Отдай мне её

Безрукова Елена

– Ты?! – вскрикнул юный прохиндей.

– А ты кому-то ещё денег должен? – встал напротив него, уперев руки в бёдра.

– Просто не ожидал, что ты на такое способен.

– Думал, я тебе дам кататься на себе и по-братски спущу долг?

Женя молчал, тяжело дыша. Брат братом, но он действительно виноват и рассердил старшего сухаря.

– Бить будешь?

– Я? Ни в коем случае. Ты же знаешь – мне нельзя травмировать руки.

Мелкий заметно тут же оперился и смотрел с вызовом. Засранец.

– А вот ребятам портить руки можно. И даже больше – это их работа.

Засранец

тут же растерял былую спесь, вызвав у меня улыбку на небритом лице.

– Сейчас мы заберём у тебя всё, что есть. Дальше посмотрим по обстоятельствам. Наверняка на картах у тебя должны быть сбережения. Где твой телефон? Доставай. Чего сидим? А, точно, руки же… Ребят, ну помогите парню… Ага, спасибо.

Парни достали из кармана джинсов гаджет дорогой марки и протянули мне.

– Последняя модель? Кудряво живёшь для должника. Телефон также изымаю – думаю, смогу продать его в полцены. А теперь говори код для разблокировки.

Женя послушно назвал. Мои пальцы быстро набрали нужные цифры.

– Теперь от личного кабинета?

Я уже нашёл в меню смартфона нужную иконку банка, которым пользовался музыкант. Приложение послушно развернулось и требовало код для входа в личный кабинет. Женя понял, что лучше отдать что есть и хоть немного уменьшить свой долг. Он назвал код, и я провалился внутрь.

– Так… Две карты. Дебетовая и кредитная. Списываю все с обеих, с кредитки тоже. Теперь ты должен эти деньги не мне, а банку.

Ввёл необходимые данные, мой телефон оповестил вибрацией, что средства уже зачислены на указанный счёт.

– Всё. Ещё половина долга осталось. Ну, телефон продам тысяч за пятьдесят. Итого – с тебя ещё триста тысяч рублей. Советую копить или брать новый кредит. Ты мне всё отдашь, до копейки, – наклонился к его лицу вплотную. Быть ослом, на котором ездят, я не желаю. – А если будешь бегать дальше – я лишу тебя акций.

Глаза Жени полыхнули гневом – я попал по больному.

У него и так была минимальная доля в бизнесе, и то – потому что мать слёзно просила не бросать на произвол судьбы никчёмного ребёнка. Отец из уважения к нашей матери взял Евгения в бизнес в число акционеров, отдав ему семь процентов. Дивиденды с них были небольшие, но стабильные, да и равнялись почти стандартной зарплате или неплохой подработке. Лишившись этих акций, Женя точно сядет в лужу со своим образом жизни. Используя своих крепких парней, я вполне мог заставить его отписать долю акций, вывести его совсем из бизнеса и владеть почти полным пакетом единолично.

– Я надеюсь, ты меня понял. Развяжите его.

Парни ослабили ремень, и как только блондин почувствовал, что снова может двигаться, тут же активно заработал руками, выбираясь из пут.

– Свободен, – сверкнул на него глазами.

Повеса не заставил повторять дважды, мигом встал со стула и убежал рысцой за дверь.

***

Снова вернулся в Центр. Небрежно бросил пиджак в кресло, а сам уселся за стол.

Рабочий день ещё не закончен, и пока меня не было в центре, успели накопиться дела – вон уже стопка бумаг легла на стол при помощи улыбчивой Евы.

Ева – моя секретарша. Симпатичная девушка, но скромная. Такую и хотел – не люблю, когда на меня вешаются. Особенно

охотницы не столько за моим телом, сколько за кошельком. Ева не пыталась мне оказывать знаки внимания, да и я не хотел этого. Возможно, где-то в глубине души она и симпатизировала мне, но видела, что это не взаимно, и попыток сблизиться не предпринимала. Ещё бы – такое место не хочется терять!

Только потянулся за бумагами, как раздалось характерное пиликанье телефона, оповещающего о входящем сообщении какого-то мессенджера. Не понял. Мой телефон лежит рядом, и звук я принципиально никогда не включаю. Тогда чей это телефон?

– Ева, – обратился я к секретарше, которая заботливо принесла мой любимый горький чёрный кофе. – Вы забыли, что на работе необходимо отключать звук?

– Это не у меня, Роман Викторович, – подняла удивлённые глаза на меня девушка. Нахмурившись, смотрел на неё. – Это из вашего пиджака.

Ева указала рукой на брошенный в кресло предмет гардероба.

Чёрт! Точно. Совсем забыл, я же сам забрал телефон у брата, чтобы продать его. Вот он и пиликает. Надо выключить его, чтобы не раздражал.

– Я понял, – сказал я девушке. – Прошу прощения. Вы можете идти.

Ева ушла, а я вынул телефон из кармана. Где тут у него кнопка выключения, чёрт его дери? Я не силён в гаджетах. Пока вертел телефон, у того загорелся экран. Сообщение от Али Богдановой. Не удержался, воспользовался полученным от брата кодом и открыл сообщение.

Кхм…

Лучше бы я этого не делал… Теперь я не смогу спокойно спать!

Это была фотография. Селфи. Девушка лежала. Волосы её красиво и эффектно рассыпались на полу, лицо с выраженной сексуальностью: эти лисьи глаза смотрели с лукавинкой – очень красиво. Приоткрытые пухлые губки так и просили что-нибудь туда засунуть… О нет, об этом я не должен думать и продолжать размышлять, что конкретно мне бы хотелось туда поместить и почувствовать эти губы на… Рома, остановись!!!

Девушка была обнажена, не считая тонкого полупрозрачного кружева чёрного белья, которое не столько прикрывало юное упругое тело, сколько просто вуалировало и показывало его ещё более эротичным, чем без белья. А кстати, какая же она без него? Вот бы сорвать эти красивые тряпочки и …

Так, стоп!

Положил телефон экраном вниз и выдохнул. Ещё немного, и мне будет крайне неудобно выходить из кабинета в оставшиеся рабочие часы. Что делать потом? Прикрывать брюки портфелем? Бред…

Но я не смогу забыть то, что увидел.

«А у неё не только задница что надо, но еще и грудь – улёт», – начала со мной говорить моя внутренняя пошлятина.

Руки сами собой снова перевернули телефон и сняли блокировку. Я опять занимаюсь мазохизмом и смотрю на фото полуголой девушки. Заметил подпись внизу – «Жду тебя домой, любимый!»

По всей видимости, девушка успела уже вернуться домой, от скуки решила сделать селфи в откровенном белье и отправить своему парню. Когда это между двумя влюблёнными происходит – мило и прекрасно. Откуда она могла знать, что телефон Евгения у меня, и откровенное фото увидит вовсе не её парень, а взрослый мужчина, которому напрочь башку снесёт всего лишь одна мимолетная встреча и одно горячее селфи?