Осколки маски

Метельский Николай Александрович

И в конце концов получится, что они на халяву получили нефтяные платформы. Вот просто так.

– Это слишком нагло и авантюрно.

– Если бы не ты, я бы утёрлась, – скривилась она. – Проглотила бы гордость, чтобы иметь хоть что-то. И они это знают. Возможно, и действуют, исходя из старых предпосылок.

– Это возможно только в том случае, если Родом управляешь по-прежнему ты, – заметил я.

– А иное сейчас мало кто допускает, – пожала она плечами. – Кроме того, что ты слишком молод… Скажем так, по

мнению большинства, и они во многом правы, я не ввела бы в Род человека со стороны, если бы не могла его контролировать.

– То есть меня никто не учитывает? – удивился я.

– Не то чтобы никто, – повела она головой. – И не то чтобы не учитывает, но в целом – да. Пока ты в Малайзии, это не важно, да и в ином случае могло бы пойти нам на пользу, но кто ж знал, что у тебя всё будет идти так хорошо?

– Ладно, – произнёс я и потёр лоб. – Менять мнение окружающих сейчас уже поздно.

– Да и сделать мы ничего не можем. Разве что войну развязать, – покачала она головой.

Это да, к сожалению. Ещё одна война нам никак не нужна.

– Может, их вообще проигнорировать? – спросил я. – Изначально я хотел переговорить с Нагасунэхико, но можно ведь отправить их в игнор. После моего возвращения и объявления о Патриаршестве они сами приползут просить прощения.

– Приползут – вряд ли, – усмехнулась Атарашики. – Гордости у них за тысячелетия существования тоже накопилось немало. Могут и вовсе ничего не сделать. Однако ты прав, после твоего возвращения нам в любом случае будет проще вернуть платформы.

– Значит – игнор?

– Вряд ли у тебя выйдет, – хмыкнула она. – Точнее, вряд ли выйдет, если они захотят обратного. Пока ты в отпуске, тебе придётся помотаться по приёмам и званым обедам, и где-то там определённо будут Нагасунэхико.

– Ну и ладно, – дёрнул я плечом. – Первым я подходить к ним точно не буду. Ладно, с этим пока решили. Дальше у меня к тебе такое дело – надо в самое ближайшее время провести ритуал блокировки камонтоку. Мне, естественно.

– Простой вариант? – улыбнулась она.

– Конечно.

– Решил по девкам пройтись? – усмехнулась Атарашики.

Простой вариант блокировки подразумевает полное отсутствие камонтоку у потомства. Был бы этот способ идеальным, если бы не лёгкость снятия. Именно поэтому изгнанникам блокируют камонтоку вторым, более сложным ритуалом. Родовая способность при этом передаётся, но в таком же заблокированном виде. Ну и снять её могут только с помощью тех же артефактов, которыми и наложили.

– Ты кое-что забыла, – усмехнулся я в ответ. – Я Патриарх и могу контролировать, будет у меня ребёнок или нет. Ритуал мне в любом случае будет нужен, просто сейчас есть время. Не хочу потом париться с этим.

– Хм, – состроила она скептическую мину. – Ну как скажешь. Тогда завтра и съездим в Хранилище. И да, Синдзи, – произнесла она, резко

ухмыльнувшись. – Не сдерживай себя. Любая служанка в этом доме в твоём распоряжении.

– Не любая, – уточнил я.

– Ах, да, Ёсиока. Но думаю, и там тебе не будет отказано. Впрочем, лучше будет, если ты сосредоточишься на семьях Каджо и Махито.

– Будут тебе “виртуозы”, старая, будут. Просто дождись моей женитьбы, – проворчал я.

– То будут моими внуками, а то – внуки наших Слуг, – произнесла она поучительно.

– Там видно будет, – ответил я раздражённо.

На том, в общем-то, важный разговор и окончился. У меня – да и у неё, – наверняка были вопросы, которые мы могли обсудить, но это можно сделать и завтра, так что я не стал переводить на деловые рельсы вспыхнувшую перепалку и взаимные подначки. Последовавший за этим разговор больше не касался острых тем, так, обсуждение незначительных дел. Вот завтра – да, придётся обсудить всё на свете. Перед планированием дальнейших мероприятий это – обязательное условие.

Ближе к вечеру отправился к Кояма – Кагами навестить, Мизуки после клубных мероприятий встретить. В этот раз я не собирался подлавливать друзей и удивлять их своим появлением, достаточно просто созвониться и договориться о встрече.

Квартал Кояма не изменился ни на йоту, всё та же улица, всё те же собаки, которые пропустили меня, даже не гавкнув. Ну и, конечно же, всё та же Кагами, ожидающая меня у калитки своего дома.

– Здравствуй, Синдзи, – произнесла она, обняв меня ненадолго. – Отлично выглядишь.

– Я-то что, а вот вы скоро точно в богиню красоты превратитесь.

– Льстец, – улыбнулась она.

– А у меня вам подарок, – сказал я, протягивая небольшую коробочку. – “Те Гуанинь”. Настоящий.

В прошлый раз я допустил ошибку и, заикнувшись о привезённом из Малайзии чае, не взял его с собой – пришлось потом подвозить. На этот раз подарок от Рода Тионг, принесённый буквально за час до моего отъезда на Главную базу, я захватил с собой сразу. Не весь. Пришлось разделить на три части – одну Кагами, вторую Джерноту, ну и третью – Атарашики. Уж не знаю, откуда у Тай Кинга такой редкий чай, – а я проверил в интернете, действительно, редкий, – но не подарить его Кагами и старику Шмитту я просто не мог.

– Ого, – заметила она, приложив ладонь к щеке. – Весьма ценный дар.

– Но вы ведь не будете отказываться? – улыбнулся я.

– Ну раз ты настаиваешь, – согласилась она, беря коробочку. – Мои запасы “Те Гуанинь” как раз заканчиваются.

Ну да, было бы странно, не будь у неё такого чая. А штука и впрямь отменная, настроение поднимает влёт.

Первым делом меня проводили не на кухню, как я ожидал, а в детскую. Похвастаться, что ли, решила? Маленький Шо сидел в детском вольере и стучал по полу синим кубиком.