Откат
Шрифт:
Ну, кроме того, что позволил пацану сбежать.
Он переместился на улицу, а после исчез из вида прыгнув ещё дальше, чтобы пемброк его там не достал.
— Какой ушлый тип попался… — способность Бласта и правда полезна. Этого не отнять.
Мгновенное перемещение в виденную им точку и в той позе в которой он пожелает действительно удобна. Пока его глаза видят, всё поле боя для него в шаге доступности. И я так думаю, к нашей следующей встречи этот тип будет куда опаснее чем сейчас.
Он увидел, как полезны в бою крафтовые предметы
— Молодец Дир, хорошо справился, хоть и не смог пришить его, но думаю это не последний раз, когда вы видитесь. — похвалил я пемброка потрепав того по макушке. — А теперь бы стоило кое-что объяснить нашим баранам.
Я развернулся и направился к людям, остановившись, сделав всего несколько шагов.
— Ну и что это за херня? — спросил я мужиков, стоящих напротив меня с явным намерением мне навредить. Они каким-то образом подобрали пистолеты и катаны того пацана, а также не постеснялись утараканить ружьё. Плюс, нашлись смельчаки, вышедшие против меня с обычными железками. — Вы серьёзно?
— С нас хватит. — вперёд вышел какой-то тип, причём довольно серьёзный на вид. В мирное время на такого взглянешь и поймёшь, человек не простой, бизнесмен или в должности. Словом, пример подражания настоящего мужчины. — Ты опасен и должен уйти.
— Ага, ну допустим. А как же они? — я указал на медиков.
— Мы о них позаботимся. — заверил он меня.
— В самом деле? А где ты, морда, был раньше?
— Раньше были иные обстоятельства, и я ничего не мог поделать.
— А теперь у тебя пушка и ты можешь? А если вон тот утырок вздумает тебе пальнуть в спину? — показал на второго мужика с пистолетом. Эти люди, по большей части напуганный скот, которые уже плохо соображают. Они опустились до уровня своей подготовки, а она у них, как и полагается, на дне.
А я? Ну, а что я? Мне весело.
— Сейчас угрозу представляешь только ты.
— Сейчас, тупой ты валенок, опасность представляете вы сами и тот поехавший пацан. Но плевать на вас. Пускай он хоть всех тут покромсает, только вот медиков я вам не оставлю.
— Он мог нам помочь.
— Он бы упился вашей кровью.
— В отличие от тебя он никого не убил.
— Это пока, впрочем, кому я это говорю? Хотите, чтобы ушёл? Без проблем. Но медиков я вам не оставлю.
— Мы не можем позволить тебе забрать доктора. — с какой-то странной решимостью все трое держащие в руках огнестрельное оружие направили его на меня. Я внутренне посмеялся. И это после показательного боя, где они своими глазами видели, что меня не берут пули?
— Вы сейчас это серьёзно?
— Да, уходи, или мы будем вынуждены стрелять.
К моему разочарованию чутьё торопило меня. Оно хотело, чтобы я покинул этот подвал и не тратил время впустую. Своим умом я тоже думал, что подзадержался здесь,
— Уйти то я уйду, только своих людей и трофеи заберу с собой. Поэтому пушки и мечи на пол, а сами разошлись. — решил я. Огнестрел мне пригодиться, когда буду брать дом культуры, а мечи, для встречи с пацаном.
— Значит, слышать нас не желаешь… — заключил он и крикнул. — Огонь! — к их удивлению, хоть они и попытались выстрелить, к них это не вышло. Щелчки были, даже ударник в стволах сдвинулся, но выстрелов не произошло. Все пушки заклинили, а в следующий момент они резко повернулись у них руках ломая тем пальцы. Пемброк сработал крайне грамотно.
— А вот и карма. — сказал я, подходя к линии оппозиции. С каждым моим шагом те, кто держал обычные железки, отступали назад. Бед прикрытия огнестрела они растеряли всю свою храбрость.
Подобрав пистолеты, выщелкнул из одного магазин и убрал в карман. Тот был почти полный. Ещё патрон застрял в патроннике, а ударник его неплохо так лизнул. Дир не стал изобретать велосипед, спровоцировав обычный клин. Со вторым было тоже самое, но я вновь взвёл затвор и всё исправилось.
— Итак, пришло время умирать. — произнёс я и направил на главного оппозиционера пистолет. Неожиданно для меня из толпы выбежала молодая девушка и начала умолять меня не делать этого. Затем, вслед за ней подскочила девочка лет пяти и тоже молила не убивать папу. Они обе рыдали взахлеб, обнимая своего отца и мужа.
Подняв бровь, направил пистолет на другого типа, и история повторилась, но там только какая-то малявка подскочила. А тому, кто держал в руках ружьё, на выручку приковыляла его мать и сын на костылях. О как!
— И что, по-вашему, я должен делать? Простить их? — ответом мне было сухое согласие. Причём не только виновники, но и остальное стадо пыталась уговорить меня не губить их. — Они, значит, собирались меня казнить, толпой, используя оружие, добытое мной же. Убить у них не получилось, а я, значит, должен простить это? — более развернутый вопрос не изменил их мнения. — Что ж, ладно. Но увы, я не могу этого сделать. Мне, чуть ли не буквально хером по лицу поводили и спускать подобное с рук я не стану, ясненько? Жизнь им сохраню, раз за них просят, но за это придётся заплатить болью. — без более подробных объяснений выстрелил сперва в главу оппозиции.
Так получилось, что пуля задела всех троих. Плечо мужчины, руку девочки и бок девушки. Бронебойная пуля не рассчитана наносить большой урон по мясу и поэтому ранения у всех троих вышли не такими страшными как могло показаться. И всё же, это были пулевые ранения, которые не назвать царапинами.
Срываться на невинных и беззащитных? Да, это именно то, что делали эти мужики, когда угрожали мне моим же оружием. Ну и выписывали смертельный приговор. Я сделал даже меньше, но люди всё равно были шокированы.