запахом озона жалил глаза. Эти машины лучше всего характеризовались словом «страшные». Не верилось, что они способны хоть как-то передвигаться. Площадь их зарытого в снег основания составляла больше семидесяти иралов, а в высоту они достигали тридцати пяти. Угловатые и неуклюжие на вид, они почти не имели плоских поверхностей, которые могло бы повредить прямое попадание разлагателя. Все машины были выкрашены в ярко-синий цвет, поскольку принадлежали к армии «синих», — «вражеские» краулеры были зеленые, как объяснил Бриму Урсис. Между основанием и прорезями рубки помещались два огромных 350-миллиираловых разлагателя — они свободно вращались и обеспечивали краулерам устрашающую огневую мощь. Бриму машины казались корявыми по сравнению со стройными звездными кораблями, к которым он привык. Зеркальные бронеплиты были отшлифованы кое-как и соединялись грубыми сварочными швами в ирал толщиной. Отличительной чертой содескийских краулеров, как видно, была несокрушимость — ни на вес, ни на способность свободно маневрировать внимание уже не обращалось. От одного их шума земля уже тряслась… Тут Брим заметил, что его спутники ухмыляются.
— Ну что, поменяешь свой звездолет на такого вот зверя? — прокричал Бородов.
— Мы могли бы похлопотать за тебя у великого князя, — насмешливо рявкнул Урсис. — Но ты, верно, захочешь сначала испробовать его?
— И ради этого я пролетел полгалактики, — закатил глаза Брим.
— Оно того стоило. — Часовые, охранявшие объект, уже стояли навытяжку, а один говорил что-то по рации. Скоро из бокового люка С-33 появилась щеголеватая медведица-офицер, подошла к ним и отдала честь.
— Господа генералы, господин адмирал, я Ольга Вотова, командир этого краулера и начальник Первого формирования. Генерал Васлович, командир нашего дивизиона, приветствует вас и приглашает пройти внутрь.