Остап Бендер — агент ГПУ
Шрифт:
– Так он вам и скажет, командор.
– И я так думаю, Остап Ибрагимович, – пригладил свои усы Козлевич.
– Не скажет или не знает, или побоится, что его развенчают, как вора. Но это уже второй этап выведать у него нужное. Первый же, это найти этого москвича – обменщика, детушки.
– Ищем и не находим, командор.
– Ничего, брат Шура, ищем и будем надеяться, что найдем, так Остап Ибрагимович?
– Надежда умирает последней. – закурил Остап. – Подумать надо мне, да и вам,
– Верно, Остап Ибрагимович.
– Да, если по справедливости, – согласился и Балаганов.
– Ну а теперь о насущной действительной нашей работы, камрады. Открыточное производство наше значительно свернуто, но продолжается, и нам не следует обходить его нашим вниманием ПРЕДЛАГАЮ. Эксперт Балаганов остается на хозяйстве в нашем «Долархе», я еду в Симферополь, Адам Казимирович – в Харьков. Уточняем, проверяем наше открыточное производство. Срок поездки мне и вам, Адам, два дня, не больше. Вам же, Шура, продолжать прием антиквариата, если такой будет, и продолжать оформление поступающих в наше археологическое общество.
– Остап Ибрагимович, в Харьков мне на автомобиле?
– Нет, Адам, пусть машина постоит в амбаре-гараже дворника Македона, я и вы – на поезде поедем. Вопросы есть?
Автомеханик и эксперт молчали. Затем Балаганов тихо произнес:
– Если по справедливости…
– Никакой вашей справедливости, камрад Шура! – оборвал его Остап. За дело, компаньоны-искатели мои. После моего и Адама возвращения продолжим работу над молочником.
– С двумя чашечками. А что мне говорить Лоеву, командор?
– Тоже самое, пробиваем помещение для музея.
Глава VI
Таинственное исчезновение молочника Фаберже
– Можно к вам? – раздался голос у дверей конторы.
Все обернулись к входу и увидели входящего к ним следователя Доменко.
– Входите, входите, Роман Павлович, – пошел на встречу гэпэушнику Бендер.
– Здравствуйте, товарищи.
– Здравствуйте, – почти в один голос ответили археологи.
– Присядьте. Пожалуйста, Роман Павлович, – указал на стул Бендер.
– Присяду и сообщу вам новость. Приятную и не очень вторую новость, – закурил следователь.
– Послушаем и ту и эту, если так, верно, археологи?
– Верно, – кашлянул Балаганов.
– Конечно, уважаемый товарищ, – кивнул Козлевич.
– Первая, – пустил дым с папиросы Доменко. – Вашей конторе выделяется комната, отобранная у магазина игрушек. Уплотнили магазин немного. Комната примыкает к вашей конторе…
– Ура! – воскликнул Бендер.
Вот это да! – воскликнул и Балаганов.
– Приятно слышать, уважаемый, – пригладил свои усы Козлевич.
– Да, помещение это использовалось
– Вот спасибо, вот спасибо. – заходил по комнате Остап. – Организуем теперь там музей археологии, Роман Павлович.
– Ну, а вторая новость? – выпалил Балаганов.
– Да. Вторая, какая новость? – подошел ближе к следователю Остап.
– Вторая… – помедлил Доменко. Нашли вора-домушника, – быстро произнес Доменко. – Да, который обокрал квартиру Лоева, товарищи.
Эту новость археологи встретили разными голосами. Но радостными, поздравительными и даже вскриками удивления.
– Да, нашли, – повторил Доменко. – Но среди уворованных вещей нужного нам молочника не оказалось.
– Вот это да! – топнул ногой Бендер.
– Как же так, если… – развел руками Балаганов.
– А может, утаил его вор? – спросил Козлевич.
– Божится и клянется, что не брал и не видел такого. Даже когда применили к нему меры устрашения, товарищи. Вот какие дела, товарищи, – пустил клубы дыма от папиросы гэпэушник. – Прошерстили его дружков, безрезультатно. Не брал, не видел и точка.
– Да, шарада с неизвестным, – прошелся по комнате Бендер.
– И не с одним, Остап Ибрагимович. Если не он, значит, есть и другой преступник.
Воцарилось молчание четырех мужчин, поставленных перед необъяснимым исчезновением уникального произведения ювелирного искусства.
– Теперь, товарищи, одна надежда на ваш музей. Возможно, вор номер два и принесет вам для продажи.
– Дал бы Бог, – закурил Остап.
Балаганов одобрительно посмотрел на своего руководителя упомянувшего слово «Бог» и проговорил:
– Дал бы Бог.
– Если бы, – сказал Козлевич.
– А для этого надо еще дать объявление, товарищи, что экспонаты для музея и другие ценные изделия покупаются по дорогой цене.
– Дам, дам такое объявление, Роман Павлович, – заверил Остап. – И, как только принесет кто этот злополучный молочник, сразу же доставлю его в ваш отдел, Роман Павлович.
– И постарайтесь, задержать ворюгу, – товарищи, – встал Доменко и направился к выходу.
Остап, проводив следователя, сказал своим компаньонам:
– Вот вам и сказка уголовная. Вора нашли, краденые вещи нашли, хотя и не все, наверное, а самое ценное, молочника…
– С двумя чашечками, – не преминул добавить Балаганов.
– Да, с чашечками, Шура…
– А может, Остап Ибрагимович, у этого Лоева и не было этого молочника? – медленно, как бы в раздумье произнес автомеханик.
– Как это не было? – уставился на него Бендер.
– Может этот учитель говорит что-то не так.
– С какой это целью, Адам? Никакой логики не вижу.