Оседлай молнию!
Шрифт:
Госаппарат (в мундирах и цивильных пиджаках) озабочен не делом, для которого создан, а сохранением самого себя. Думать, будто усиление государственной бюрократии сегодня решит хоть одну из проблем страны, — это большая глупость. У Гора Видала в романе «Калки» (1978 г.) есть прекрасный пассаж, который объясняет все.
«…У Бюро по борьбе с наркотиками только одна цель… Единственная — нет, уникальная цель Бюро — это увеличениеобъема торговли наркотиками во всем мире…Без этого Бюро засохнет так же, как моя комиссия без щедрых ассигнований Конгресса…»
И эта логика неумолима. Если есть ответственные за победу в Чечне ведомства, то к чему им победа, раз после нее исчезнут начальственные места и штаты, которые позволяют делить казенные деньги и ресурсы? Лучше пусть война станет вечной. Если есть Министерство по борьбе с организованной
И, наконец, самое главное. По авторитетному мнению такого маститого футуролога США, как Элвин Тоффлер (автор «Шока будущего», «Третьей волны» и «Метаморфоз власти» — 1970, 1980 и 1990 годы), бюрократия родилась в индустриальную эру и приспособлена именно к ней. Это — эра безликих людей и безликих массовых товаров, стандартных мнений и конвейерного производства. Именно в эту эру родился принцип: целостная жизнь делится на отрасли, и каждой занимается свой отряд чиновников. Вот этим — дипломаты, этим — бюрократы от Минздрава, этим — генералы Минобороны и т.д.
Но теперь на смену индустриальному порядку идет постиндустриальный или (если по Тоффлеру) сверхиндустриальный, в котором разделенное действие сменяется единым метадействием. Уже давно ясно, что нельзя на каждую проблему жизни учредить свое министерство или департамент — слишком уж много этих проблем. И большинство из них находится между разными епархиями, на пограничьях, проваливаясь между ведомственными барьерами.
«К примеру, „проблема бездомности“ в Соединенных Штатах заключается не только в нерешенности жилищного вопроса, но тесно увязана с другими проблемами — алкоголизмом, злоупотреблением наркотиками, безработицей, психическими болезнями, высокой ценой на землю. Каждая из них находится в ведении своей бюрократии, ни одна из которых не способна сама по себе эффективно решить проблему, но и не намерена передавать свой бюджет, права и сферу полномочий другой бюрократии», — пишет Тоффлер. Видел бы он комплексные проблемы русской жизни! Поэтому, когда насквозь «пробюрокраченная» власть образца 2002 года обещает побороть наркоманию, вернуть беглые капиталы в страну или возвратить нормальное детство нашим детям, можно уверенно махнуть на нее рукой. Ни черта у нее не получится. Рожденные ползать не поднимутся в небо по определению. А чугунный паровоз вряд ли оторвется от земли…
При этом многоэтажный чиновничий аппарат всегда безнадежно запаздывает: пока до бюрократической верхушки пройдет сигнал через все отделы, департаменты и управления, пока пробьется докладная сквозь всех замов и помощников. Голем неповоротлив и тяжел.
Нет ничего удивительного в том, что государство нещадно бьют сетевые и роевые структуры, которые обладают и молниеносной реакцией, и способностью к метадействию, и чертовской изобретательностью, и децентрализацией: мафии, наркоторговые сети, террористические организации и секты. В бизнесе же это — так называемые «виртуальные корпорации» с постоянно меняющимся составом участников, которые совершенно не связаны друг с другом никакими холдингами и общим аппаратом управления. За примером далеко ходить не надо: чеченская диаспора, вайнахская преступность и боевые организации сепаратистов составляют именно такой сетевой организм со множеством голов, который с 1991 года посрамляет государственную машину РФ по всем направлениям и со всех сторон. Сегодня же в сеть складываются и молодежные организации русских бритоголовых. Для них объявленное «наведение порядка», в спешном порядке выпекаемые Думой — законы и стремление нынешнего руководства заставить всю страну ходить только по чиновничьим инструкциям (ди айне колонне марширен, ди цвайте колонне марширт) — нипочем.
