Шрифт:
Jennifer L. Armentrout
UNCHAINED
Печатается с разрешения литературных агентств Rights Mix Agency и The Van Lear Literary Agency
Дизайн обложки Екатерины Климовой
Copyright © 2013 by Jennifer L. Armentrout
Глава первая
Стальная крыша Центра Нэнси Хэнкс [1] отзывалась эхом на ритмичный стук армейских ботинок Лили Маркс, заставляя потревоженных
1
Павильон старого почтамта, построенный в 1899 г., архитектурная достопримечательность Вашингтона. Башня с часами – одно из самых высоких зданий в городе. В 1978 почтамт переоборудовали в крупный торговый центр, названный в честь Нэнси Хэнкс – председателя национального фонда искусств. – Здесь и далее прим. ред.
Она смерила на глаз расстояние между башней с часами и смотровой площадкой – метров тридцать, не меньше. Прищурив изумрудно-зеленые глаза и прижав бумажный пакет к груди, девушка развернулась, – клетчатая юбка при этом со свистом обернулась вокруг бедер, – и в один прыжок перемахнула с крыши на крышу, ухватившись за карниз под окном башни. Подтянувшись, устроилась на краю, свесив ноги. Заправив прядь каштановых волос за ухо, Лили быстро оглянулась – ее никто не преследовал.
Разорвав пакет, девушка достала гамбургер, надкусила и застонала, наслаждаясь вкусом сочной, отменно приготовленной, жирной котлеты. В мире, где Лили приходилось тратить большую часть времени на всякую нечисть, что пыталась мериться с ней силами, такие мелочи делали ее счастливой. Дайте ей несколько гамбургеров, и она будет на седьмом небе, наплевав на то, что это вредно для сосудов и артерий. Звучит пафосно, однако такие моменты ей были жизненно необходимы.
Лили сунула в рот ломтик картофеля фри и… замерла от знакомого ощущения. Спину стало покалывать – словно змейка скользила вдоль позвоночника. Он подошел слишком быстро, слишком близко. И никаких сомнений, что это именно ОН.
– Черт возьми, – пробормотала девушка.
Даже здесь, на этой проклятой башне, ей не дали поесть спокойно. Бессмысленно не обращать на него внимания. Чувство покалывания стало острее. Бросив взгляд на смотровую площадку, девушка мгновенно утратила способность здраво мыслить. Стоило лишь увидеть его. Так случалось всякий раз, когда они встречались. Лили знала, что его зовут Джулиан, но ни произнести, ни написать этого имени не могла.
Когда его не было рядом, она считала, что он всего-навсего ее головная боль.
– Привет, моя Лили.
Она закрыла глаза. Будь проклят этот голос. Глубокий, теплый, проникающий под кожу, в самое нутро. Особенно когда он вот так произносил ее имя.
Лили приоткрыла один глаз. Джулиан хищно улыбнулся. Сам изгиб его губ – полной нижней и чуть более тонкой верхней – казался невероятно соблазнительным. Эти губы сулили наслаждение, и в то же время от них веяло опасностью. Ей следует об этом помнить.
Несмелым взглядом она скользнула по его лицу и подавила вздох. Девушка знала, что он – абсолютное зло. Настолько, что почти все ее сородичи боялись его. Хотя это ничуть не мешало осознавать, до чего же он красив. И мужчины, и женщины – восхищались его красотой. В конце концов, ведь Джулиан был ангелом.
Этим
– Что ты хочешь? – Девушка призвала на помощь остатки здравомыслия, стараясь, чтобы ее голос прозвучал безразлично.
Его улыбка стала шире.
– Разве это не провокационный вопрос?
Лили закатила глаза и откусила от гамбургера.
– У меня перерыв на обед, так что ты ошибаешься, если думаешь, что я буду тебя преследовать.
Джулиан подошел поближе. Легкий ветерок колыхал светлые волосы почти до плеч.
– Какой же нефилим откажется преследовать падшего ангела?
– Голодный, – буркнула она.
– И может, я тебе нравлюсь?
На миг Лили задумалась об этом. Вот уже без малого восемь лет он тенью следовал за ней. Порой даже не терпелось перекинуться с ним парой слов. Их общение забавляло ее, а подчас больше, чем просто забавляло.
– Нет.
– Я тебе не верю, – сказал Джулиан тихо.
Все-таки его голос будил внутри нее нечто странное, она даже неловко поерзала на месте, затем поймала взгляд блестящих синих глаз.
– У тебя нет занятий получше?
Посмеиваясь, он склонил голову набок.
– Столько времени прошло, и ты все еще боишься меня, моя Лили?
Что это еще за дурацкое «моя Лили»? Девушка ненавидела, когда он так говорил. Можно было подумать, будто она принадлежала ему. А это не так, абсолютно не так. Лили вообще никому не принадлежала. Хотя нет, неправда. Она принадлежала Святилищу.
– Ну же? – переспросил он, не дождавшись ответа.
Лили нахмурилась. Джулиан мог запросто ее убить одним лишь ударом, но ни разу не нанес ни единой серьезной раны. Даже когда она всадила ему нож между ребер, просто отмахнулся от нее, точно от мотылька, и продолжил заниматься своим делом.
Ту ночь Лили помнит, как вчера. Это была их вторая встреча. Семнадцатилетняя, она впервые вышла на охоту одна. Схватилась с одержимым, но еще трое подкрались сзади. С одним девушка справилась без труда, но остальных это лишь распалило. Одно неверное движение – и Лили оказалась загнанной в угол. Они кружили возле нее как стервятники, и едва она надумала пронзить кинжалом самого крупного из них, будто ниоткуда возник Джулиан, разогнав эту жуткую троицу. А Лили его за это ударила ножом.
Ну а второй раз, когда он спас ей жизнь, она и вовсе вспоминать не хочет. Никогда.
– Нет. Я тебя не боюсь, – сказала Лили наконец.
Ангел сверкнул белоснежной улыбкой.
– Врунишка.
– Зануда.
Она прожевала еще один кусок гамбургера и, недолго думая, запустила в собеседника картошкой фри.
– Как ты можешь есть эту гадость? – спросил он.
– Это не гадость. Это вкусно, а ты мешаешь.
– Я всего лишь беспокоюсь о твоем здоровье.
Лили знала, что это полная чушь.
– Очень сомневаюсь, что это убьет меня.
– Я правда беспокоюсь за тебя.
Она так старалась не реагировать на его слова, что чуть не раздавила пальцами булочку с кунжутом.
– Почему ты меня постоянно преследуешь?
– Приходится.
– Но почему?
Хотя уместнее, пожалуй, было бы сначала спросить, как он умудрялся повсюду находить ее. Все нефилимы имели божественный щит, который скрывал их местонахождение от Падших и тупиц-приспешников – так оскорбительно называли нефилимов, совращенных Падшими.