Осенний мадригал
Шрифт:
— Вас видели автоинспекторы, стоявшие на трассе, — объяснил Дронго. — Они узнали вас и вашего брата. Согласитесь, что трудно спутать ваш «Мерседес» с другой машиной, тем более что они знают ваши номера.
— Предположим, что они правы. Я говорю только «предположим». Ну и что из этого следует? Если мой брат приехал к себе на дачу вместе со мной, что в этом предосудительного?
— Ничего. Если бы вы честно сказали об этом с самого начала. Но вы скрыли этот факт от следователя и от полиции.
— Не понимаю, какое им дело, кто
— Ничего. За исключением того факта, что вы скрыли присутствие в машине брата. У вас — абсолютное алиби. В пять часов вечера, когда убили Парвиза, вы были на заседании Верховного суда. Но ваш старший брат был в этот момент на даче, хотя вы уверяли всех, что он приехал только в шесть часов вечера через дачный поселок.
— Он действительно оттуда приехал. Ну и что? Какая разница, откуда он приехал?
— Вы ее прекрасно знаете! Если он приехал вместе с вами в два часа дня, значит, примерно в пять вечера он был на даче и автоматически является главным подозреваемым в случившемся.
— Вы с ума сошли! Мой старший брат — убийца? Что вы себе позволяете?! Я не хочу больше вас слушать!
— Не нужно кричать, — спокойно посоветовал Дронго. — Как опытный юрист вы понимаете, что у вашего брата будут серьезные неприятности, если подтвердится, что в момент убийства он находился на даче. Поэтому вы обманули всех, заявив, что ваш брат не приезжал вместе с вами. Такие же показания дал и Бахрам, ваш водитель.
— Правильно, — кивнул Самедов.
— Но вас видели автоинспекторы ГАИ, — напомнил Дронго, — именно вас двоих, сидевших в салоне «Мерседеса». Кроме того, у меня есть еще одно свидетельство очевидца, что с пяти до шести часов вечера ваш старший брат находился на даче и не мог быть ни в каком другом месте. Если собрать все факты, то выходит, что вы лжесвидетельствовали. Вы и наученный вами водитель. Когда дойдет до суда, он сразу откажется от своих показаний, поняв, что ему за ложь светит срок. Вы тоже, конечно, понимаете, что Бахрам будет покрывать вас лишь до определенного предела.
— Вы пришли меня шантажировать?
— Я пришел помочь вашей семье. Дело в том, что я пока единственный человек, кто верит в невиновность вашего старшего брата.
— Нас двое, — вставил Рагим Самедов. — Я тоже никогда не поверю, что мой брат — убийца. Даже если я увижу убийство собственными глазами.
— Вы ведь не любили Парвиза, — напомнил Дронго. — Хотя его действительно мало кто любил. Он обычно приставал к женам своих друзей и знакомых, к их сестрам и дочерям. А подобных подонков нигде не любят. Извините, что я говорю так о вашем покойном родственнике. Но согласитесь, что он давал повод его не любить.
— Меня мало интересовала его семейная жизнь, — возразил хозяин кабинета. — И поэтому давайте закончим разговор. Мне, конечно, интересно, откуда вы обо всем узнали и какое доказательство невиновности
— Вы знали, что Парвиз был увлечен его супругой? — неожиданно спросил Дронго.
Самедов словно задохнулся. Затем с неожиданной ненавистью очень тихо произнес:
— Да кто вы такой? Почему вы лезете в дела нашей семьи? Кто вам разрешил распространять подобные гадости?
— Если бы я не знал точно, а только предполагал, то по вашей реакции я бы сразу все понял, — сказал Дронго. — Давайте условимся: все, что мы скажем друг другу, останется в этой комнате. Я действительно пришел помочь вашему старшему брату. А вы устраиваете истерику.
— Хотите опозорить нашу семью?
— Нет, не хочу! Но дело в том, что показания инспекторов ГАИ могут попасть к нынешнему генеральному прокурору, который не очень любит вашу семью и не горит желанием видеть вас в должности председателя Верховного суда. Именно поэтому вы напрасно пытаетесь скрыть то очевидное обстоятельство, что вы приехали на дачу вместе со своим старшим братом. Не забывайте о ваших охранниках. Они могут рассказать, что не видели, как ваш старший брат приезжал на дачу после шести.
— Какие у вас доказательства невиновности моего брата? — неожиданно спросил Самедов. Он был умным человеком и понял, о какой опасности говорит его собеседник.
— Я разговаривал сегодня с водовозом, который был вчера на ваших дачах. С ним уже говорили сотрудники полиции, его вызвали на допрос к следователю Джафарову. Но мне удалось узнать одно важное обстоятельство, на которое не обратили внимания полицейские. Дело в том, что в бассейне вашего брата нет внутренней очистки, которая есть у вас. И поэтому ему приходится вызывать водовоза, чтобы прочистить бассейн, а потом снова его наполнить. Водовоз подтвердил мне, что ваш старший брат все время стоял рядом с ним, никуда не отлучаясь. Более того — он даже вызвал своих сыновей, чтобы они стояли рядом с ним. Водитель приехал ровно в пять часов вечера и уехал в шесть. Как раз в тот самый период, когда, предположительно, был убит ваш двоюродный брат. Таким образом, у вашего старшего брата есть неопровержимое алиби.
Дронго замолчал. Рагим Самедов испытующе смотрел на него. Затем протянул руку и нажал кнопку селектора.
— Принеси два стакана чая, — приказал он секретарю. И лишь затем обратился к Дронго: — Я был о вас другого мнения. Кажется, я ошибался.
— Во всяком случае, мне хотелось, чтобы вы узнали о моем разговоре, — сказал Дронго.
— Парвиз был неуправляемым человеком, — выдавил из себя Рагим. — Вы знаете, он долгое время провел в Москве и забыл наши традиции, наши порядки. Говорил и делал что хотел. Все время общался с молодыми девочками…