Осколок теневой ДНК

Семашкина Анна

– Хорошо, чем плавить будем? – этот непосредственный вопрос заставил его засмеяться. Перед ним стояла юная девушка с чумазым от копоти лицом. Первый раз в жизни Марку было уютно и тепло рядом с кем-то.

– Зажигалкой, для начала…

Он

поднес огонь к выступившиму рядом с петлями воску и простоял так около минуты. Никаких изменений не последовало.

– Думаю у нас серьезная проблема.

14 июля 2019 23:00

Ученый кое-как соскоблил немного затвердевшей субстанции в чашку петри. Теперь она совсем не была похожа на воск, скорее на вулканическую лаву после остывания. Профессор поместил кусочек на предметное стекло и сунул под окуляр. Маша вертелась у микроскопа, сначала его нужно было включить, запустить программы взаимосвязи с компьютером, откалибровать и уж потом настроить на пробу. Зимович отпихнул девушку и склонился над объективом.

– Ты не поверишь, но тут клеточная структура. Все – субстрат, яйца, мухи, а теперь и воск имеют одинаковое строение, – профессор откинулся на спинку кресла. Он грыз кончик карандаша. Глаза его сияли от счастья, которое ведомо только людям с исследовательским складом ума. – Что же будет дальше?

– Дальше я позвоню куда надо! Жизнь мне дороже Нобелевки, – она

рванула к телефону, ввела запрос и позвонила по первому высветившемуся номеру. Абонент не отвечал. Девушка набирала снова и снова, до тех пор пока Марк не забрал у нее трубку.

– Маруся, – он первый раз назвал ее так. Девушка подняла глаза и увидела доброе лицо. – Все не так страшно. Мы сожгли часть субстрата и тем самым выиграли сутки. Завтра обязательно позвоним или спалим до конца. А пока давай думать, как ночевать будем.

Только сейчас до нее дошло, что за окном совсем темно. А уйти и оставить осколок без наблюдения они не могут.

– Может поедим? – от безысходности предложила девушка. – Пока остается только ждать, так хоть не голодными.

Профессор остался караулить Изумрудушку, благо треск прекратился, а Маша пошла в магазин и вернулась с полными пакетами:

– Умирать так с музыкой! – радостно заявила она.

Аспирантка потратила все свои деньги, потому что считала этот ужин последним радостным моментом. Больше жизнь не будет прежней, по крайней мере для нее. Она ощущала приближение чего-то иного. Объяснить все эту бурю эмоций, черствому Зимовичу было делом заведомо провальным, поэтому Маня просто улыбаясь смотрела, как он ест икру ложками и запивает апельсиновым соком.

Конец ознакомительного фрагмента.