Отель Вавилон
Шрифт:
— Не туда. — Тони вздыхает и щелкает пальцами. — Сколько раз можно повторять? В уборную для персонала. — Он закатывает глаза, а Патрик, понурив голову, топает мимо него к задней лестнице. — Пока, — говорит Тони мне, и троица отправляется в кабак.
«Бедняга», — думаю я, провожая взглядом спускающегося по ступеням Патрика. Тони постоянно к нему цепляется только потому, что Патрик новичок. Работает у нас всего три недели, и все это время Тони нещадно его терроризирует, твердя: сам же потом спасибо скажет. А как еще можно научить уму-разуму шестнадцатилетнего сопляка? Кто растолкует ему, что к чему? Объяснит, какие тут действуют правила? Все это верно, только у
К тому же, только между нами, уверен, что мальчишка еще не дорос до дежурств ночью. Он в отеле без году неделя, ума не приложу, откуда у него может взяться опыт, чтобы выполнять нелегкую работу ночного портье. И мне-то с ним не по себе. Мысль, что я могу оставить на него стойку регистрации, пока бегаю курить или в бар выпить водки, больше смахивает на шутку. Нет, разнести факсы, собрать заказы на завтрак и вычистить туфли он, конечно, в состоянии, но попадись ему разъяренный клиент или компания здоровяков, жаждущих разгромить отель, спорю на десять фунтов, наш Патрик сбежит, только пятки засверкают.
Кстати, на днях слышал историю о происшествии в отеле «Ковент-Гарден». Посреди ночи туда пожаловали двое неизвестных, которые прямиком прошли к лифту, поднялись наверх и бесследно исчезли. Ребята в вестибюле решили: что-то тут нечисто, а у ночного портье возникли смутные подозрения, и он стал на всякий случай внимательнее следить за лифтом и лестницей. Короче, один из воров забрался на крышу. Через открытое окно влез в номер, взял паспорта, сумочки и чемоданы клиентов. Назад оба бежали по лестнице, тут-то одного из них ночной портье и поймал. Завязалась серьезная драка, но дежурному удалось уложить противника на лопатки и продержать в таком положении до приезда полиции. Второго мерзавца схватили пару дней спустя.
В общем, если угодно, называйте меня отставшим от жизни, но не могу я представить, чтобы шестнадцатилетний Патрик, в котором веса девять с половиной стоунов[7], нокаутировал какого угодно неприятеля, да еще и сдал его по прошествии некоторого времени полиции. Словом, спасибо Господу, что на случай разных осложнений со мной рядом есть Деннис.
— Как дела? — спрашиваю я, когда Деннис возвращается с улицы.
— Все прекрасно, — отвечает он, садясь за стол Тони и кладя на него ноги. — А у тебя?
— Бывало лучше, — бормочу я.
В кармане Денниса пиликает мобильный.
— Прости, приятель. — Вообще-то в рабочее время ему не положено болтать по телефону, сотовый надлежит вообще выключать. Но Деннис вечно нарушает правила. За столом Тони он тоже не должен сидеть, его место — кожаное кресло. Только кто же станет делать ему замечания? Разумеется, не я и не Патрик.
Патрик возвращается в вестибюль. Темно-рыжие вьющиеся волосы зачесаны набок и приглажены, будто сегодня воскресенье и он собрался сходить на ленч с матерью. Мои губы против воли растягиваются в улыбке. Парнишка выглядит еще моложе, чем когда уходил в уборную.
— Все нормально, Патрик? — спрашиваю я.
— Да, спасибо, — отвечает он, приближаясь к тележке и принимаясь ее начищать.
Звонит телефон на стойке: дама с третьего этажа просит, чтобы кто-нибудь помог ей застегнуть молнию на платье. Голос исполнен вины. Говорю: не беспокойтесь. К нам все время обращаются с подобными просьбами.
Когда в отеле поселяется знаменитость мирового масштаба, кому-то из служащих надо все время быть у нее под рукой. В некоторых гостиницах есть старший лакей, он-то и застегивает молнии на дамских платьях, а бывает, выполняет совершенно немыслимые поручения — например, пудрит кожу клиенток перед тем, как те натягивают комбинезоны-сетки. Старшие лакеи специально обучены, и их можно вызвать в любую минуту, отправив сообщение на пейджер. Им известно, как обмотать вокруг женщины сари, в какой последовательности разместить военные медали, как завязать галстук-бабочку, в каких случаях уместен белый галстук, они могут подсказать даже, как обращаться на приеме к послу. И знают множество хитростей, скажем, как удалить с тончайшей ткани трудновыводимое пятно.
Но вернемся к Наоми Кэмпбелл. Ее прихоти был обязан удовлетворять, увы, не старший лакей, а один из обычных служащих. Как-то раз около семи вечера она послала сообщение ему на пейджер, требуя, чтобы он немедленно явился. Человек примчался без промедлений. Наоми сидела на полу в спальне, явно чем-то потрясенная, и раскачивалась взад и вперед. Вокруг пестрели горы косметики. Повернув голову, она попросила служащего помочь ей найти губную помаду. Тот, естественно, растерялся. Прошел в ванную, увидел приготовленные полоски белого порошка. Вернулся в спальню, поднял с пола первый попавшийся тюбик с губной помадой и протянул его владелице. По-видимому, ей примерно это и требовалось. Человек быстро извинился и ретировался.
Решаю, что с платьем дамы на третьем этаже не возникнет особых проблем, и посылаю ей на подмогу Патрика. Парнишке еще не раз доведется увидеть постояльцев полуголыми и в разных затруднительных положениях, пусть привыкает. Патрик соглашается нехотя и в мгновение ока возвращается. По-видимому, на все про все у него ушло не более секунд пятнадцати. Но он ужасно смущен. Продолжает начищать тележку, а все еще красный, даже уши горят.
Собираюсь поддразнить его, но тут в вестибюль выходит Линнет. Уже в пальто, отправляется домой, провозившись целый день с заказами, звонками и изменениями в планах. Выглядит уставшей. И походит на панду — под глазами немного размазалась тушь.
— Ты? — говорит она утомленным голосом. Впрочем, Линнет все время уставшая. — До сих пор здесь?
— До сих пор, — отвечаю я. — Останусь до самого утра. Бен, похоже, тяжело болен.
— Опять, — бормочет Линнет. — У этого парня вечно что-нибудь не слава Богу. — Приостанавливается у стойки и рассеянно просматривает факсы. — А, вот, — говорит она, вытягивая один лист. — Да. Мистер Эндрюс и мисс Кокс.
— Ага.
— Видишь ли, дело в том, что они заказали смежные номера. Ну, понимаешь.
— Конечно, — говорю я.
— У нас свободен лишь «полулюкс» и «люкс» первой категории, — объясняет она. — В общем, может, предложишь им поселиться вместе?
— Вместе?
— Ну да. Понимаешь, — произносит Линнет в некотором смущении, — у них роман, по меньшей мере полгода, поэтому, я думаю, они не станут возражать.
— Серьезно?
— Они работают вместе в какой-то шотландской компании, часто бывают в нашем отеле и постоянно заказывают смежные номера — чтобы догадаться, какие между ними отношения, большого ума не надо. Пользуются только одним номером. Второй стоит пустой, и мне это всегда как ножом по сердцу — мы могли бы спокойно вселять в него кого-то еще. В этот раз так само собой и получилось.