Остров
Шрифт:
– Заметано, командир, – Мишаня сгреб деньги и убрал их в карман – пока лох не одумался.
На станцию полицаи приехали почти одновременно с «гестапо». Суслов первым заметил черный «Форд», сказал:
– А вот и старшие братья.
«Форд» подъехал, из него вышли трое сотрудников регионального отделения комитета «Кобра». С начальником поздоровались за руку, замов проигнорировали.
– Ну, что тут у вас за дела? – спросил старший, майор Мулдашев, начальственным тоном.
– Херовые дела, Ибрагим
– Ну, ты, Суслов, даешь… Че – совсем твои менты мышей ловить разучились?
Начальник полиции побагровел еще сильней – Мулдашева он не любил, а когда однажды тот назвал его Сусликом – возненавидел. За глаза начальника полиции Сусликом называли все, но Мулдашев бросил эту позорную кличку в лицо. Возможно, случайно. А возможно, и нет… Суслик Мулдашева ненавидел, но вынужден был терпеть. Он ответил:
– Предлагаю допросить дежурного по станции. Он свидетель.
Прошли в станционное здание. Перепуганный дежурный рассказал все, что видел. В том числе, что один из преступников орал: «Менты поганые. Резал вас и резать буду».
Суслов обернулся к заму:
– Что, Никифоров, опять скажешь: на раз террористы? А это, сука, аккурат на раз блатные.
Неожиданно зло Никифоров ответил:
– Да, скажу. Я убежден, что это террористы. А кричали про ментов специально, чтобы сбить с толку, закосить под блатарей. Вот только слабо блатарям действовать так толково.
Мулдашев побарабанил пальцами по столу, сказал:
– Верно – сработано профессионально… А ну-ка пойдемте посмотрим ваших мертвяков.
После осмотра тел Мулдашев сказал:
– Точно – профи работали… У машины колеса прострелили. Забрали только документы, оружие, запасные магазины.
– Они и бабло все подчистили, – вставил Суслов.
– А вот золотую цепку снимать не стали. – «Гестаповец» пальцем указал на толстую золотую цепь, которая вывалилась из-под футболки одного из убитых. – Какой же урка пройдет мимо рыжевья? И телефоны брать не стали.
Никифоров сказал вдруг:
– А вот у Пельменя, – он кивнул на труп пузатого, – у Пельменя был навороченный джипиэс-навигатор. Сейчас нет.
– И что? – спросил Мулдашев.
– Похоже, они навигатор-то прихватили. Суслов раздраженно произнес:
– Да хер-то с ним, с навигатором этим. Мулдашев ответил:
– Э-э, нет. Вот навигатор как раз представляет интерес. Мелко ты плаваешь, Суслов. Не догоняешь. По навигатору не только они могут свое местонахождение определять, но и мы можем определить, где они находятся… Если только этот навигатор действительно у них.
Суслов почесал затылок, а Мулдашев высокомерно улыбнулся и быстро двинулся к «Форду». Из машины он связался с центром, объяснил ситуацию. Уже через сорок шесть минут пришел ответ, что навигатор обнаружен – его засекли в тридцати восьми километрах севернее Киземы.
Прикинули по карте: в «квадрате» была деревушка.
Мулдашев азартно скомандовал: «По коням!»
Вся полицейская
– Сами в руки идут, – сказал Мулдашев. – А мы встретим.
Выбрали подходящее для засады место – подъем, да еще и с поворотом. Машины загнали в лес, сами засели с левой стороны дороги. Суслов предложил расположиться с обеих сторон, но Мулдашев сказал: «На хер! Так твои мудаки друг друга перестреляют».
Мулдашев лично проинструктировал полицаев: «буханку» останавливаем огнем по колесам, предлагаем сдаться. В случае отказа – огонь на поражение. Вперед выслали двух наблюдателей. Еще одного Мулдашев загнал на сосну. Через четверть часа наблюдатель, сидевший на сосне, сообщил: на дороге показалась «Газель» с брезентовым верхом. До нее около километра. Это было странно – предполагали, что преступники перемещаются на захваченной милицейской «буханке».
Мулдашев уточнил:
– «Газель»? А «буханки» не видать?
– Нет, не видать.
– Ладно, проверим, что это за «Газель».
«Газель» катила обратно, в сторону Киземы. За рулем на этот раз сидел Мастер, рядом Томилин. Глеб и Пашка валялись в кузове на сене. Возвращаться в Кизему они не собирались – собирались повернуть на Красноборск – поселок на берегу Северной Двины. Мишаня сказал, что дорога на Красноборск не фонтан, но проехать можно. А уж в Красноборске, сказал Мишаня, есть паромная переправа.
Поворачивать на Красноборск следовало не доезжая до Киземы километров двенадцать.
Мастер спросил:
– Как думаешь, Трофимыч – не сдаст нас Мишаня?
– Нет, Михал Андреич, не сдаст. Я ему рассказал байку одну.
– А ну-ка. Что за байка?
– Да простая байка. Про то, как один мужик продал лошадь партизанам. Но об этом стало известно немцам.
– И что?
– Вот и Мишаня спросил: и что? А то, говорю, что был тот мужик объявлен пособником бандитов и повешен.
Мастер усмехнулся:
– А что Мишаня?
– В первый момент не понял, а как понял – побелел весь.
Урча двигателем, машина взобралась на подъем, повернула направо… на дороге справа стоял полицейский «жигуль» и двое полицаев. До них было метров двадцать. Один из полицейских махнул рукой: останавливайся, мол.
– Засада, – сквозь зубы процедил Томилин. Мастер кивнул: да… Он показал правый поворот и начал прижиматься к обочине. Когда «Газель» приблизилась к полицейскому «жигуленку», Мастер резко подкинул газу и вывернул руль, направляя машину на полицейских.
Один успел вскочить на капот, второй – нет. Его лицо мелькнуло перед лобовым стеклом, оставило на нем кровавую кляксу и исчезло. Захрустел разрываемый металл – «Газель» проехалась по борту «жигуленка».