Освободи меня
Шрифт:
В самый тяжелый период, когда моя семья резко стала бомжами, я училась на последнем курсе колледжа. Замкнулась в себе, стараясь избегать любого общения. А во время репетиции для подготовки к экзамену по театральному мастерству не смогла совладать с собой и расплакалась, позорно сбежав со сцены.
Рыдающую в подсобке с костюмами меня и нашла Ника, единственная девочка из группы, с которой я почти подружилась. Под влиянием эмоций выложила ей все как есть. Каково же было мое удивление, когда на следующий день Ника предложила заменить ее у Жоржа.
Жорж принял мои условия по отказу от интима, предупредив, что так многие вначале не решаются. Всего лишь вопрос времени. Несколько раз я настраивалась перешагнуть черту. Моего заработка едва хватало на необходимые нужды и оплату долгов. А помимо этого, требовались наряды для создания нужного образа. Везло только с тем, что меня часто выбирали и оставляли приличные чаевые за проведенный эскорт с творческим подходом к каждому клиенту. А учитывая то, что половина моих клиентов были геи, скрывающие ориентацию, вопрос интима вставал не часто.
Однажды я уступила своим принципам. Обходительный и приятный в общении художник возраста Артема, нанимал меня в сопровождение на выставки в течение полугода. Я чувствовала к нему нечто вроде симпатии. Да и что скрывать – хотелось отношений. Хоть Ната и не верила ему, но мне казалось, что мы встречаемся уже как пара.
Продлилась наша связь недолго. Вернее, до того момента, пока художник не поставил меня в известность о прекращении отношений. Так и заявил в конце, что хочет обрести семью с приличной девушкой. А со мной ему просто нравилось проводить время. Буквально на следующий день Жорж выдал мне типа премии в крупном размере, похвалив, что смогла себя выгодно продать. От кого такая щедрость перепала, поняла, конечно.
Стук в дверь.
– Дан, открой.
Поднимаюсь с кровати, нехотя иду к двери. Нет, ну я все понимаю, но круглосуточная работа должна доплачиваться с процентами.
– Я слушаю тебя? – смотрю в упор на преобразившегося заказчика.
Думала, сейчас ввалится пьяный и начнет приставать. Но к моему удивлению взгляд глубоких серых глаз значительно прояснился. Без костюма, в футболке и джинсах он мне нравился даже больше. Влажные волосы свидетельствовали о принятом душе. И чувствовался аромат кофе.
Сейчас Артем меньше походил на циничного расчетливого сноба, а больше на беспечного обаятельного мужчину. О чем я вообще думаю? Пусть выглядит, как хочет, он же просто заказчик. Прогнала разгулявшееся воображение.
– Выйди в гостиную, поговорим, – отдал короткий приказ и, не дожидаясь, скрылся.
Ну вот… смена продолжается. Обернулась, мысленно помахав мягкой кроватке, и потопала за Артемом.
Заказчик купил мое присутствие на все эти дни. Спать, судя по всему, буду уже дома.
– Садись, – указал на белое кожаное кресло. – Что пить будешь?
– Кофе, – ответила, не раздумывая, спиртное меня сейчас мгновенно вырубит.
Думала, вызовет горничную, но нет. Сам понажимал кнопки кофе-машины
Подал мне мой заказ и присел напротив, подкуривая сигарету. Смутилась под тяжелым, проницательным взглядом. Как у него так получается, наедине срывать с меня защитную маску, отточенную за последних два года? В качестве подтверждения, опять пылающие щеки и желание скрыться от него подальше.
– Распусти волосы.
Перехватило дыхание от незначительной просьбы. Это прозвучало, почти как: «сними юбку». Я все еще находилась в том же виде, что и на вечере.
Медленно стягиваю резинку и сжимаю в руке. Что дальше? Уже напоминать о пятом пункте или подождать?
– Знаешь, а ты красивая, – протянул он, выпуская струйку дыма, – Когда Илья прислал мне несколько фото, я сразу выбрал тебя, – теперь стало понятно, кто заказывал у Жоржа эскорт. И почему папик не объяснил, как выглядит клиент.
Раньше не придавала значения своему фото в открытом купальнике для показа заказчикам. А сейчас представила и окончательно смутилась, плотнее сжав колени.
– До моделей мне далеко, пустые комплементы ни к чему.
И зачем я это сказала вместо спасибо? Усталость. Теряю роль.
Артем после моих слов вскочил на ноги и потянулся за новой сигаретой. Вспомнил свою прекрасную Лилиану. Так она ждет в номере, в чем проблема?
– Считаешь меня ценителем шаблонной красоты? Сделала выводы только по одной лишь белобрысой стерве? – Судя по раздраженному тону задела больное место. – А какие выводы можно сделать о тебе, Дана? – Резко перешел на мою личность, вернувшись на свое место напротив. – Милая скромная девушка, студентка или работающая где-нибудь в творческой сфере, или официанткой, да хоть продавцом-консультантом в магазине. Неважно. И что в итоге?
Терпеть осуждающий тяжелый взгляд стало невыносимо. Зачем ему думать обо мне? И еще больше напрягало, почему я так переживаю о его мнении? Ловлю каждое слово и остро реагирую.
Распинаться перед ним, оправдываясь в причинах выбора, никакого желания не возникло. Вот послать запросто. Сноб, как был, так и остался. Надо же, какой прозорливый, с продавцом-консультантом попал в точку.
– Я могу идти?
Не дожидаясь ответа, поднялась и выжидающе посмотрела на того, кто никогда не знал лишений. Но так легко судит.
– Да, – глухо обронил он, отвернувшись к окну. Ну и отлично.
Во мне кипела злость. Вот гад. Зачем он вообще меня позвал?
Не задерживаясь, ринулась в коридор. Сзади послышались торопливые шаги.
– Дан, – приостановилась, так и не дотянувшись до дверной ручки, – Подожди…
Ну что еще?!
Послушно развернулась, прислонившись к стене возле двери. И это оказалось моей ошибкой.
Артем, не давая опомниться, склонился надо мной, расставив руки по обе стороны. Оказалась прижатой к стене. Он просто держал меня в ловушке рук и рассматривал потемневшим взглядом.