Остатки
Шрифт:
– У тебя просто выбора нет. Либо ты будешь со мной, либо не будешь ни с кем.
– Не слишком ли категорично?
– В самый раз. За тобой везде нужен глаз да глаз.
– Посмеялись и ладно. Мне пора. Удачного проведения бала, – пожелал я, уже открывая двери. Да, пока у нас шла это премилая перепалка, я успел одеться. Хорошо, что в этом крыле никого нет.
– Я тебя не отпускал, – резко остановил меня, отчего я снова впечатался в стену. Уже задолбался, ей-богу.
Как-то мы быстро ретировали
– А я в твоем разрешении не нуждаюсь.
– Правда что ли? – спросил он, нежно целуя меня.
– Мне нужно переодеться… – неуверенно сказал я, уже растекаясь в лужу от ласки.
– Я знаю.
– Я тебя на дух не переношу.
– Это взаимно. Я тебя тоже ненавижу.
– Это за что? – не понял я.
– За то, что с такой легкостью влюбляешь в себя всех и вся.
– Так тебя никто не держит.
– Пф. А меня отсюда не выгонишь – хмыкнул он и стал целовать шею.
– Ах, Кира… Прекрати. Нас так точно потеряют.
– Да мне-то какое дело.
Перевернувшись, я оказался сверху. Напарник сжал мою талию и притянул к себе. Эти теплые руки.
И вот так мы снова оказались без одежды.
Размеренные движения. Спокойные поцелуи. Взгляды. Касания. Я совсем потерял счет времени. Здесь не было слышно музыки, голосов. Стояла непробиваемая тишина, нарушали которую только мы вдвоем. Его частое дыхание, крепкие объятия.
– У тебя есть татуировка, – улыбнулся Кира, когда мы снова отдыхали, разбавляя передышку очередными бутылками.
– Ты только заметил?
– Нет. Просто только что сказал.
– Да. Но она из прошлого.
– В таком красивом месте, – он провел пальцем от низа позвоночника почти до копчика – по всей длине рисунок. Он был в виде саламандры с переплетенной змеей.
Его осторожные касания пальцев были приятными, и я стал понемногу рсслабляться. Осталось, чтобы по закону жанра, что-нибудь помешало такому состоянию.
– Ну давай, скажи очередную гадость.
– Зачем?
– А зачем откладывать?
– Не хочу.
И даже его отказ меня взбесил!
Заметив. Как я напрягся, он спросил:
– Тебе еще дать выпить?
– Не хочу, – передразнивая его тон, тоже отказался.
– Почему ты такой вредный?
– Я вредный?!
– Еще бы. Быть настолько… наивным, это талант.
– Так я тебе нравлюсь? – спросил я и, приподнявшись на локтях, распутно улыбнулся.
– Ты доиграешься.
– Как интересно. А сколько ажиотажа! – засмеялся, коснувшись его губ.
– Серьезно говорю.
– А мне стоит верить?
– Так что с ответом?
– Думаешь, мне до сих пор интересно? – задал вопрос я – У тебя сейчас либо алкоголь на уме, либо просто после секс таким стал.
– Нифига.
– Эх, ну давай, – лег снова в позу лежа,
– Да, ты мне нравишься.
– Как романтично.
– Сарказм?
– Ага.
– Мне вот интересно.
– М?
– Ты всегда злишься, но при этом всегда готов помочь и сам тянешься ко мне.
– И?
– Зачем?
– Не знаю даже. Наверно, потому, что ты мой напарник.
– Только поэтому?
– А что ты хочешь услышать? Что я безума от того, что ты меня выводишь?
– Ты бы не злился, если бы тебе было все равно.
Что-то в этом есть.
– Не знаю.
– Ты вообще хоть раз любил? Кто-нибудь нравился?
– Так чтобы очень – нет.
– Есть причина?
– Думаю то, что я не могу простить себе, что я убийца. Но на тебя-то это не распространяется. Я же говорил, что тебе придется стараться, если хочешь, чтобы я был с тобой.
– С тобой проблем, как с анорексиком. Пихаешь в него еду, а он жрать не хочет, потому что перемкнуло в башке что-то когда-то.
– Ты куда? – обеспокоенно спросил Юки, нагнав парня уже возле входной двери.
– У меня появились дела, – неопределенно ответил, собираясь выйти.
– Дела? В такое время? – пытался остановить повысившимся тоном.
– Да. Нужно уехать.
– Мэй, – чуть не слезно позвал медиум.
– Я скоро приеду. Не скучай, ладно? – улыбнулся Мэй, не давая подростку досказать то, что хотел. Подойдя, ласково поцеловал, заключив в ладони его лицо и ощутив уже влажные дорожки.
– Я же чувствую, Мэй. Что-то не так.
– Обещаю, что скоро приеду, – обнял подростка.
– Я могу поехать с тобой?
– Не стоит. Хорошо отдохни, а потом расскажешь, чем занимался.
Юки заметно поник, опустив чуть островатые плечи.
– Эй, ты чего расстроился? – улыбнулся парень, но в его голосе особой радости не чувствовалось. Подросток неуверенно поднял глаза и заглянул ему глубоко в сознание, но ничего не смог там увидеть.
Поднявшись на носочки, он осторожно коснулся прохладными губами щеки парня.
– Удачи, – только и сказал подросток.
– Ты глазом не моргнешь, как я вернусь.
– Возьми с собой пару наемников – пригодятся, – предложил Сэм.
– Так справлюсь, – кратко отказался парень, собирая в кожаный рюкзак технику.
– Меня твоя упрямость…
– Сэм, нужно закончить поскорее. Время поджимает.
– Да. Но уже почти все закончилось. Остался последний рывок. Я, думаю, должен извиниться перед тобой за Нико.
– Ого, сам король извиняется, – хмыкнул Мэй, все еще сосредоточенно собирая необходимы вещи. Он не воспринял реплику Румонса серьезно.