Оскал гориллы
Шрифт:
– И вы приехали в шесть?
– Да.
– Как вы прошли в дом?
– Я прошла через дверь на Роуз-стрит, пятьсот сорок шесть.
– Она была открыта?
– Нет, заперта.
– Как же вы вошли?
– У меня был свой ключ.
– Вы хотите сказать, что все это время ключ оставался у вас?
– Ну, у меня ведь был свой собственный ключ, и никто не потребовал его вернуть.
– Эддикс знал об этом?
– Он спросил меня, есть ли у меня ключ, и я ответила, что есть. Он сказал, что это хорошо, и велел пройти
– Тогда вы там работали, – сказал Мейсон, – это совсем другое дело.
– Ну боже мой, не могла же я рассчитывать на то, что такой занятой человек, как мистер Эддикс, спустится по лестнице и пройдет через весь коридор только для того, чтобы меня впустить, тем более что у меня есть ключ и я прекрасно знаю дорогу.
– А больше там не было никого, чтобы вас впустить?
– Нет. Он был один во всем доме.
– Он сказал вам это, когда звонил?
– Да.
Мейсон задумался:
– Это был именно он? Вы узнали его голос?
– Ну конечно. Он даже пошутил по поводу того, что так невнятно бормочет из-за этой повязки.
– Во сколько он вам позвонил?
– Примерно в половине третьего дня.
– И вы сразу туда поехали?
– Да. Я села на автобус, который останавливается на углу Олив-стрит ровно без десяти шесть. Видите ли, я хорошо знаю расписание автобусов, поскольку часто туда ездила.
– Черт с ним, это как раз меня не очень интересует, – досадливо поморщился Мейсон. – Давайте о главном. Когда вы туда пришли, он был жив?
– Да.
– Что он вам сказал?
– В том-то и дело, что он не успел ничего сказать. Он был убит как раз в тот момент, когда я вошла и...
– Кто его убил?
– Горилла.
Мейсон вздохнул:
– Ну, ну, миссис Кемптон. Давайте все-таки оставаться на почве реальности.
– Мистер Мейсон, я прошу вас, вы должны мне верить. Я говорю чистую правду. Я видела это своими собственными глазами. Мистер Эддикс лежал на кровати, а горилла несколько раз вонзила в него нож.
– Что это была за горилла?
– Мистер Мейсон, я не могу утверждать наверняка, какая именно горилла это была. Одна из тех самых больших, но точно я не знаю. Видите ли, это может показаться совершенно невероятным, но горилла убила его, находясь в гипнотическом трансе.
Мейсон внимательно смотрел на нее.
– Неужели вы не верите мне, мистер Мейсон?
– Даже если бы поверил _я_, – сказал Мейсон, – присяжные все равно не поверят.
– Собственно говоря, почему бы и нет, – вышла из себя миссис Кемптон, – в конце концов, это именно то, чего мистер Эддикс пытался добиться многие годы. Он хотел выдрессировать такую гориллу, которую он мог бы загипнотизировать и...
– Ладно, – сказал Мейсон, – продолжайте. Давайте не будем терять время в бесплодных спорах. Я хочу знать, что произошло.
– Короче
– Вы уже дважды это повторили. Откуда вы знаете?
– По выражению глаз. Горилла скалилась на меня, она подошла к кровати своей характерной неуклюжей походкой и... она все время скалилась, словно наслаждаясь тем, что поменялась ролями со своим мучителем.
– А что сделали вы?
– Я закричала и потеряла сознание.
– Вам известно было, что по дому бродят гориллы? – спросил Мейсон. Они уже: сбежали, когда вы шли по проходу мимо клеток?
– Нет, все было в полном порядке. Две большие гориллы сидели в той клетке, которая потом оказалась открытой, и еще одна, самая добродушная горилла – в другой.
– Значит, – сказал Мейсон, – кто-то успел выпустить этих горилл за то время, пока вы...
– Это сделала горилла.
– Какая?
– Та горилла, которая убила мистера Эддикса.
– Откуда вы знаете?
– Я абсолютно уверена в этом, мистер Мейсон. Я достаточно долго крутилась рядом с ними, чтобы знать их привычки. Клетки запираются снаружи на задвижку, и едва горилла окажется на свободе, как она сразу откроет остальные клетки. Она это в первую очередь сделает.
– Продолжайте, – сказал Мейсон.
– Ну, короче говоря, – сказала миссис Кемптон, – я потеряла сознание. Когда я пришла в себя, рядом сидела маленькая ручная горилла – она всегда ко мне хорошо относилась. Она тихонько повизгивала, выражая свою симпатию, и лизала мне лицо. Я думаю, именно это и привело меня в чувство.
– Вы испугались?
– Не слишком. Я сразу узнала эту гориллу, как только открыла глаза.
– И что потом?
– Потом, – сказала миссис Кемптон, – я заговорила с ней, и она страшно обрадовалась, увидев, что со мной все в порядке. Она трепала меня по щеке и гладила волосы и была просто счастлива.
– А затем что?
– Затем я встала, огляделась и увидела, что мистер Эддикс мертв. Я заметила, что у него из спины торчит нож. Тогда я подошла к телефону и попробовала дозвониться до мистера Этны, но безуспешно. Я пыталась дозвониться до вас, и никак не могла, и уже совершенно отчаялась, когда наконец мисс Стрит ответила мне.
– Почему вы не вызвали полицию?
– Потому что не знала, как поступить, мистер Мейсон. У меня не было уверенности. А вдруг вы прикажете мне уйти из этого дома и никому никогда не признаваться, что я там вообще была? Ну... ну, в общем я совершенно не представляла себе, что делать.
– И где все это время находилась огромная горилла?
– Первое, что я сделала, – сказала миссис Кемптон, – это закрыла все двери, через которые наверху можно попасть в апартаменты мистера Эддикса.