Остров
Шрифт:
Стакан показался неестественно толстым и шершавым. Обожженные нервы передавали в мозг что-то искаженное.
"Прикосновение к прекрасному".
— Как говорится, с добрым утром, — внимательно проследив за ним, произнес Козюльский. — Давно тебя трезвым не видел. Совсем не просыхаешь, пьешь ты необоснованно много.
Откуда-то взявшийся Тамайа сунул в руку горячий, нагревшийся в песке у костра, помидор.
— Один раз хоронили тоже, — уже рассказывал что-то Пенелоп. — Загуляли прямо на кладбище, утром очнулся, смотрю покойник наш из могилы ползет. Хотел его лопатой уебать, хорошо, разглядеть успел-
Сам внезапно ослабев, Мамонт закрыл глаза. Внутри, в области поясницы, что-то неестественно и болезненно разбухло, будто вот-вот готово было лопнуть.
"Закурить что ли? Или заснуть опять?" — Натянув пиджак на голову и поджав ноги, он боком лег в песок.
— И у нас точно так же было, — теперь рассказывал Козюльский. Голос его звучал все бодрее. — …У него через слово было: "Слышь? Слышь?" Спрашивает и спрашивает. Так и прозвали его. А знаешь от чего он помер? Знаешь? — почему — то пристал он к Кенту.
— Откуда я знаю, — с неудовольствием отозвался тот. — Я с твоим другом и рядом не лежал.
— Ведь смеяться будешь — отчего, — Козюльский табачно закашлял, харкнул. — Повесился на шнуре от лампочки. Я его первым и увидел. Захожу, вижу: висит Слышь и ноги в дырявых носках болтаются. Помер совсем, — Кто-то затормозил его вопросом. — Ну как отчего. Оттого… От жизни, жизнь такая… Помню, собрались мы его хоронить, на похоронах выпили… потом еще выпили, самогонку нашли, много самогонки. Неделю пили, песни-пляски пошли. Песни поем, пляски пляшем, один Колька смирно лежит. Мертвый, трезвый и "слышь" не говорит… Ну, вонял, наверное, — опять отвечал кому-то Козюльский. — Не помню, пьяный был. Все пьяные были, не чуяли ничего, может и сами воняли… Только милиция и остановила веселье наше, — Козюльский помолчал, потом счел должным добавить. — Все пропили в доме у покойника, только он сам и остался, в гробу, на двух табуретках. Такие случаи часто бывают, — философски закончил он.
Появившееся солнце проникало под пиджак, светило сквозь закрытые веки. Издалека — все удаляясь — доносилось:
— Ну что, какой теперь праздник скоро?
— Вроде на твоих поминках собрались гулять…
— Ну, это на девятый день только…
— …Брахмапутра, Брахмапутра, — с неудовольствием повторял Козюльский, будто ему не нравилось это слово.
— …Дафния моя, — твердил рядом Кент. — Это жена моя, Дафна. А может и вдовой теперь считается. Я ее Дафнией дразнил, так рыбий корм звали, в детстве. До сих пор меня на берегу подстерегает. Теперь не дождется…
Мизантропы сидели и лежали на палубе разрушенного тамайевского катера, его недавно оттащили ближе к воде. Рядом купались, опять появившиеся, японки. Почему-то прямо в одежде, они редко и медленно приседали у берега.
Где вы их только берете таких? — пробормотал Мамонт. — Красавицы списанные.
— С материка вестимо, — отозвался Кент. — Выловил у берегов. Самые дешевые, какие были. Эта Элеонора, а эта Нинель.
— Да ну, — засомневался, сидящий невдалеке, на стволе наклонившейся пальмы, Чукигек.
— Шучу, конечно. Это я для удобства придумал.
Элеонорой была высокая
— Волосы покрасила, — высказался по ее поводу Чукигек, — а все равно видно, что нерусская.
— Что вы хотели? — отозвался Кент. — Натуральные бабы. Вам пойдут.
Мамонт смотрел на Элеонору, теперь зачем-то стирающую в стороне простенький лифчик.
"Наверное, это женский инстинкт — сразу стирать там, где есть хоть какая-то вода", — Он подумал, что теперь понимает, почему у южных примитивных народов в вечной моде полногрудые женщины:
"Только там, где они всегда одеты, можно считать красивыми женщин плоских и худых."
— Некрасивые дочки получились у их родителей. Видать их здесь тоже по пьянке делают, — Мамонт уставился на бурые женские соски, похожие на какие-то ягоды. Японка вопросительно посмотрела на него круглыми по-мужски безресничными глазами. Показалось, что она чем-то похожа на Джульету Мазину.
"У некрасивых людей сходство встречается редко. Тем более между итальянкой и неизвестно кем. Жители Окинавы здесь, кажется, не считаются вполне японцами."
— Не хотел бы я проснуться утром и увидеть такую рожу.
— Тебе достаточно и такой, с твоим небольшим аппетитом, — отозвался Кент. — Припади к ручке. Перед тобой дама, даже девушка в некоторых местах.
— Девушка, — пробурчал Мамонт. — Таких девушек…
Японки столбиками застыли в воде, молча прислушиваясь к ним. Кажется, Кент был даже доволен, что японки не понимают его, как всякому любящему поговорить ему нравилось слушать только самого себя:
— Жена даже святое, мою коллекцию порнографии, заставила уничтожить, — Кент кивнул на лежащий рядом на палубе журнал с глянцевой девкой. — Я их соседям в почтовые ящики покидал. Пенсионерам — скидка, — Лежа на горячих досках, Кент шевелил зелеными ступнями: свои белые туфли он недавно покрасил зеленкой, а они принялись линять изнутри. — И колеса от сердца, лекарства мои, выбрасывала. Говорит, чтоб скорее сдох.
По берегу ехал корейский подросток верхом на корове. Торопясь миновать опасных мизантропов, горячил корову палкой.
— Всадник бледный, — прокомментировал, глядя ему вслед, Чукигек.
Вдалеке, разбрызгивая лужи, оставшиеся после отлива, строем бежали американцы, скандируя на ходу что-то хвастливое.
— Полузащитники родины, — проворчал Пенелоп, — Эх, срезать бы гадов из пулемета.
— И что делают здесь? — заговорил, до сих пор молчавший, Козюльский. Такое долгое молчание было необычно для него. — Аж сюда догадался добраться американ этот. Большие доллары тратит. Сидели бы дома, водку пили, чем здесь по песку бегать, зря орать.
"В армию идут мазохисты", — Сейчас он испытывал что-то вроде облегчения, глядя на трусящих тесным строем подневольных людей. Ему повезло: его не было среди них, тяжело топающих ногами в горячих сапогах, скандирующих какие-то неуклюжие куплеты: что-то злобное про коммунистов, как он сейчас расслышал.
Вольные мизантропы скептически рассматривали американцев. Сейчас те, выстроившись в шеренги, подпрыгивали, расставив ноги.
— ЧуднАя у них физкультура, — высказался Мамонт. — А вообще, длина жизни меньше всего зависит от зарядки. Детские уловки все это.