Острова
Шрифт:
«Слишком много кошек за один вечер», – подумал он и огляделся.
Слабо освещенные окна, сырой асфальт, редкие машины у обочин.
Предчувствие или только кажется?
11
Лоренс поднялся с заднего сиденья и посмотрел вслед уходящему прохожему в рабочей куртке. Потом толкнул напарника в плечо.
– Все, приятель, оторвись от нее, он уже прошел…
Напарник оттолкнул манекен и брезгливо сплюнул в окно волос от искусственного парика.
Этот
– Внимание, Марш, я Фиалка, объект проследовал, внимание обратил. То есть – объект вменяем.
– Обойдемся без твоих заключений, Лоренс, – резко ответил майор.
– Да, сэр.
– Вот и заткнись.
– Да, сэр, – повторил Лоренс и выключил рацию.
– Ну и чего ты нарываешься? – спросил повернувшийся Брайт.
– Я не специально, само получилось.
– Он скинул твою премию в прошлом месяце, скинет и в этом, – сказал Брайт и снова сплюнул в окно.
– Ты снова целовал ее с языком? – поддел его Лоренс и захихикал.
– Ой-ой, какие мы остроумные.
– Не шурши, его вроде брать собираются.
– С чего ты взял?
– Ну кошек-то из окна выбросили – прямо из кафе.
– Не согласен с тобой, коллега. Кто его брать будет, если он опасен, как зверь? Таких надо электрошоком гасить, а уже потом пеленать.
– Полковник Фельц притащил какого-то специалиста.
– Какого специалиста?
– По виду – терминатор.
– Думаешь, он гасить будет?
– Не знаю. Но по мне так лучше электрошокером.
– А ты видел, какие дырки остаются от боевого электрошокера? Все же одиннадцать тысяч вольт.
– Я не доктор. У меня другие функции.
Тем временем в припаркованном на той же улице автофургоне внимательно следили за создавшейся ситуацией.
Пять человек сидели в отсеке связи и слежения, еще двое, спрятавшись за машиной, охраняли фургон от внешних угроз. Как-никак в нем находился один из замов начальника контрразведки.
– Фиалка передала объект Ромашке, сэр, – доложил полковнику майор.
– И что вы думаете делать дальше?
– Здесь пустынный квартал, сэр, все ходы-выходы нами перекрыты, если брать – только здесь. Когда выберется на Гранде-Сити, уйдет с концами.
– Что скажете вы, капитан?
Сидевший в углу офицер из оперативного отдела дернул головой, пригладил коротко стриженные волосы и сказал:
– Возьмем электрошокером, сэр, тогда он останется цел.
– Но это нороздул.
– Знаю, сэр, мы брали и нороздулов, и прочих тварей. Захват пройдет штатно.
– Ну, раз так, идите на улицу и лично проконтролируйте операцию. Вам передаются все полномочия.
Капитан снова пригладил волосы и вышел вон.
– Этого
– Перестаньте ныть, капитан Фоссум, вы проворонили врага. И относительно вас, а также вашего начальства, будет проведено самое подробное расследование с соответствующими выводами.
Капитан закрыл лицо руками и затих, а полковник повернулся к сидевшему у двери огромному спецназовцу и сказал:
– Лейтенант Карно, будьте добры, подстрахуйте местных специалистов. Я даю вам все необходимые полномочия.
– Но, сэр, – возразил майор, – Восбрехту не нужны помощники! До сих пор он сам прекрасно справлялся! И потом, вы уже дали капитану все полномочия!
– Дал, – легко согласился полковник. – А лейтенанту дал чуть позже и чуть больше полномочий, к тому же он не станет мешать вашему капитану, он лишь подчистит дерьмо, которое из-под него вывалится. Действуйте, лейтенант.
– Слушаюсь, сэр.
12
Все стало ясно, когда спереди из подворотни вышли двое мужчин в просторных плащах, а чуть дальше, у самого выхода на освещенную Гранд-Сити, из машины выбрался еще один в похожем плаще и, открыв багажник, сделал вид, что занят делом.
«Вот и все», – подумал Лонгверд, невольно перебирая варианты, где и как его могли вычислить. Впрочем, теперь что-то перебирать было глупо, его могли вести полгода и даже больше, зацепив на какой-нибудь рядовой проверке.
Таких проверок на каждого сотрудника приходилось по десятку в год, и обычно они заканчивались ничем. Но не в этот раз.
У них была возможность понаблюдать за ним еще, собрать побольше сведений, но, видимо, сроки поджимали. Он добывал информацию о походе на Монсаль, а они узнали об этом и теперь хотели срочно получить ответы на свои вопросы. Но нет, господа, у Кастора Лонгверда совершенно иные планы.
Он метнулся в подворотню, понимая, что его ждут, однако они не ждали того, что он им приготовил. В конце концов, это его луна без пяти суток в апогее, а не их, и вообще, есть ли у них понятие своей луны? Лонгверд об этом даже не слышал.
Наперерез ему бросились двое оперативников. Крепкие ребята, кулаки, как чугунные болванки, но «бум-хрясь!» – и они полетели на мостовую, едва не разорванные пополам. А Лонгверд понесся дальше, чувствуя, как силы в нем прибавляются, ведь его луна с каждой минутой поднималась все выше.
Во дворе он увидел троих – контрразведка легко не отпускала. Первый бросился ему под ноги, но знал бы он, как медлителен в глазах нороздула под высокой луной. Лонгверд на лету сломал ему каблуком ключицу и помчался дальше.