Отпускник
Шрифт:
– Какой хароший дэвушка! – не смог удержать на прощание восторга кавказец, – Повэзло тэбе, парэнь!
Мира изобразила подобие улыбки, и, развернувшись на каблуках, пошла к подъезду. Я расплатился и поспешил следом.
***
Когда зашли в квартиру, Мира сразу же попросила полотенце и, что-нибудь из одежды, мол, после купания чувствует себя грязной и ей необходимо срочно принять душ.
Я, выдал ей просимое, а сам, по тону голоса и по выражению лица, лихорадочно пытался определить – девушка, действительно руководствуется лишь заботой о гигиене или можно рассчитывать на продолжение знакомства в интимном
Она вышла из ванной босая, оставляя за собой мокрые следы. Моя рубашка доходила ей почти до колен и была небрежно застегнута на одну пуговицу. Как-то сразу стало ясно, что под ней больше ничего нет, а значит, диван был расправлен не зря. Войдя в комнату, девушка остановилась и вопросительно посмотрела на меня. Я, от этого выразительного взгляда, смутился:
– Что… посидим еще… или?..
Не отвечая на вопрос, Мира, с загадочным выражением лица, села на диван, несколько откинувшись и опершись на расставленные руки. Края рубашки нескромно разошлись. Я невольно скользнул туда взглядом и устыдившись, быстро отвел глаза. Она улыбнулась, довольная произведенным эффектом и, закинув одну красивую ножку на другую, сказала:
– Где-то читала, что полуодетая девушка по сравнению с голой – выглядит более эротично, но менее познавательно. А ты как считаешь?
Я никак не считал. В голове у меня у меня был кавардак, сердце бухало, щеки горели. И еще у меня встал! Мира это заметила.
– Так и будете стоять на пару? – ехидно поинтересовалась она.
Да что я, в самом деле, смущаюсь, как мальчик? Девчонка прямым текстом намекает, что настало время «пискнуть» и я сказал с напускной развязностью:
– Нет, милая, не будем. Вернее, он будет, а я не буду! Сейчас, только в душ метнусь кабанчиком… Подождешь?
– Давай, – разрешила она. – Только по-быстрому. Цигель, ай-лю-лю! Ничего, что я такая пошленькая?
– Это даже завораживает… Я мигом! Слушай, а может тебе пока… какую-нибудь эротику поставить? – последние слова, с трудом выдавил из себя, ожидая резкой отповеди.
– Эротику? – она подняла одну бровь, удивленно-насмешливо.
– Ну да, на компе… фильм. У нас один деятель на работе, со всего Интернета скачивает. Я иногда у него беру.
– Когда девочек приводишь?
– Э-э.. – я опять смутился и не нашел, что ответить.
– Ладно, – неожиданно кивнула Мира, – включай свою эротику, развратник. Сразу поняла, что ты сексуальный маньяк – не зря я к тебе пришла!
– Не развратник, – возразил я, ища на компе нужные файлы, – не развратник, а эротоман! Любуйтесь, мадемуазель! – развернул монитор в сторону дивана и помчался в ванную.
– Сто лет ничего такого не смотрела, – нараспев сказала Мира мне вслед, – даже любопытно.
***
Когда, быстро ополоснувшись и наскоро обкромсав щетину бритвой, я нагишом выскочил из ванной, то застал девушку, улегшуюся на животе поперек дивана, и наблюдающую за действом на экране. А там, судя по страстным стонами, уже перешли к активным действиям.
Снятая
Почувствовав мое присутствие, она обернулась и, окинула оценивающим взглядом, особо зафиксировавшись на, стоящем столбом, хозяйстве. Сказала:
– Ого! Похоже, кто-то меня сильно хочет! – перевернулась набок, и приглашающее похлопала ладошкой по дивану рядом с собой.
– Во выделывают! – кивнула на экран, – Жалко, перевода нет…
– А чего тут переводить? – сказал я, подсаживаясь. И так все ясно.
На экране здоровенный негр пристроился к маленькой пухлой блондинке и сосредоточенно натягивал её на свой баклажан. Блондинка охала и ахала.
– Бедненькая… – пожалела ее Мира, как мне показалось, с глубоким пониманием темы. Отогнав эту неприятную мысль, я спросил:
– Тебя уже можно трогать?
Она прикусила пухлую губку и медленно опустила ресницы.
– Нужно!
Я положил руку ей на талию, удивившись ее твердости, провел ладонью выше, осторожно сжал небольшую круглую грудку, ощутив приятную упругость. Мира закрыла глаза и приоткрыла губы, приглашая к поцелую. Она казалась невозможно хрупкой, маленькой, хотелось одновременно окутать девушку своим теплом и сжать крепко, до хруста костей. Я наклонился, поводил языком по её стремительно затвердевшим соскам, наконец, потянулся к губам. Следующие несколько минут мы жадно целовались, а в это время моя рука ласкала ее по всему телу, куда могла дотянуться. Когда она проникла меж слегка разведенных бедер и погрузилась во влажную глубину, это сработало как спусковой крючок. Девушка выгнулась и часто задышала, оторвавшись от моих губ.
Ее тело оказалось гибким и неожиданно сильным. Я не успел оглянуться, как оказался лежащим на спине, а Мира уселась сверху, и остановила движение моих рук, схватив их за запястья и прижав к постели. Шепча:
– Сама… сама… – стала медленно двигать бедрами, осторожно вводя в себя мой возбужденный орган, аккуратно обласкивая его своей влажной плотью. Это оказалось так приятно, что я почувствовал, что проваливаюсь куда-то в невероятное ничто, в полуобморочную темноту, пронизанную наслаждением. Темп, однако, нарастал и через несколько минут она уже скакала на мне, как всадница на цирковой лошади, то припадая к моей груди, то изгибаясь дугой назад, ставя ноги то так, то эдак, пробуя разные амплитуды и углы вхождения. Долго, разумеется, такую джигитовку вытерпеть было невозможно и кончив, я затрясся под ней, чуть не сбросив свою маленькую наездницу.
Она захохотала, прижавшись ко мне и обняв за шею. А когда я открыл глаза, ее улыбающееся лицо было рядом. Спросила с притворной озабоченностью:
– Ты уже все, мой рыцарь?
– Что ты, дорогая, это была только первая серия!
– М-м… так ты мне хочешь, устроить сериал? Ни фига себе! Сюрприз… да здравствует, сюрприз! Сбегаю-ка я в ванную, чтоб не залить тут все… – она спрыгнула с меня и смешно засеменила в коридор держа ладошку между ног.
Когда вернулась через пять минут, смешно округлила глаза, увидев мое вновь набрякшее орудие.