Остров
Шрифт:
– Деточка, раз он здесь, значит, ему с нами хорошо. Правда, Мигелито?
Мигель робко улыбался, и Магда, обернувшись ко мне, взгляд дом умоляла о помощи. Наступило недолгое молчание.
– Корриды мне наскучили, – заявила Лаура. – Меня интерес суют только тореро.
– Первый был ничего, – сказал Энрике.
– Мне все нравятся.
– А ты бы подождала их у выхода, – предложила я.
– Я так и сделаю, – ответила она. – Налей мне, пожалуйста, еще вина.
Я
– Поговорим о твоем карлике, – предложила Лаура. – Почему ты не захватил его с собой?
– Он гениальный малый, – сказал Энрике. – Со времен моего деда бухгалтерия газеты влачила жалкое существование. Он все реорганизовал, это настоящая счетная машина.
– А правда, что он любит женщин?
– Они сводят его с ума.
– Роман рассказывал, что однажды ты посадил его на шкаф, а сам ушел…
– Это была шутка. Вообще-то мы любим друг друга.
Когда новильяда закончилась, зрители бросились штурмовать столики. Рондиец удостоился почетного круга, после того как убил второго быка. Неподалеку от нас беседовали солдаты, и, пробившись сквозь них, чистильщик показал на мои мокасины.
– Почистить?
– Нет, благодарю вас.
Я смотрела ему вслед, когда коренастый белобрысый мужчина наклонился ко мне и сказал, указывая на него рукой:
– Вы правильно сделали. В жизни не видал подобного типа…
– Вот как?
– Всегда гонится за легким заработком. Он родился уже усталым.
Энрике налил мне в стакан тинто. Мужчина все еще стоял между нами и не думал уходить.
– Женские или детские туфли – это пожалуйста, это он сколько угодно. Это как раз по нему. Но если где надо чуточку поработать, – он сразу на попятную. На днях я был здесь со своей женой, и его позвал один из полицейских… Так знаете, что сделал этот тип? Глянул на его сапоги, скрестил руки и заявил: «Мне это не улыбается». Ей-богу, так и сказал. Здесь почти все такие. Это я вам говорю, а я сам из Ронды.
Для пущей убедительности он стукнул себя в грудь. Энрике предложил ему сесть и протянул стакан вина.
– Большое спасибо. Ваше здоровье и здоровье сеньоров.
– Вы здесь работаете?
– Нет, сеньор. В Мадриде. Приехал на несколько дней с семьей повидаться.
– Мои друзья тоже из Мадрида. Он вам нравится?
– Да, сеньор. Великая столица. Вот уже шесть лет я там живу, а всего города не знаю… До этого я жил в Севилье.
– Чем вы занимаетесь?
– Позвольте представиться: Хосе Лопес Лагуна, регулировщик движения.
– Очень приятно.
– Мне тоже.
Напряжение постепенно спадало.
– Это тяжелая профессия, не думайте…
– Конечно.
– Многие считают, что стоит только поступить в Корпус – и ложись пузом кверху. Куда там! Приходится расхлебывать все подряд.
– Ну, разумеется.
– Я не хочу хвастаться, но скажу, что не всякому под силу отвечать за пост.
Мы прикончили бутылку, и Энрике хлопнул в ладоши, подзывая официанта, чтобы спросить еще. Но тот был занят другими посетителями.
– Здесь недалеко, на улице Грасия, я знаю бар, где есть великолепное вино и тапас – на целый полк хватит, – сказал наш собеседник. – Если хотите, я вас туда провожу.
Энрике расплатился, и мы стали пробиваться сквозь толпу за своим проводником. Все были слегка навеселе. Долорес с выражением, не предвещавшим ничего хорошего, держалась в стороне. Мигель был также мрачен и молчалив. Магда в порыве наигранного веселья повисла на моей руке.
– Что это за тип?
– Понятия не имею.
– Он неприятный. Хорошо бы от него избавиться.
Заговорщицкий тон Магды раздражал меня, и я промолчала.
Бар оказался совсем небольшим и был набит до отказа мужчинами. На стойке красовались подносы с тапас всех сортов. Воздух пропитался запахами табака и жаркого.
– Семь стаканов тинто и семь чанкетес, – сказал Энрике.
– Почки тоже недурны, – заметил полицейский.
– Добавьте также почки, артишоков и кальмаров…
Вино – очень прохладное – пилось легко. Немного потеснившись, чтобы дать нам место, мужчины с любопытством рассматривали нас.
– Вы первый раз в Ронде? – спросил полицейский.
Его глаза блестели, и я поняла, что он пьян.
– Нет, – ответил Энрике.
– Были на новильяде?
– Да.
– Ну и зря. Я в жизни ни одной корриды не пропустил, а в этот раз не пошел. Из троих ни один реала не стоит.
– Быки тоже.
– Да хоть бы они волами были… Настоящий тореро всегда настоящий, даже когда бреется. А эти просто сопляки.
– Согласен.
– На сегодня первый среди них – Ордоньес, и не потому, что он мой земляк.
Лаура сказала, что она предпочитает Луиса-Мигеля. Мы все уже опорожнили свои стаканы, и официант вновь их наполнил. Долорес рассеянно глядела на улицу.
– А в Мадриде вы смотрите корриды?
– Если я не на службе, обязательно. Среди полицейских много любителей. Я каждый год беру абонемент в Сан-Исидоро, а вы?
– Когда я бываю в городе, тоже. – Голос Энрике звучал глухо.