Оторва

Агидель Ксения

Когда прошла скучная часть корпоратива, я вышла на улицу. Перед самым рестораном, на улице, находилось озеро. Где я и присела, предусмотрительно прихватив с собой тарелочку с закусками, и бутылочку виски.

Не успела я насладиться одиночеством и виски, как рядом со мной, с грохотом плюхнулся Аллен.

— Ты чего, меня избегаешь весь вечер? — печально спросил меня мужчина.

— Вам показалось. Просто настроения нет. — так же грустно, произнесла я. — Довольны фуршетом?

— Доволен. — мужчина высоко поднял бокал. —

Давай выпьем? — молча чокнувшись с мужчиной, я осушила бокал до дна.

— Он говорил не раз: " Не привыкай ко мне.

Я против постоянных отношений."

Но каждый раз вновь возвращался к ней

После побед тяжелых и сражений.

Он твердо уверял: " Не привыкай ко мне.

Любви на свете, знаешь, не бывает…

Я одиночество свое топлю в вине,

И чувствами других я, иногда, играю. "

Он убеждал ни раз: " Не привыкай ко мне.

Я не хочу, чтоб ты потом страдала.

Я просто отношусь тепло к тебе,

Но не хочу, чтоб планы составляла. "

Он ей твердил ни раз: " Не привыкай ко мне. "

И был с ней честен — никогда не лгал,

Но лишь ее родное имя он шептал во сне,

В объятиях нежных, как ребенок засыпал.

Он повторял ни раз: " Не привыкай ко мне. "

Молчала… Никаких привычек и упреков.

А он, ведь, был единственным на всей Земле

И без него ей было очень одиноко…

Шептал на ушко ей: " Не привыкай ко мне. "

Она ждала, терпела, а потом пропала…

Ему так стало одиноко при большой луне,

И понял, что давно сердце его украла.

Он, улыбаясь, говорил: " Не привыкай ко мне. "

Не слышал внутренний душевный крик…

Теперь бессонно он страдает в тишине…

Он говорил: " Не привыкай..", а сам привык… — на прекрасном русском, с удивительным, хрипловатым акцентом, прочитал стих, мужчина.

— Ого! Да вы поэт, мистер Аллен! — восторженно воскликнула я. — Да еще и на великолепном русском!

— В институте изучал, для общего развития. — грустно произнес мужчина, всматриваясь в дно стакана.

— Мистер Аллен. — тихо сказала я, внимательно посмотрев на мужчину. — Что вас тревожит? — Нет! Меня, это не волновало! Нет! А-а-а! Да, да, да! Волновало! Я смотрела на него и душа разрывалась, от такого опечаленного настроения мужчины. Что же он делает, со мной?

— Все хорошо, мисс Одли. — мужчина посмотрел в даль, явно о чем-то размышляя.

— Да ладно вам, я думала, мы друзья. — состроив молящий взгляд " кота из Шрека", я пристально посмотрела на мужчину.

— О, Василиса! Ты еще та, шантажистка! — я разлила еще виски и выжидающе взглянула на мужчину.

— И…? — настойчиво, вторила я.

— Совсем недавно я познакомился с девушкой. Прекрасная блондинка, с одурительно фигурой и отвратительным характером!

— Адалинда? — тихо произнесла я, делая глоток виски.

—

Нет. — грустно засмеялся мужчина. — В том то и дело. Я не знаю ее имени, для меня она Ирбис. — Сердце с грохотом упала, звонко ударяясь о ребра. Мне показалось, я и как дышать забыла…

— И что ж, вы грустны? Не дала? — съязвила я, не сдержавшись.

— Василиса, пожалуйста! Я и так чувствую себя, как школьница на исповеди!

— Простите…

— Да брось ты…

— Ну так, а что же тогда, вас беспокоит?

— Я больше не о чем и думать не могу! Везде она мерещится, в каждой блондинке! Все время она, у меня перед глазами! Все время, ее голос в голове! А она всегда от меня сбегает, чем ужасно бесит! — сделав большой глоток, мужчина серьезно о чем-то задумался, а затем продолжил: — А сегодня ночью, я Аду, Ирбис назвал. Так она теперь, ко мне не подходит, шарахается.

— Ммм. — протянула я и язвительно улыбнувшись, спросила: — Йен, я вот, что-то не пойму. Вы из-за этой девушки расстроены? Или из-за того, что Адалинду назвали…Ирбис? — мужчина тихо засмеялся.

— И ты туда же. — глоток виски, он с улыбкой смотрит на меня. — Филипп мне тоже самое сказал, только дело в том, что я готов…

— Мистер Аллен, Мисс Одли. — перебил Йена, знакомый женский голос.

Глава 9.1

Мы синхронно повернулись и увидели, мисс Коллинз, что стояла позади нас, с бокальчиком шампанского.

— Да, мисс Коллинз?

— Вас там мистер Дикинсон ищет и мисс Хофманн спрашивала, где вы. — мужчина коротко кивнул женщине, поцеловал мне ручку и ушел.

— И вам Василиса, пора идти в зал. Великий собирается торжественную речь толкать.

Мы прошли в зал ресторана, светлый такой, вполне обычный ресторан, класса люкс. Бежевые тона, хрусталь, красивые колонны и украшения из натуральных цветов. Короче, все по высшему уровню! Столики стояли по кругу, вдоль стен, с одной стороны зала находились двухметровые, стеклянные двери, что как раз и вели к озеру во дворе ресторана. Мы, вместе с Коллинз, прошли в зал и сели за свой столик в ожидании речи моего отца.

Отец был как всегда в ударе (что тут скажешь, болтать он умел), он говорил о том, какие все молодцы и сколько он премий выпишет, если все сработают отлично. Что же касалось меня? Я тихонечко сидела и осушала уже третью бутылочку вискарика. Что-то в последние время, я сильно часто стала прикладываться к спиртному!

Когда же (наконец-то!) мой отец, закончил свою томную речь, объявили медленный танец. И перед моим взором, буквально из неоткуда, выросли две крепкие ноги, облаченные в черные, идеально отглаженные брюки. Я подняла глаза и увидела перед собой, широко улыбающегося Йена. Не успела я и рта открыть, когда мужчина схватил меня аккуратно за руку и увел в танец. И как бы не выдать себя? Ведь Ирбис танцевала перед ним, фактически каждый раз, когда он "ее" видел.