В сетевых организмах нет закостеневших министерств или корпораций — есть системы, которые складываются для
Из того, что русские потеряют себя, если сделают эти волчьи законы своими, совершенно не следует, что русским не нужно овладевать азбукой и высшим искусством сетевой войны и работы. Нужно! Но на основе своей умственной и нравственной самостоятельности, положив в основу совесть. Если враг своим метадействием служит злу, то не стоит ли нам применить то же искусство для благородной цели?
В сетевых сообществах складывается не бюрократия, а то, что Тоффлер называет «адхократией» (от латинского ad hoc -«для того», «именно к данному случаю»). Современный русский аналитик-оппозиционер Юрий Мухин предложил также другой удачный термин — «делократия», власть дела.
То, что создается нынче в РФ, движется совсем в другую сторону. У нас всю власть отдают бюрократу, которому важны прежде всего его статус, привилегии, возможность воровать казенные деньги, кабинеты и секретарши, но никак не конкретное дело. Чиновнику важнее не дело сделать, а выслужиться перед вышестоящим начальством и сохранить свое место. Поэтому чиновник убивает все новое, останавливает развитие. Поэтому не стоит удивляться тому, что по мере укрепления «вертикали власти» режим в РФ все больше напоминает нашествие серых крыс. Голем агрессивно отторгает и уничтожает самых ярких, способных на смелое метадействие людей. Давайте вспомним о том, кого Путин отправил в отставку за первые годы своего правлении. Вот глава Минатома Евгений Адамов, который пытался вести политику на грани дипломатии, бизнеса и войны. Ему принадлежит идея создания из части прибылей нефтяников и «Газпрома» особого Фонда будущего, из которого должны были финансироваться новейшие разработки в сфере энергетики и энергосбережения, призванные сократить расход энергоносителей в РФ.
В отставку отправили и шефа Минтопэнерго Виктора Калюжного — «неправильного» нефтяника, который пытался внедрять в стране энергосберегающие технологии, ограничивать экспорт непереработанной нефти и заставлять Чубайса в РАО ЕЭС заниматься не политическими кампаниями и перестройкой единой энергетической системы страны под собственную власть, а новой техникой.
Под зад коленом дали генералу Леониду Ивашову, выдающемуся военному дипломату, который разрабатывал совершенно иную оборонную политику, в которой военно-технические моменты тесно сплетались с информационными, экономическими и культурными.
Кто пришел взамен? Либо нарочито серые кардиналы, либо такие же местечковые и некомпетентные, но зато прикрывающиеся бойкими либеральными лозунгами «комиссары», откровенные дилетанты, полуобразованщина (Греф, Кудрин, Павловский).
Еще в 2000 году многие питали иллюзии насчет решительности нового руководителя. Группа энергичных бизнесменов даже предлагала ВВП разделить экономику на «премьерскую» и «президентскую». Пусть премьер и олигархи занимаются всей рутинной «текучкой», пусть возятся с отсталыми секторами «вчерашней экономики» — алюминием, нефтью и газом. А на базе Управления делами президентской администрации можно создать целую сеть хитрых фирм — источников доходов и двигателей развития. В имеющейся у нас докладной записке обрисован круг такого бизнеса: совместная добыча и огранка алмазов в Африке, предприятия, полученные в счет возврата долгов Советскому Союзу по всему свету, совместные проекты с белой бизнес-элитой Южно-Африканской Республики, коммерциализация и продвижение на рынок оригинальных русских технологий, системы спекуляций на рынках США и Европы и даже технологии развития человеческих способностей. Но Путин, к сожалению, предпочел идти иным путем — путем размножения чиновной серости.
Таким образом, если ничего не изменится, то Владимир Путин рискует войти в историю как сторонник тотальной бюрократизации России с замашками прусского «зарегулятора». Но за это страна расплатится дальнейшей деградацией, и не только усугублением отсталости и большими потерями, но и закреплением нашего африканского бытия на долгие годы. В конце концов, в 2008 году имя Путина станут произносить с теми же проклятиями, с какими нынче поминают Ельцина или Горбачева.