Отступник
Шрифт:
Мне хотелось метнуть в сторону сестры злобный взгляд, но тут Роланд изучающе уставился, а потом улыбнулся, как будто не только понял, что Ди имеет в виду, но и очень заинтересовался всеми подробностями этой истории.
– Интересно, – пробормотала Сади, перебрасывая копну медных волос через узкое плечо. – И насколько же крепка эта связь или нить, соединяющая вас?
Я переступил с ноги на ногу, глядя на молчаливого Лаксена, который недвижно стоял, облокотившись на стену.
– Она
Глаза Роланда расширились.
– Что ж, это плохо… для тебя.
– Да-а, – протянул я.
Губы Сади медленно искривились, и вид у нее стал голодный.
– А она чувствует то, что чувствуешь ты? И наоборот?
– Только если рана почти смертельная, – ответил я бесцветным голосом.
Сади посмотрела на Роланда, и я понял, что они обмениваются информацией. Их слова утонули в гудении других голосов, но готовность, внезапно отразившаяся на лице Сади, заставила мои кулаки сжаться.
Я ей не верил.
Не верил я и Тихому Чуваку.
– Ты и не должен ей верить, – широко улыбаясь, прочитал мои мысли Роланд. – Достаточно, чтобы мы верили тебе.
Ди напряглась.
– Нам можно верить.
– Я знаю. – Роланд склонил голову набок. – Но было и что-то еще, верно? Ему удалось ускользнуть?
Возвращаясь к своей роли неизменно полезной фаворитки, Ди кивнула и плюхнулась в кресло, почти утонув в нем.
– Исток, порождение мужчины-Лаксена и женщины-гибрида. Надеюсь, нам не придется его убивать. На мой взгляд, он по-своему симпатичный.
– Интересно.
Роланд снова взглянул на Сади, и я понял, что они опять затеяли свое тайное щебетание.
Вставая с кресла, Роланд застегнул пуговицы на пиджаке бежевого костюма.
– Мы многого не знаем. Эти гибриды – нечто новое для нас, – произнес он, почти заставив меня усмехнуться.
Для племени, никогда раньше не бывавшего на Земле, они, похоже, довольно много знали о ее устройстве. Но было и кое-что еще, в чем я не успел разобраться. Нечто или целая группа таких нечто работали изнутри, внедрившись в человеческое общество. И нужно было это выяснить.
– Мы рассчитываем на тебя и на твою семью – на других таких, как ты, – на вашу помощь в таких ситуациях.
Я коротко кивнул, кивнула и Ди.
– А теперь пора за дело. – Он обошел дубовый стол кругом, и мужчина-Лаксен наконец-то отодвинулся от стены. – Надо встретиться с людьми и всех успокоить.
– Успокоить? – удивленно спросил я.
Роланд прошествовал мимо меня, а Сади и Немногословный Человек поспешили за ним. Роланд широко улыбнулся, напоследок бросил:
– Скоро увидимся, Дэймон.
Двери за ними закрылись, напомнив мне о том,
Вздохнув, я повернулся туда, где сидела моя сестра, и вдруг понял, что не узнаю в ней прежнюю Ди.
Сестра подняла на меня глаза, и наши взгляды встретились.
– Разве ты не должна наблюдать за ней? – спросил я.
Ди пожала плечами.
– В ближайшее время она вряд ли будет на что-то способна. По-моему, Доусон ее вырубил как минимум на неделю.
У меня закололо в затылке.
– Значит, с ней никого нет?
– На самом деле я не знаю. – Ди принялась изучать свои ногти. – И, признаться, мне нет до этого дела.
С минуту я смотрел на сестру, и черт знает какие слова готовы были сорваться с моих губ, но я сдержался.
– Странно, что ты не упомянула о Бет.
Ди приподняла бровь.
– Бет слабая – слабее Кэти. Если бы она нас увидела, бросилась бы бежать, упала и погибла, забрав с собой Доусона. Мне кажется, ради Доусона лучше держать ее существование в секрете.
– Ты будешь лгать Роланду?
– А разве до сих пор мы ему не лгали? Конечно же, Доусон как можно глубже похоронил в себе этот секрет – точно, как ты, – вот и я буду. Они не знают о Бет, как еще совсем недавно не знали о Кэт.
Мою грудь словно сдавило от невероятной тяжести, но когда Ди склонила голову, наблюдая за мной, я заставил себя избавиться от этого ощущения.
– Если ты считаешь, что так лучше всего.
– Да, я так считаю, – холодно ответила сестра.
Больше говорить было не о чем, и я повернулся к двери.
– Ты идешь к ней.
Я остановился, но не обернулся.
– И что?
– Но почему? – спросила Ди.
– Ты знаешь, что ожидает меня, если ее рана загноится и она умрет.
Звенящий смех Ди напомнил мне о сосульках, падающих зимой с козырька над крыльцом нашего дома.
– С каких это пор у гибридов стали появляться гноящиеся раны?
– Гибриды не простужаются и не болеют раком, Ди, но кто знает, что может произойти, когда в их плоти появляется обугленная дыра. Может, ты знаешь?
– О, это, в общем-то, неплохое объяснение, но…
Я повернулся к ней, сжимая кулаки.
– Что ты хочешь этим сказать?
Уголки ее губ приподнялись.
– Ну, допустим, отвалится у нее рука, и что?
Я пристально посмотрел на сестру.
Запрокинув голову, она засмеялась и захлопала в ладоши.
– Видел бы ты свое лицо. Слушай, я только хотела сказать, что у тебя, наверное, есть другая причина, по которой ты хочешь ее видеть.
Теперь мышца подергивалась уже не под глазом, а в районе челюсти.