Осада
Шрифт:
– Что, тоже водить не умеешь? Будешь машину дрючить, присоединишься к компании.
– Умею. А тебя из тюрьмы выпустили? – неожиданно спросил Иволгин. В этот момент он разглядел руку, державшую пистолет Макарова. На тыльной стороне ладони изображена была восьмиконечная звезда, а чуть ниже оскал пасти какого-то зверя, выглядывающий из-под манжеты куртки.
– Сечешь, – посмотрев на свои татуировки, заметил чужак. – Только не выпустили, сами по себе откинулись.
– Мой папка за пьяную драку сидел, – неожиданно вспомнила Лиза. Андрей Кузьмич вздрогнул. Чужак усмехнулся.
– Ну
– Я про своего папу говорю. А не про дядю Андрея. А моего папу мертвые к себе пригласили насовсем.
Зэк хмыкнул, но ничего не сказал, и не сделал. Машина ехала медленно, Иволгин, подавленный присутствием заключенного на заднем сиденьи, державшем на мушке всю его семью, никак не мог сосредоточиться на дороге. «Копейка» шарахалась из стороны в сторону, словно ее вел пьяный. Когда они выбрались из поселка, чужак снова напомнил о себе, потребовав выбираться на шоссе Москва – Рязань.
– И дуй до Коломны без дураков. А оттуда можешь валить на все четыре – я сойду. И чтоб помалкивал и фарами не сигналил.
– Да ты посмотри, он же едва держится, – вступилась Татьяна. – До шоссе доберемся, может, ты бы поголосовал. А мы….
– Я сказал, без дураков.
Шоссе было пустынным, лишь изредка встречались машины – в основном, грузовики и раз прошмыгнул «УАЗ-3909» ВАИ, попросту «козел», заставивший шарахнуться «копейку» на обочину и набрать грязи.
Напряжение последних часов давало о себе знать все сильнее. Перед глазами плыло, изображение все время мигало, боковые зеркала заднего вида уже не показывали ничего, кроме размытых образов уносящейся вдаль дороги. Иволгин с трудом держал руль, внезапно обретший норов, и так и стремившийся вырваться из рук хозяина. На очередной колдобине ему это удалось, машину немедленно занесло на встречную.
– Куда? – запоздало заорал Лазарь, дернувшись на заднем сиденьи и размахивая пистолетом. Но было уже поздно. Иволгин хоть и ударил по тормозам, но запоздало, тяжелый трейлер надвигался на них, как стена. Водитель его был куда опытнее, он сумел отвести машину от лобового удара, вывернул руль, и «копейка», истошно визжа тормозами, впечаталась в спаренные колеса «Исудзу».
Водитель тягача первым выскочил на асфальт, подбежал к машине. И увидел направленный на него Макаров. Лазарь выбрался из машины, не выпуская водителя из-под прицела.
– Все, мужик. Теперь ты едешь обратно.
Он растерянно обернулся, услышав, как хлопнула вторая дверь, зацокали каблучки по асфальту, и прямо за спиной оказалась его попутчица.
– Настя? – донеслось из «копейки».
– Мама? – едва слышно ответила она. И не обращая внимание на качнувшийся ствол, бросилась в машину. – Мама, папа, как вы, живы?
Егор дернулся, но пистолет по-прежнему был направлен ему в грудь. И в этот момент:
– Ах ты, подонок! – отпрыгнув пружиной от «копейки», не в силах совладать с собой после увиденного, Настя накинулась на Лазаря, попыталась выбить оружие. Тот невольно нажал на крючок, Егор вздрогнул всем телом, но пуля прошла мимо, обжегши плечо, и он, бросился на заключенного. Они сцепились, рухнули под колеса трейлера.
Визг тормозов «уазика» никто не расслышал. Только топот ног, и команду, прозвучавшую в мегафон:
– А ну, живо, бросай оружие, – единовременное клацанье передергиваемых затворов АКС-74 оказало на всех гипнотическое действие. Не подчиниться четырем направленным в голову стволам невозможно было. Егор медленно поднялся, положив руки за голову. Отбросил пистолет в сторону. Двое крепышей в серо-зеленой униформе приложили его к борту «Исудзу», обыскали, отобрали армейский нож и без вопросов оттащили в задний отсек «УАЗа». Егор даже не пытался сопротивляться. Сопротивлялась только Настя.
– Куда вы его тащите, подождите. Он же ничего не сделал, – цеплялась она за руки, приклады. Солдаты ее молча откидывали, но она все равно продолжала цепляться. Из «копейки» с большим трудом открыв дверь, вылез Андрей Кузьмич. Поплелся к дочери, заметно прихрамывая. Следом за ним выбежала Лиза, если не считать синяка на лбу, девочка не пострадала.
– Разберемся, – коротко ответил лейтенант, когда вояки уже занялись Лазарем. Разглядев наколки беглеца, командир группы хмыкнул. И наконец, обратил внимание на спутницу Егора. – Так ты с ним едешь. Откуда?
– Из Рязани, – зачастила она. – Он ничего не сделал, он помог моим родителям. Он спас их. Этот подонок взял их в заложники, наверное, бил, я не знаю.
– Бить не бил, но оружием угрожал, особенно младшей, – подойдя, сказал Андрей Кузьмич. Он благоразумно оставил расспросы дочери на потом, а сейчас старался помочь ей. – Сам признался, что бежал из мест заключения, что зовут Лазарем.
– Это я уже прочитал. У нас каждый день по полторы тысячи по стране сбегает, какое-то холодное лето пятьдесят третьего. А власти не чешутся, – неожиданно взорвался лейтенант. – Егор, как там тебя?
– Антипов, – ответил дальнобойщик.
– Где взял оружие?
– Выдали во Владивостоке. Для охраны груза.
– Что за груз?
– Китайская мягкая игрушка. Сертификаты у меня в бардачке.
– Еременко, разберись. Кто выдал?
– Лаврентий Дзюба, лично.
– Лицензия есть, нет? Для кого груз?
– Ну там же написано. Получатель Ширван Додаев…. Командир, я всего лишь оказывал помощь, задерживая особо опасного преступника.
– Ну да, ты это следователю скажешь. А что до твоего оружия… его мы, понятно, конфискуем. Девушка…
– Анастасия Иволгина.
– Тем более. Задержанный вам родственник? Нет? Так как вы познакомились?
– На подобные вопросы я…
– Ну началось, насмотрелись сериалов. Что я разбираться буду с вами? Не хотите, не говорите. У меня теперь к вам пара вопросов, только не увиливайте. Когда и как вы познакомились с задержанным, – он кивнул в сторону Лазаря, придвигая Андрея Кузьмича ближе к себе. Соображал тот плохо, еще хуже отвечал. Через пять минут лейтенант пристально вгляделся в его зрачки приказал закатать рукава рубашки. Покачал головой, видимо, поверив состоянию Иволгина. Подошел было к Татьяне, да Лиза не дала. Тогда лейтенант махнул рукой.