Отстойник
Шрифт:
Типа как на ранчо в Оклахоме. Я там как-то был, по, так сказать, производственной надобности – надо было переждать некоторое время. Бесконечный вечер за меланхоличной игрой в покер с парнями, именуемыми Джон-Джим, Хэнк и Баба, подействовал на мою психику в высшей степени умиротворяюще. Хэнк даже смог уковылять на своих двоих, правда изрядно приволакивая обе.
– …после чего я лично верну вас туда, куда пожелаете, и мы, ко взаимному удовольствию, распрощаемся.
На Айрин доводы разума, кажется, подействовали. Или она смекнула, что Эла все
– А что, безопаснее места, чем в этом твоем Аду, нету?!
Эл в бессилии закатил глаза.
– Поймите, здесь я гость, всего лишь пешка, если пользоваться терминами шахмат. Я могу защитить вас раз или два, пользуясь тем, что наш враг не ждал моего появления, но всей силе, которая может быть брошена против нас, я никакая не помеха. Там же – Цитадель, там Орден, там… там безопасно. А что Ад… Я, очевидно, зря так назвал Отстойник. Для вас это – множество ассоциаций, не всегда верных и всегда неполных. Там много всего, и далеко не все – враждебно или зловредно. И уж конечно я приложу все силы, чтобы вас никаким боком не коснулись наши местные сложности и опасности.
– А минералы?! – напомнил о себе неуклонный Мик.
– Минералы… Это можно устроить. – Эл пожал плечами. – Правда, сбор их сопряжен с немалым риском…
А сбор их персонально нами с Миком чреват общими крантами для всего Ада. Фон сжег однажды дедов дом, пока искал бритву. Поэтому в своем доме я привязал бритву проводом к зеркалу в ванной. Что, впрочем, не мешает Мику искать ее по четыре часа в день.
– Споемся, – заключил я.
– Слышь, Эл, к слову о соответствии здешнемировых оккультных представлений об Аде его суровой действительности. – Мик поскреб глоком ухо. – С детства меня терзает одно, так сказать, любопытствие. А дьявол есть? Знаешь, такая репа с рогами, главный черт и великий каверзник.
– С рогами? В Аду много всякого, а у чертей нет главного. Под здешнее описание дьявола больше всего подходит малый рогач, довольно неприятная тварь.
– Малый? А есть и большой?
– Есть. – Эл вгрызся в сосиску, аж брызнул кетчупом во все стороны. – Я бы даже не сказал, что его мало кто видит. Но мало кто замечает – это так.
– Он что – такой маленький?
– Нет. Он такой БОЛЬШОЙ. Сомневаюсь, что стычка с ним вас порадует.
Взаимно. Отродясь меня не радовали ребята крупнее меня самого.
– Твое, – с набитым ртом пробубнил Мик и по полу подтолкнул ко мне мой «вилсон», тот самый, который я давеча безуспешно искал наверху. Как он, интересно, в кейсе оказался? Опять мама? Ну вот, теперь деньги нужны еще и на замену замков по всему дому. – Эл, хочешь пушку?
– Спасибо, у меня есть. – Эл похлопал себя по куртке, видимо скрывающей немалый арсенал. – Правда, я всячески стараюсь обходиться.
– Еще бы, когда такой меч, чего ж не обойтись.
– Меч – не для мелких стычек. Я стараюсь изыскивать иные способы…
– С нами не до иных, небось не Ад, – беспечно отмахнулся фон. – Мы как эти, которым драку
Не ошибается. Для него, родимого. Теперь – глаз да глаз, чтобы никому в голову не пришло его зарядить. А то ведь как зарядят, так и выстрелят.
– Ну ты спросил! Если уж вокруг меня такие события. – Айрин затолкала в рот остатки хот-дога и подобрала из-под ног здоровенный «пустынный орел». – Всегда мечтала такую машинку попробовать. В каждом фильме вижу…
Мик покосился на меня со стоической обреченностью. Понятное дело. Некогда кто-то из нас собрал эту «машинку» (слово-то какое неуважительное) без должной аккуратности, и теперь она может выстрелить от малейшего сотрясения. Причем очередью, ибо косячить при сборке так косячить. И если сейчас Айрин тряхнет сей девайс, рикошетом от Микова прочного черепа перебьет всех присутствующих на кухне.
– Этот лучше не надо, – сказал я. – Пистолет, как говаривал один киногерой, – это не член. Но принцип тот же. Возьми вон поменьше, да поудобнее.
– За дуру держите? Кстати, с чего вы взяли, что я нуждаюсь в вашей охране? Если уж выбора нет, то и без сопливых как-нибудь!
Хорошенькое дело! Это нам каникулы срывать будут? Несть предела женскому коварству. Навели на меня толпу каких-то латинов сомнительных, наобещали ценных минералов, а теперь фигу с маслом?
– Айрин, прогуляйся до двери, а? Там на углу, около спортзала, грустит мужчина весьма приятной наружности. Посмотри, чем занят, и сразу назад.
Айрин задрала бровь.
– Не поняла.
– Еще раз. Там на углу, около спортзала…
– Меня что – выпирают?
Смекалистая девушка.
– Собираемся обсудить твои достоинства, – пояснил бесстрашный Мик. – Как водится, с кряхтеньем и чмоканьем. В чисто мужской компании. Вон у Эла давно уже наболело.
Айрин небольно его пнула, звучно обозвала нас общим грубым словом с фекальным оттенком и направилась к двери. С полпути вернулась и протянула руку. Мик понятливо покивал, выбрал из кучи пистолет и вложил в протянутую ладонь. Гостья взяла, фыркнула и канула в коридоре.
Эл, похоже, что-то такое нехорошее знал о взаимоотношениях полов, потому что ел и краснел. Хотя хот-доги без майонеза давно кончились. Видимо, не хотелось ему кряхтеть и чмокать. Ладно, его право.
Я тоже прихватил сосиску. Пора подбивать некоторые итоги.
– Итак, Эл. Ты понимаешь, что девушку одну мы не отпустим?
Эл пожал плечами. То ли ему было все равно, то ли какие-то его коварные планы простирались на отсечение всего ненужного, будь то хоть мы, авторитетные знакомые Айрин. На его месте я бы не расслаблялся. Потерять Мика никак не может целый департамент АНБ, хотя уже не первый год очень старается. Да и у меня в друзьях целый атлас в части Латинской Америки, тоже бы приплатили… а может, и нет, у них там свои понятия, включающие почему-то честь, достоинство и что-то такое своими руками.