Осенний мадригал
Шрифт:
— Потом расскажешь про доллары, — разозлился Рагим. — Значит, он никуда не отлучался?
— Нет. Все время работал и потом уехал.
— Тогда выходит, что охранники нас обманули, — задумался Рагим, — неужели они могли нас обмануть?
— Сейчас что хочешь может быть. Если им заплатят немного больше, они готовы всех предать.
— Да нет, у нас нормальные ребята, — возразил Рагим. — И ты сам говоришь, что не слышал, как приезжали чужие машины.
— Никто не приезжал, — кивнул Анвер.
Он посмотрел на помрачневшее лицо
— О чем вы думаете? — дрогнувшим голосом спросил Анвер. — Вы считаете… — он не договорил.
— Кто еще был на наших дачах? — строго поинтересовался младший брат. В нем явно говорил бывший следователь.
— Только наши женщины. — Анвер сам испугался того, что сказал.
— Где были твои женщины? — поинтересовался Рагим. — Они все время были с тобой?
— Да… Нет… — Анвер тяжело задышал. — Мина-ханум уходила к матери Парвиза. Кажется, они вместе готовили долму. И моя жена тоже уходила. На соседнюю дачу. Она что-то хотела взять у твоей жены.
Дронго посмотрел на Рагима. Почему в течение двух последних дней его жена не вспомнила об этой встрече? Либо Эсмира нарочно не хотела говорить об этом, либо жена Анвера лгала своему мужу. Очевидно, то же самое подумали оба брата. Они посмотрели друг на друга и взглянули на Дронго почти одновременно.
— Хватит гадать, — сказал младший брат. — Нам нужно вычислить убийцу. Кто был на трех дачах, давайте точно вспомним. Его жена Нармина, его мать Арзу-ханум, наша кухарка Мина, наши жены Эсмира и Гюзель. Пять женщин, одна из которых и есть убийца. Кто же мог убить и почему?
— Его собственная жена, — буркнул Анвер. — Я бы на ее месте так и поступил. Чтобы он не позорил наш род и нашу семью.
— Больше так не говори, — попросил Рагим. — Мы ничего не знали о его поведении и ничего не хотим знать. Он был наш близкий родственник, сын нашего дяди. И мы завтра заберем его из морга и торжественно похороним. Но сначала нам нужно вычислить, кто мог убить нашего родственника.
— Поговорим с нашими женщинами, — предложил старший брат, — узнаем по минутам, где каждая была. Почему твоя жена не услышала криков? И не подходила к бассейну до шести вечера? Чем она занималась? И почему она не сказала тебе про Гюзель?
— Я могу задать тебе те же вопросы, — огрызнулся младший. — Почему твоя жена не сказала тебе, о чем говорила с моей? И вообще, почему мы должны сидеть и обсуждать, где был Парвиз и к кому он шел?
— Что ты хочешь этим сказать? — свирепо крикнул старший.
— Ничего! Ничего не хочу сказать. Поэтому я привел сюда эксперта, чтобы он нашел убийцу. Вычислил ту, которая его убила.
— Только его собственная жена, и никто другой, — уверенно заявил Анвер.
— Можно мне поговорить сначала с вашими женщинами? — спросил Дронго, которому надоели их препирательства.
— У меня в доме только одна женщина — это моя жена, — сообщил Анвер Самедов, — больше никого в доме нет. Надеюсь,
— Я видел ваших мальчиков, — заметил Дронго, — поэтому не стану этого даже обсуждать. Но вы ошиблись — у вас в доме живет не одна женщина, а две. Есть еще кухарка, и она вчера весь день была на вашей даче.
— Она уходила, — снова вспомнил хозяин дома. — Да, она уходила к матери Парвиза. Она знает, что наши калитки всегда открыты, и перешла через дачу Рагима на другую дачу.
— Ее можно позвать, чтобы я с ней поговорил? — спросил Дронго.
— Она на кухне, — кивнул Анвер, — сейчас мы ее позовем и поговорим.
— Нет, — возразил Дронго, — я лучше пройду сам на кухню. Она не станет ничего мне рассказывать в вашем присутствии.
Старший брат посмотрел на младшего. Тот согласно кивнул головой:
— Ладно. Надеюсь, она не расскажет вам, что я пытался ее изнасиловать или поджечь президентский дворец.
У него было своеобразное чувство юмора, и это все больше нравилось Дронго. Он улыбнулся и спросил:
— Кем вы хотели быть в детстве?
— Что? — смутился Анвер. Потом улыбнулся и сказал: — В цирке хотел работать. Дрессировщиком собак. Они мне очень нравились, но из-за детей мы не можем завести собак — у них аллергия. Говорят, что нельзя держать животных.
Дронго прошел на кухню, где у плиты орудовала пожилая кухарка. Увидев гостя, она всплеснула руками:
— Вам что-нибудь нужно? Зачем вы сами пришли, я бы все подала!
— Ничего страшного, — улыбнулся Дронго, проходя к столу, рядом с которым стояло несколько стульев. — Садитесь, пожалуйста, мне нужно с вами переговорить.
Мина-ханум, недоверчиво глядя на незнакомого гостя, села на стул. Она была в темно-синем платье. Фартук она сняла и положила на спинку другого стула.
— Извините, что я отвлекаю вас от работы, — начал Дронго, — но я хотел бы поговорить с вами о вчерашнем убийстве.
— Такое страшное несчастье, — вздохнула она, — кто мог подумать! Парвиз был молодой и очень известный журналист. Такое несчастье для всей семьи…
— Вы его хорошо знали?
— Не очень, они ведь не жили рядом с нами. Здесь жил его старший брат Надир со своей семьей. Но я хорошо знаю их маму Арзу-ханум. Такая прекрасная женщина…
— Парвиз здесь часто появлялся?
— Не часто. Он иногда приезжал к своему старшему брату Надиру. Хотя очень редко. Раза два или три. Когда собирались гости, нас приглашали помочь — меня и кухарку с соседней дачи.
— А почему ее не было вчера на даче?
— Она поехала в город к своему внуку. Эсмира-ханум отпустила ее заранее. На два дня.
— И вы остались одна на три дачи?
— Ничего страшного. На соседней даче, кроме хозяйки, никого не было, а на третьей оставались мать и жена бедного Парвиза. Поэтому я помогала всем, кто меня просил.