Шрифт:
Художественное оформление: Редакция Eksmo Digital (RED)
В оформлении использована фотография:
Греция, о. Кос
Май 2013 г.
Двухместный автомобиль с открытым верхом вынырнул на вершину холма и, следуя плавным изгибам асфальтированной дороги, начал спуск к морю. Поблизости не было видно ни других машин, ни людей; эта оконечность острова, отделенная от центральной его части узким перешейком, даже
1
Метакса – греческий крепкий алкогольный напиток, смесь виноградного бренди и вина.
Стройная темноволосая женщина, сидевшая рядом с водителем, с любопытством смотрела по сторонам. Когда с высоты холма открылось море, мягко подсвеченное заходящим солнцем, ее глаза распахнулись от сдержанного восхищения. Выпрямившись, женщина словно завороженная смотрела на бескрайнюю водную гладь, но в следующую минуту машина, огибая холм, резко свернула, и море исчезло из виду.
Женщина разочарованно вздохнула.
– Потерпи, Эрика, – сказал водитель. – Скоро мы будем на месте. Окна нашей спальни выходят на море. Просыпаясь и засыпая, ты всегда будешь его видеть.
– Как думаешь, мне там понравится?
– Уверен! Ты ведь всегда хотела жить у моря. Теперь твоя мечта осуществится.
– Наверное, это у меня в крови. – Эрика улыбнулась. – Забавно. Моя мать родилась и выросла на Родосе, я свободно говорю по-гречески, но только сейчас впервые оказалась на исторической родине.
– Но ты ведь путешествовала до того, как познакомилась со мной?
– Только по Франции и немного по Италии. А до Греции так и не добралась.
– Что ж, теперь этот пробел в твоей биографии будет восполнен.
Внезапно мужчина напрягся. Его поза выдавала плохо скрываемое нетерпение. Он вытянул руку, указывая направление:
– Видишь тот парк впереди?
– Да! – Эрика и сама уже заметила зеленый массив, к которому они приближались. – Не знала, что он такой большой. На фотографиях всё кажется гораздо меньше.
– Только парк. Сам отель маленький по современным меркам: всего два трехэтажных корпуса, никаких отдельных бунгало или чего-то подобного.
– Это не важно. О, Роберт, здесь мы будем счастливы!
– Мы уже счастливы, разве не так? – водитель с улыбкой взглянул на женщину. – Я, по крайней мере, счастлив последние пять лет – с той минуты, как встретил тебя.
– А я – с той минуты, как мы поженились, – поддразнила его Эрика.
– Статус. – Роберт кивнул. – Я забыл, что только статус способен сделать женщину счастливой.
Слева потянулась ржавая ограда с острыми пиками, за которой плотной стеной стояли деревья.
– Какой жуткий забор, – пробормотала
– Скорее всего, не успели. – Роберт притормозил перед поднятым шлагбаумом рядом с пустой будкой охранника. – До открытия еще три недели. Ремонтная бригада работает без выходных.
– Зачем здесь шлагбаум? – Эрика недоуменно смотрела на деревянный брус с облупившейся краской, под который нырнул автомобиль, свернув с основной дороги.
– Отель пустовал двадцать лет. Наверное, поставили, чтобы не лазили местные мальчишки.
Машина медленно катилась по грунтовке к видневшимся впереди распахнутым воротам.
– Здесь нужно проложить асфальт, иначе таксисты будут высаживать постояльцев возле будки.
– Вживаешься в роль управляющей? – посмеиваясь, спросил Роберт.
– Просто не люблю беспорядок.
– Мне не хватало твоих замечаний, твоего беспристрастного взгляда. Теперь, когда мы вдвоем, дело пойдет гораздо быстрей. Обратного пути нет. Все номера забронированы. Все до единого – начиная со второго июня и до конца сезона.
– Не слишком ли велика ответственность? – с сомнением заметила Эрика.
– Не забывай, раньше я уже владел отелем. Правда, в Корнуолле, но принцип управления, в общем, везде одинаковый. Надо работать с полной отдачей, забыв про «не хочу» и «не могу». Да и может ли быть по-другому в таком замечательном месте? Море, солнце, хвойный аромат, никаких полуфабрикатов из супермаркета… Мы попали в рай, и я собираюсь насладиться им сполна!
Над их головами тесно смыкались ветви деревьев; одна ветка больно царапнула Эрику по лицу; она пригнула голову и ехала так до самых ворот, на створке которых болталась толстая ржавая цепь.
Когда автомобиль въехал в ворота, Роберт заглушил мотор, и сразу стало очень тихо.
Лучи заходящего солнца почти не проникали сюда сквозь плотный шатёр из крон, в ветвях которых щебетали птицы. Заросшую травой площадку и уходящую вглубь территории подъездную аллею обволакивал вечерний сумрак, пронизанный мягким золотистым светом, струящимся сверху.
В воздухе разливался смешанный аромат кипарисов, сосен, тимьяна и роз; он был таким остро-насыщенным, что у Эрики внезапно закружилась голова. Она распахнула дверцу машины и осторожно ступила на траву, усыпанную сосновыми иголками.
За пышными кустами бугенвиллей смутно белели стены отеля.
– Пойдем дальше пешком? – предложила она.
– Конечно.
Роберт вышел из машины и, приблизившись к Эрике, обнял ее за талию. Она ощутила знакомое тепло сильного тела, которое любила так самозабвенно, что порой ей становилось страшно – что будет с нею, если Роберт вдруг исчезнет?..
Эрика с невольным сожалением отстранилась от мужа и пошла по аллее, волнуясь, словно ребенок в ожидании обещанного сюрприза. На мгновение ей захотелось закрыть глаза, но она подавила это детское желание: следующей зимой ей исполнится сорок, ей уже пора бы повзрослеть.