Острова
Шрифт:
Внизу была еще одна дверь, а за ней коридор с множеством других дверей. Из-под одной пробивался свет, там Лонгверда ждал человек, с которым они иногда виделись в Управлении, но чаще здесь.
Лонгверд толкнул дверь и сказал:
– Привет, Джозеф.
– Привет, Кастор.
Джозеф сидел в потертом лабораторном кресле и перелистывал тысячу раз виденный комикс, забытый здесь, наверное, еще строителями этого моста.
– Ну что, встреча состоялась?
– Да, мы поели ребрышек.
– Было что-то еще?
– С чего ты взял?
– Чутье.
– Старое
– Вот именно. Так что там было?
– Драка в ресторане. Пришла полиция, потом разобрались и всех отпустили.
– И тебя?
– И меня. Но не сразу. Пришлось показать удостоверение, но только старшему патруля.
– Генералу? – усмехнулся Джозеф.
– Сержанту.
Лонгверд прошел к дальней стене и опустился на такой же, как у Джозефа стул. Ему не нравился настрой коллеги, в нем что-то изменилось, и он искал конфликта. Не большой ссоры, нет, но он хотел сделать Лонгверду больно.
– Вы говорили о деле или только ели ребрышки?
– Да, мы говорили о деле, и я получил дополнительные сведения, которые могут оказаться ключевыми в этой теме.
– Ну и отлично, давай прямо сейчас сделаем передачу, аппаратуру я уже настроил в соседней комнате.
– Я не против.
– Чудесно.
Джозеф достал из кармана блокнот и приготовил ручку.
– Говори, я буду записывать триггерным письмом – так будет быстрее.
– Не нужно записывать.
– А как же будем выводить сообщение?
– Я уже вывел его мысленно. Пойдем на передачу, и я все передам.
– Хорошо.
Джозеф поднялся, убрал блокнот, потом сел.
– Ты, кажется, хочешь сказать мне что-то еще, – напомнил ему Лонгверд, показывая, что тоже имеет чутье.
– Почему ты так решил?
– Джозеф, говори напрямую, мы же не в Управлении…
– Ну хорошо, Кастор. Ты ведь знаешь, что в Метрополии произошли изменения.
– Я слышал об этом.
– Гризотты вернули себе власть.
– Я слышал немного другое, – осторожно заметил Лонгверд и посмотрел на свой маникюр, сделанный на ногтях, подвергшихся остеопластике, иначе бы они не были похожи на ногти человека и перепугали всех маникюрш.
– И что другое ты слышал?
– Гризотты совершили переворот.
Джозеф вздохнул, отчего его перекачанные плечи поднялись, едва ли не выше самой головы. Он вздыхал шумно, как какой-нибудь буйвол из диких степей, и Лонгверд вспомнил про пистолет, лежавший в самом дальнем шкафу в ящике, если, конечно, Джозеф не нашел его и не перепрятал.
– Послушай, Кастор, рано или поздно справедливость должна была восторжествовать. Каттинги были временным звеном. Да, они много сделали для Метрополии, но их время вышло, и так же, как когда-то они изгнали гризоттов, гризотты изгнали их.
– Гризоттов изгнали пятьсот лет назад.
– И что, Кастор? Пятьсот лет или полгода, что это меняет? Их выставили вон, а теперь они вернулись!
– Но ты не гризотт, ты каттинг.
– Не гризотт, но я выступаю
– И ты не политик.
– Я не политик, Кастор, но я патриот. Я уже видеть не могу все эти ужимки перед муглами. Ах, они должны оставаться в неведении, ах, они не должны знать. Да пусть узнают, пусть обгадятся, когда на орбитах их планет появятся наши десантные корабли! Тысячи кораблей! Десятки тысяч!..
В запале Джозеф вскочил со стула, и тот упал, однако он этого даже не заметил, продолжая выкрикивать какие-то лозунги, с частью которых Лонгверд был согласен, но только с частью.
Потом он снова подумал о пистолете: перепрятал его Джозеф или не нашел? Или, может, даже не думал искать?
– Гризоттам я не присягал, Джозеф, вот в чем дело.
– Ну и что? Я тоже не присягал гризоттам, потому что их тогда попросту не было в Метрополии, а теперь они есть и ситуация изменилась.
– Скажи внятно, чего ты от меня хочешь?
– «Скажи внятно», – передразнил его Джозеф. – Ты изъясняешься, как человек, Кастор. Признаться, я даже завидую тебе, ты так вжился в образ человека, что наверняка даже не имитируешь оргазмов с проститутками…
– А ты имитируешь?
– Конечно. А вдруг нас в этот момент пишут?
8
Где-то наверху проехал тяжелый трейлер. От его тяжелой поступи содрогнулись стены, но потом снова стало тихо, обычных легковушек мост не замечал.
– Ты должен отправить донесение в новый блок управления, – сказал Джозеф, и в помещении воцарилась такая тишина, что стало слышно, как в коридоре падают на пол капли конденсата.
– Новый блок и так является руководящим, Джозеф, и все, что я отправлю прежнему начальству, однозначно увидит и новый блок. В чем смысл твоего требования?
– Посылая сообщение в новый блок, ты показываешь, что поддерживаешь приход к власти гризоттов.
– А я поддерживаю?
– Не корчи из себя дурачка, Кастор, в Метрополии новая власть, и ты обязан ее поддержать или…
– Что «или»?
– Или исчезнуть.
Лонгверд кивнул. Он тщательно собирал сведения обо всех своих товарищах и знал, что Джозеф был рожден на Ронтуле, где имеется две луны. Его луной был Ловинзал, которая теперь находилась в перигее, а вот луна Лонгверда – Штара, была в неделе от апогея на орбите его родной планеты.
– Хорошо, я понял тебя.
– Ты… отправишь донесение в новый блок?
– Но у меня ведь есть еще немного времени?
– Совсем немного, Кастор, – сказал Джозеф и сделал разминающие движения плечами.
«Такой сомневаться не будет, – подумал Лонгверд. – Но где же пистолет?»
– Да, на случай, если ты будешь искать пистолет, он на прежнем месте, только я его обезвредил.
– Правда?
– Да. Я вытащил боек и сбросил его в слив…
– Пистолет мне пока не нужен, Джозеф, но за информацию спасибо.