Отчаянные
Шрифт:
— Он самый, адмирал.
— Где Саммерс?
— В офицерском клубе, адмирал, — ответил Коттшелл. — Прощальный завтрак в узком кругу штабистов.
— Вызовите его сюда, — приказал я, когда экс-шеф-сержант вернул мне мое удостоверение.
— Адмирал?
— Мне нужно, чтобы эта жалкая сухопутная крыса была здесь через пятнадцать циклов — прежде, чем я увижу кого-либо еще. Ясно?
— Н-но н-не м-могу же я так просто оторвать адмирала…
— Скажете ему, что это чрезвычайная ситуация. Поверьте мне, вы скажете ему чистую правду.
— Т-так
— Насколько я понимаю, начальник штаба тоже в клубе?
— Э… никак нет, господин адмирал. Его не пригласили. Занятно…
— Почему не пригласили? — спросил я.
— Не могу знать, господин адмирал.
Ну как же, подумал я.
— Где его кабинет?
— Кабинет капитана Уильямса этажом выше.
— Хорошо. После того как вызовете Саммерса, передайте Уильямсу, что я хочу видеть его здесь, в кабинете командующего, ровно через цикл после прихода Саммерса, когда бы это ни случилось. Ясно?
— Э…так точно, господин адмирал.
— Ах да… — добавил я. — И отмените все специальные мероприятия на базе, связанные с передачей командования, — смотры, парады и все такое прочее. Об этом я позабочусь сам, позже.
— Так точно, господин адмирал. Никаких парадов.
— Тогда за дело, — сказал я, проходя в кабинет Саммерса. Его убранство отличалось такой пышностью, что меня едва не стошнило. Я даже зажмурился на мгновение. Здесь можно было спать… нет, лучше, заниматься любовью. Здесь можно было делать много чего, только не руководить военными операциями. Резко повернувшись, я ворвался обратно в приемную, где Коттшелл как раз разговаривал с кем-то по голофону.
— Это Саммерс? — спросил я.
— Это капитан Уильямс, господин адмирал. Он на проводе.
— Очень хорошо. Саммерс едет?
— Адмирал заверил меня, что приедет незамедлительно, господин адмирал.
— Отлично. Тогда на время нашей с ним встречи я предлагаю вам отдохнуть и выпить кф'кесса. Только не слишком задерживайтесь. Не думаю, чтобы разговор с Саммерсом занял слишком много времени. Ясно?
— Ясно, господин адмирал.
— И последнее, — добавил я. — Прежде чем идти, выведите на свой дисплей ежедневные записи за последний месяц.
— Ежедневные, господин адмирал?
— Вот именно, ежедневные, — подтвердил я. — Дайте их мне и ступайте отдыхать.
— Сейчас же, господин адмирал, — ответил он и забегал пальцами по клавиатуре, потом встал и вышел, похожий на высокое серое привидение.
Я уселся за его стол и в ожидании Саммерса начал знакомиться с донесениями штаба, технической службы, наблюдателей и прочих.
Приблизительно через тридцать циклов в дверь свирепо ворвался грузный контр-адмирал в парадной, белой с золотом, форме.
— Что все это значит, Коттшелл? — рявкнул он через плечо, направляясь к своему кабинету.
— Коттшелл вышел, — сказал я, поднимаясь из-за стола. Я сразу же ощутил, что мне придется приложить все свои усилия только для того, чтобы заставить себя говорить с этим типом.
— А вы еще кто такой, тытьпобери?
— Моя фамилия Брим.
Саммерс
До начала Первой Великой войны Флот был прибежищем отпрысков самых знатных и богатых семей Империи — таких как Саммерсы, владельцы преуспевающей корпорации «Саммерс и Винсент, Лтд.», занимавшейся разработкой полезных ископаемых на астероидах. Однако чудовищные потери первых лет войны заставили командование сделать доступ к образованию открытым, на конкурсной основе — после того, разумеется, как уломали или улестили всех оппонентов.
Мне, грязному нищему карескрийцу, удалось прорваться на первый так называемый открытый курс, и за это меня ненавидели. Возможно, я и выстоял-то только ради того, чтобы доказать им, что и я на что-то гожусь…
— Ну-ну, — произнес он с циничной ухмылкой. — Знаменитый змей Брим с Карескрии. А теперь к тому же еще и адмирал Брим. Как мило.
— Пусть будет адмирал Брим, — согласился я, невольно хмурясь. — Иначе в этом кабинете не было бы ни одного адмирала, произведенного в этот ранг по заслугам.
— Почему вы одеты не согласно моему приказу? — возмущенно спросил Саммерс; потом смысл моих слов дошел до него. — И что вы вообще хотите этим сказать?
— Я хочу этим сказать, — ответил я, игнорируя его замечание насчет моей формы, — что жизненно важные зоны этой базы выглядят как дерьмо тухлое и никуда не годны. Если за все это отвечаете вы — а именно так я понял, — значит, вы только делаете вид, что вы офицер. И командующий базой.
Глаза Саммерса распахнулись широко-широко от удивления и ярости. Он открыл рот, чтобы сказать что-то, но я перебил его:
— Где находились корабли дальнего патрулирования в момент прибытия моего конвоя?
— Что?
— Где, черт подери, находились патрульные корабли, когда прибыл наш конвой? — повторил я, кипя все сильнее.
— Я не обязан отвечать на ваши дурацкие вопросы, Брим, — презрительно заявил Саммерс.
— Так ли это? — спросил я, выходя из-за стола и подойдя к нему настолько близко, что нас разделял Какой-то ирал. — Повторяю еще раз, Саммерс. Где были патрульные корабли в момент прибытия моего конвоя?
При том, что Саммерс был немалых размеров, моя внезапная вспышка обезоружила его. Много лет назад, в Академии, он имел вполне угрожающий вид, особенно для нищего первокурсника. Однако теперь весь его вес выродился в жир, и страха он внушал не больше, чем раздувшийся волдырь. Какое-то мгновение он колебался, потом принял обиженный вид.
— Все корабли стояли на якоре в подземном убежище, как и положено.
— Как положено? — не поверил я своим ушам. — Во время вражеского налета?
— Орбитальные форты градгроутов достаточно защищают от нападения, — объяснил он мне тем тоном, каким обращаются к сопливым кадетам.