Отступник
Шрифт:
— Ты и так все до конца скажешь, когда расспросим правильно.
— Может быть. Но без меня схрон не найти, да и ваших людей в Рыжем лесу сильно не любят.
Факир замолчал, рассматривая огонь и осторожно поглаживая поврежденное колено.
— Ты виноват, кстати, — усмехнувшись, вдруг сказал он. — Химера эта чертова… Поначалу сгоряча не заметил, даже не хромал, а вот воспалилось, теперь болит и болит… Врача нормального нет, из Лиманска не высунуться…
Я знал, что он меня отвлекает,
— Пошли, Сережа, посмотришь кое-что…
Он поднялся и пошел первым, прихрамывая еле заметно, вниз, к берегу, в сторону туннеля и через туннель на самый мыс. Следом за мной двинулся телохранитель Факира, я находился как раз между двумя ренегатами, охваченный предчувствием близкой катастрофы.
— Ты что-то нервничаешь, да? — поинтересовался Факир с коротким ироническим смешком. — Или на берегу кого-то потерял?
Над каналом дул ночной ветер, насыщенный едким химическим запахом. Полтора десятка боевиков топтались на берегу.
— Ребята, опускайте мост.
Ржавый механизм заскрипел, мост кренился вниз, словно гигантская рука в попытках схватить противоположный берег. Наконец, он с глухим стуком упал на грунт.
— Вы вдесятером проверьте вон ту будку на том берегу и тупик тоже. Всех, кого найдете, тащите сюда.
— А они стрелять начнут!
— Кто будет сопротивляться — гасите на месте. Трупы сюда.
— Со жмуриком по такому мосту несподручно.
— Можно только голову.
Сказав все это, Факир обернулся, жадно наблюдая мою реакцию. Был он тем, кем был, — сволочью и психом. Десятеро бандитов двинулись гуськом по мосту, еще пятеро столпились возле, ожидая от Факира малейшего знака насчет расправы. Катастрофа уже произошла, и я это понимал. Лунатик находился в будке. Живым он бы ренегатам не дался и, если повезет, мог с боем отступить в лес. План мой в любом случае уже рухнул, а я был все равно что покойник. Интерес Факира к ящику мог продлить мою жизнь, но жестко и ненадолго. Сам Факир стоял сейчас рядом, он даже под предлогом хромоты немного опирался на меня.
— Сказать мне ничего интересного не хочешь?
— Нет, а про что именно?
— Ну, молодец, страх, значит, дерзостью давишь.
Я каждую секунду ждал, что на том берегу начнется перестрелка, но из-за канала долетал только шелест деревьев под ударами осеннего ветра.
— Тупик в туннеле проверить не забудьте… — буркнул Факир в рацию.
Я очень надеялся, что Лунатик не пойдет в тупик и там его не загонят в «электры».
— Ну как? Есть? — снова спросил Факир, теперь уже заметно психуя.
Рация прохрипела что-то непонятное и густо
— Ты что на том берегу ловил-то, Факир? — поинтересовался я с самым невинным видом.
На самом деле ни с чем не сравнимая эйфория риска и спасения уже охватила меня. Лунатика в будке они не нашли. В тупике его тоже не было. Объяснить внезапное и ловкое исчезновение моего напарника я не мог, но воспользоваться последствиями этого исчезновения собирался.
— He доверяешь? — напирал я. — Ну, не доверяешь, тогда расходимся, с этим никаких проблем.
— Ладно, хватит. — Факир огрызнулся так зло, что ржущие бандиты разом замолчали. — Немного ошибся, бывает. Пошли обратно, обсудим дело без лишних ушей.
…Когда мы вернулись все на то же крыльцо в стиле «советский ампир», костер на клумбе почти до конца прогорел. Факир, подобрав на земле палку, пошевелил угли, и они стрельнули в темноту очередью юрких искр.
— Буду с тобой, Сережа, говорить начистоту. Ящик мне, конечно, нужен, но пока постольку-поскольку. Заинтересован в нем большой человек с Большой земли, находку ему придется передать, для этого необходимо вернуться на Кордон, а в теперешнем моем статусе я туда не сунусь. Ты — сунешься. Поэтому мне от тебя надо не так уж много — выкопать схрон и связному на Кордоне передать посылку. Деньги уйдут в банк, ты их не понесешь. Тебе тоже кое-что переведут, было бы куда. Все просто. Тут даже экс-боевик из твоей организации справится.
Выпад насчет тупости ребят из «Долга» я пропустил мимо ушей. Тревожнее выглядела непонятная доверчивость самого Факира.
— А не боишься, что я вместе с посылкой исчезну?
Факир постучал палкой о землю и потушил ее тлеющий край.
— А я тебя кровью повяжу, — просто сказал он. — Сильно повяжу, если все узнают, уже не отмоешься. Ни по ту сторону Кордона, ни по эту.
Он, видимо, не шутил и с самого начала все продумал. Это была вторая ловушка, которой я не ожидал. «Повязать кровью» он меня собирался немедленно после хотя бы легкого намека на согласие, а расстрелять — сразу же после отказа.
— Я на тебя поработаю курьером, а потом вместо денег пулю от связника на Кордоне получу.
Факир опешил, видимо, не ожидал от «долговца» такой сообразительности.
— Выбора у тебя нет, Сережа, — сухо ответил он. — Не хочешь — как хочешь. Выпустить тебя мы все равно не можем, знаешь ты слишком много.
— Нет гарантий — нет договора.
— Ну и какие ты хочешь гарантии? — вроде бы устало спросил Факир. Пальца рук у него нехорошо шевелились, как будто сжимали горло невидимого существа.