Остров
Шрифт:
Примерно через час после нашего возвращения в таверне появился немолодой тёмный. Красный встретил его, как старого друга, они немного поговорили, потом подошли к нам. Этот дядя оказался тем самым деревенским знакомым, которой может выступить в роли нашего прикрытия при покупке магических книг. Мы быстро обсудили детали, передали тёмному кошелёк, после чего он (тёмный) хорошенько прополоскал рот дешёвым вином. Для антуража.
Взгляд со стороны
Увидев входящих, хозяйка книжного магазина откровенно обрадовалась:
Немолодой дар'роу деревенского вида, явно успевший приложиться к спиртному, поздоровавшись, громогласно пожелал увидеть самые лучшие магические книги, какие тут есть. Сопровождавший его молодой человек, не так давно появившийся в городке и уже несколько раз становившийся предметом всеобщего обсуждения, слегка поморщился и бросил на хозяйку виноватый взгляд, как бы извиняясь за несдержанность своего спутника, после чего со скучающим видом принялся оглядывать полки и витрины.
Второй
Вот это мастер! Интересно, что он с таким талантом в деревне делает? Ему в столицу надо! Н-да… А как тёмная на нас поглядывает!.. Ох, хорошо, что управление у меня… Слышь, партнёр?.. Партнё-ор… Ты ку… Великая Тьма! Неужели?!
Первый
Мы протянули руку и аккуратно взяли с полки старую потрёпанную тетрадь. Слегка пожелтевшие пергаментные страницы были исписаны стихами. Очень знакомым почерком. Тем же, что и наша тетрадь…
Обернувшись к хозяйке, успевшей выложить на прилавок с десяток томов средней степени пухлости, мы как можно более безразлично поинтересовались, а что, собственно, такое мы нашли…
Взгляд со стороны
— О, уважаемый Казус, вы держите в руках жемчужину моей скромной коллекции! Это сборник стихов великого поэта древности, имя которого, увы, до нас не дошло… Известно только, что всю свою жизнь он был влюблён в прекрасную негритянку и свои стихи… Уважаемый Казус, что с вами?!
Молодой человек закашлялся, схватившись за грудь. Лицо его покраснело, на глазах выступили слёзы. Метнувшись к краю прилавка, тёмная схватила стоявший там серебряный бокал на короткой ножке, наполнила его водой из серебряного же кувшина с узким высоким горлом и подала посетителю. Людоед благодарно кивнул, схватил бокал и осушил его двумя большими глотками, после чего посмотрел на хозяйку:
— Прошу меня извинить, уважаемая… Нюхнул недавно какой-то гадости на охоте…
— Вам непременно надо к лекарю, юноша! — голос тёмной стал заботливо-строгим. — И поменьше бродить по всяким сомнительным местам! Поверьте, никакая добыча не стоит жизни!
— Благодарю вас, уважаемая, я так и сделаю. Обязательно! — со всей возможной искренностью заверил Казус. — А сейчас, если позволите, давайте всё же займёмся книгами…
Первый
Мы возвращались в таверну, бережно неся ту самую тетрадь и нечто вроде атласа островной растительности, составленного
В дело пошло всё! И отсутствие каких-либо доказательств существования этих таинственных негритянок (нет, ну вот кто меня тогда за язык тянул, а?!), и отсутствие в стихах указаний на то, что они посвящены именно негритянке, и сильная потрепанность тетради, и… Под конец я поднатужился и выдал несколько сонетов Шекспира в своём вольном переводе в качестве иллюстрации недостаточно высокого художественного уровня содержимого… В результате сошлись на восьмидесяти серебрушках исключительно из-за древности тетради. Вот этот факт оспорить, увы, не представлялось возможным… Что мы и подтвердили крайне кислым выражением физиономии, когда рассчитывались…
Второй
От угощения наш помощник отказался. Сказал, что для друзей Красного такие мелочи он делает совершенно бесплатно и что он сам получил удовольствие от устроенного нами представления. Поэтому, когда мы дошли до 'Щита', попрощался и отправился отвлекать Торда от работы. Мы же занесли покупки в комнату и заняли свой любимый столик.
Примерно через час после обеда перед столиком возникли, как выразился партнёр, два воздушных созданья, наряженных в праздничные платья. Те самые девочки из заведения, которые скрасили наш холостяцкий быт. Партнёр тут же пригласил их составить компанию и усадил по обе стороны от нас, предложив обед (вежливый отказ) и лёгкое вино (благосклонные кивки).
Поскольку выражение лица Рутики трудно было назвать довольным, мы сочли более безопасным лично прогуляться к стойке, взять там вино, бокалы и… узнать, что сладостей здесь, увы, нет. Не делают их на острове. Из метрополии иногда привозят, но за такие деньги!.. Вместо них Торд предложил мелких жареных рачков, какие-то крупные хлопья, при виде которых партнёр мысленно завопил: 'О! Чипсы! — и белые солёные шарики, пахнущие травами.
Первый
Малышки оказались приятной компанией. Не трещали без умолку, не хлебали вино как воду, не хватали горстями лакомства. Говорили негромко, не торопясь, и с пониманием отнеслись к тому, что мы чаще смотрим в зал, чем на них.
В процессе беседы выяснилось, что на время ярмарки мадам дала девочкам выходные, что слух о наших постельных подвигах пустили сами девочки, причём в заведении даже разгорелся небольшой спор на тему, кому быть ещё тремя 'потерпевшими'. Что хозяйка прожужжала всем уши о каких-то таинственных негритянках и вроде бы собирается пригласить одну поработать… Правда, где она её отыскала, никто не знает.