Оскал гориллы
Шрифт:
– Как он регистрировался?
– спросил Мейсон.
– Он, разумеется, использовал вымышленное имя.
– Они обычно записывают номера машин, - сказал Мейсон, - он...
– Да, он дал им номер своего "кадиллака".
Мейсон задумался. Глаза у него сузились.
– Ты, когда входил, заметил в приемной блондинку?
– спросил Дрейк.
– Да, и кто она такая?
– Я как раз собирался тебя вызвать и попросил ее подождать несколько минут. Это миссис Блевинс, жена того самого психолога-дрессировщика. Я попросил
– Зови ее скорей, - сказал Мейсон.
– Мне нужно поговорить с ней. А теперь послушай, Пол: я категорически предупреждаю - мне не нужны никакие промашки в этом деле. Твои ребята должны крепко-накрепко связать все ниточки. Под каким именем скрывался Эддикс?
– В обоих случаях под одним и тем же - Барнуэлл. Он зарегистрировался как Б.Ф.Барнуэлл.
– Ты не помнишь второе имя Бенджамина Эддикса, Пол?
– Нет, не помню.
Мейсон щелкнул пальцами и сказал:
– Готов спорить на десять центов, что Франклин. Бенджамин Франклин Эддикс.
– Ну и?
– спросил Дрейк.
– Наверняка окажется, что он обычно регистрировался как Б.Ф.Барнуэлл. Он сохранил свои первые инициалы - Б.Ф. Теперь вот что, Пол, у Эддикса было много дел, связанных с шахтами. Он часто бывал в Неваде. Мне нужно знать, не останавливался и где-нибудь в мотелях Б.Ф.Барнуэлл. И поскольку ты все равно этим занялся, так, просто ради интереса, сравни данные. Но о Барнуэлле нужно узнать все, что только можно.
– Тебе придется, - сказал Дрейк, - черт побери, оплатить счет на сумасшедшую сумму, Перри. Мои люди...
– Не имеет значения, - перебил его Мейсон, - у меня сейчас самый разгар боя, а за этим скрывается что-то очень серьезное. Я не знаю, что именно. Может быть, в этих дневниках Элен Кэдмас ничего и нет, но тем не менее каждый, кто хоть как-то связан с Эддиксом, пытается заполучить эти дневники любой ценой. Я могу делать выводы только из того факта, что я сам ничего в этик дневниках не нахожу, хотя и прочитал их. Все остальные их не читали и потому полагают, что в них содержится нечто очень важное, потому что нечто очень важное должно в них быть... Ладно, Пол, зови сюда миссис Блевинс.
Дрейк снял телефонную трубку:
– Попросите ко мне миссис Блевинс.
– Он откинулся назад, потер глаза костяшками пальцев, зевнул и добавил: - Черт возьми, Перри, я уже отдаю концы. Я сижу здесь у этого телефона днем и ночью...
– Мы уже приближаемся к финалу, Пол, - успокоил Мейсон.
– Мы напали на богатую жилу.
– Не знаю, какая польза нам будет от всей этой ерунды, - возразил ему Дрейк.
– Парень развлекался со своей секретаршей - в этом нет абсолютно ничего оригинального. Ты же знаешь, это обычное дело. Признай, что она была чертовски смазливой девчонкой...
– Знаю, знаю, - перебил его Мейсон, - но мы наткнулись на ниточку, которая может нас кое-куда вывести.
– Ну ладно, поскорей бы только, - сказал Дрейк, - а то я сейчас свалюсь
Распахнулась дверь, и на пороге возникла миссис Блевинс, двадцатисемилетняя блондинка с огромными голубыми глазами. Одежда отнюдь не скрывала достоинств ее фигуры. У миссис Блевинс была великолепная фигура, и она, видимо, прекрасно об этом знала.
– Добрый день, - обратилась она к адвокату.
– Вы - мистер Мейсон. Я видела, как вы входили. Я вам улыбнулась, но вы, похоже, меня не заметили. Я Ферн Блевинс, бывшая жена Алана Блевинса. А вы - мистер Дрейк?
Мейсон с улыбкой поклонился ей, и миссис Блевинс направилась к нему, протягивая руку.
Дрейк обратился к Мейсону:
– Ты будешь с ней говорить или я?
– Я сам, - сказал Мейсон.
– Пожалуйста, присаживайтесь, миссис Блевинс. Мы будем ужасно назойливы в своем любопытстве.
Выражение ее голубых глаз мгновенно изменилось, и она сказала:
– А если я не захочу отвечать?
– Ну, едва ли, - сказал ей Мейсон, - нас интересует ваш развод.
– Ах, это!
– воскликнула она с явным облегчением в голосе.
– А я испугалась, что вы на самом деле собираетесь копаться в моей личной жизни.
– Прежде всего мы заинтересованы в том, - сказал с улыбкой Мейсон, чтобы выяснить все, что происходило в доме Эддикса.
– Вы имеете в виду Стоунхендж?
– Да.
– Думаю, там много чего происходило.
– Приходилось ли вам когда-нибудь ночевать там с вашим мужем?
– Слава Богу, нет. Да и он там не ночевал. Он там работал, и больше ничего, хотя иногда возвращался домой довольно поздно ночью.
– Я обратил внимание, что в вашем заявлении о разводе вы ссылались на духовное насилие, - сказал Мейсон.
– Да, формулировка получилась очень удачной.
– Не можете ли вы сообщить нам какие-нибудь подробности, что-нибудь такое, о чем вы не упомянули в заявлении?
– Алан был намного старше меня, - сказала она.
– Вы были его второй женой?
– Да.
– Продолжайте.
– Он... ну, мне кажется, мы устали друг от друга, и... мне надоело быть подопытным кроликом.
Мейсон бросил многозначительный взгляд на Пола Дрейка и спросил:
– Вы хотите сказать, что он гипнотизировал вас, миссис Блевинс?
– Да, пожалуй, гипнотизировал. Я думаю, что только под влиянием своего рода гипнотического воздействия я вышла за него замуж.
– Многим так кажется, - заметил Мейсон.
– Можете ли вы сообщить какие-нибудь подробности?
– Я работала тогда секретаршей, - сказала она, - и помогала ему иногда - он что-то там такое писал в то время. Ну, конечно, вы ведь и сами знаете - гипноз вызывает у людей интерес. Я очень заинтересовалась и расспрашивала его о гипнозе, и он... Тогда он казался мне очень милым. Ну, в то время, когда он за мной ухаживал. Что бы он ни делал, все казалось замечательным.