Особист

Быков Валерий Алексеевич

– Что ж давай посидим.

Я присел рядом с ней, она сидела на траве, и гладила её руками, потом неожиданно резко встала.

– Всё, пошли, готово.

Я поднялся, и мы быстрым темпом пошли к флайеру, нам предстояло добраться до космодрома, я сел в катер, и Лена стартанула, навёрстывая время, упущенное на газоне.

– Что в окно пялишься? Звони родителям по видеосвязи.

– Зачем?

– Как зачем? Ты улетаешь от них навсегда.

– И что я им скажу?

– Скажи, прощайте. Всё... Это лучше, чем не говорить вообще ничего.

Я набрал номер телефона, связался по видеосвязи с отцом. Тот взял трубку спустя

пару минут.

– Привет пап.

– Что случилось?

– Плохие новости, меня мобилизуют, я улечу на звездолёте за пределы нашей звёздной системы, наверное, мы не увидимся никогда.

– Что Антон? Ты что такое говоришь, о... Да на тебе офицерские погоны, ты что майор?

И тут я сообразил, что звоню отцу по видеосвязи, не снимая с себя офицерский мундир.

– Да пап, я соврал, я офицер, я офицер спецслужб. Офицер высокого ранга, теперь, прости, я не мог сказать, но теперь всё, я улетаю.

– Ясно... куда хоть?

– Я поднимусь на борт боевой эскадры, мы идём в зону боёв, всё, прости, деньги, те сто пятьдесят тысяч кредитов, что лежат у меня на счету, не берегите их, тратьте, сколько пожелаете.

– Позвони маме.

– Хорошо, позвоню.

Но маме позвонить я не успел, Елена посадила флайер около космопорта, схватила за руку, и мы побежали, потому что уже немного опаздывали. Мы пробежали через пропускной контроль, свернули направо, преодолели несколько дверей, вышли в коридор под лётным полем, и спустя пару минут уже добрались до челнока, здесь никого не было. Мы вошли внутрь, люк закрылся, и челнок сразу стартовал. Я увидел, как исчезает внизу громада космопорта, как мы поднимаемся, всё выше и выше, небо сначала становится зелёным, потом чёрным, здесь уже космос.

– Ну, вот и всё, начинается наша тюрьма...

– Да не переживай ты так, Лен, ведь мы вместе.
– Сказал я и осёкся.

– Ты, прав, мы вместе, и если... Возможно сможем даже остаться на одном корабле. Тем более, я старший офицер эскадры, и могу приказать...Но управлять эскадрой мы не имеем права, мы отдел КА, а не офицеры флота, мы лишь следим за офицерами флота, и оцениваем их.

– Я знаю.

Наш челнок продолжал ускоряться довольно долго, вскоре впереди показались точки, это был наш флот, они росли и вот уже появились впереди огромные вытянутые корабли, с боевыми башнями, внешними вспомогательными орудиями и радарами. Но конечно, основные орудия и радары находятся под бронёй кораблей, внутри. Наш челнок пролетел вдоль одного из кораблей, выбрал люк ангара, и нырнул в него, люк закрылся, и мы оказались внутри, мы покинули челнок, здесь нас встретили капитан и несколько офицеров.

– Здравствуйте уважаемые сотрудники отдела КА.

Я подошёл к нему и пожал руку.

– Меня зовут Антон, надеюсь, капитан, мы станем с вами добрыми друзьями, учитывая то, что, вероятно, мы проведём с вами вместе много лет.

– Я тоже на это надеюсь, господин майор. Я бы хотел показать вам и вашей начальнице корабль.

– У вас нет других дел? Извините, просто капитан перед отлётом занятая личность.

– Я хотел оказать вам честь, учитывая то, что вы сделали для нас, ведь если бы не отдел КА, мы пошли бы в бой с весьма плохими снарядами.

– Я слышал, что сейчас нет возможности поставить полноценные снаряды с сердечниками из абсолютной брони на ваши корабли.

– Да это так, и снаряды заменили на сверхплотные монокристаллы из висмута, свинца, осмия и аргона. Это всё

же лучше, чем то, что было до. Но не волнуйтесь господа, я верю, мы не столкнёмся с тяжёлыми кораблями врага.

– Мы тоже в это верим.

– Прошу.

Мы пошли по коридорам, тут постоянно были двери с броне переборками, они открывались впереди нас, и закрывались позади. Наконец мы дошли до капитанской каюты, капитан открыл её и продемонстрировал нам роскошный номер на несколько комнат.

– Вы остановитесь здесь госпожа Карина, это мой собственный капитанский номер.

– Хорошо, я осмотрюсь здесь.

– А где будете спать вы, если не секрет, капитан?
– Спросил я.

– Мне выдели комнату офицера связи, это не большая, но индивидуальная каюта со всеми удобствами.

– Ясно, мы вас не стесним?

– Сказать по правде, мне не нравится то, что меня лишили моей роскошной каюты, в которой было бы куда приятнее коротать эти годы полёта, но я понимаю, что так правильно, вы выше меня по званию... И потом, мы сами виноваты во всём произошедшем, если бы я набрался смелости и сообщил куда следует...

– Капитан, вас бы просто убили. Даже отделу КА оказалось весьма не просто разрулить этот вопрос и только вмешательство СЦИ уладило конфликт, поверьте мне, смелость это хорошо, но рисковать стоит лишь тогда, когда есть шанс на успех.

– Мне это известно. К слову вот и ваша каюта, обратите внимание, она не плоха.

– Да, я согласен.

– А теперь, позвольте мне удалиться, есть ещё некоторые вопросы, которые я должен решить перед отбытием.

Он ушёл, я остановился посреди комнаты, это был зал, тут был большой телевизор, компьютер и что-то типа дивана у стены, у другой стены шкаф. Всего комнат было две, вторая куда меньше, и это спальня. В спальне только большая кровать и ещё один шкаф. Также из зала вела дверь в санузел, там естественно туалет и душ. В общем, в прошлом я жил в обычной квартире с родителями, и там места было не особо много. Поэтому, мне моё новое жилище показалось весьма роскошным. Я ещё раз всё осмотрел, посидел на диване, походил взад вперёд, и в дверь позвонили, я открыл, там была Лена.

– Ну что? Как устроился?

– Весьма и весьма не плохо, а ты?

– Ну, у капитана апартаменты не меньше по размерам, чем моя новая квартира, которую я недавно приобрела в центре. Так что жить можно, только вот без оранжереи тяжело будет. Те два кактуса, что я нашла в квартире капитана, едва ли смогут унять мою тоску по растениям.

– Ты так любишь растения? Вот уж не подумал бы.

– Я люблю не растения, я просто люблю природу. Я верю, что иногда, надо выбираться в лес или на море. И я делала это, и делала именно иногда, раз в два три месяца. Но теперь уже так не получится, я узнавала, полёт к нашей цели займёт восемь лет. Представляешь, восемь лет на борту этой болванки.

– Восемь лет здесь с тобой, не так плохо, - пошутил я.

– Да, восемь лет вместе, а могло бы ведь всё сложиться иначе, отправили бы нас на разные корабли в разные концы галактики, и всё, и никогда бы не увиделись больше, вообще никогда не увиделись бы.

Я сделал к ней шаг и поцеловал, она не отказалась. Всё же Лена была ослепительно красива, у ней было фантастическое тело, руки, и волосы... И, не важно, что это всего лишь парик, и на само деле она лысая. Выглядеть хорошо и очень хорошо она умела, и самое главное, она не была старой, и мой возраст был вполне эквивалентен ей.