Отступник

Долгова Елена

— Очень жаль.

«Чейзер» у меня отобрали еще бандиты Факира, поэтому я несколько раз выстрелил этому бедолаге в голову из «Гадюки». После этого Харт больше не шевелился, но у меня осталось ощущение только что совершенного убийства.

— Не дергайся, Моро, его было не спасти, — еще раз напомнил Лунатик.

— Думаешь, «Монолит» поработал?

Мой напарник только кивнул и добавил:

— Все нормально. Он «Монолит» терпеть не мог, так что тебя бы одобрил.

Это было действительно так, но вместе с

Хартом погибали сведения, которые он собрал, но не успел записать в свой электронный дневник…

— Пошли отсюда…

Мы перебрались через пустырь, ближний дом стоял пустым, но в нем обнаружилась уничтоженная пулеметная точка. Входы-выходы первого этажа оказались забаррикадированы изнутри, а на второй этаж мы попали по внешней лестнице. В дальнем конце здания в полу зиял пролом, через этот пролом мы спустились вниз, и тут, в полузасыпанной рухнувшим межэтажным перекрытием квартире, я нашел Рудого.

Он провел там трое суток и был без сознания, но еще жив, хотя до нашего прихода продержался чудом.

— Отправляй SOS, — сказал я Лунатику.

— Может, не надо? Тут нет никого, кроме «Монолита»… Они могут прийти.

— Надо.

— Мертвые тут все… Нету никого.

— Все равно кто-нибудь есть.

— А если из «Свободы»?

— Ничего, позже разберемся. Мне вторая аптечка нужна, этой не хватит.

Он боялся посылать сигнал по рации, и тогда я сделал это сам, не оставляя Лунатику выбора. Вытащить Рудого из здания оказалось трудно даже вдвоем, мы справились кое-как и положили его на террасе перед лестницей, прикрыв спальником. Через полчаса, когда, казалось, и надежды не было никакой, на сигнал явились трое наемников-нейтралов, а с ними Мургол, сталкер с базы Ореста на «Агропроме».

— А, это ты, Моро… привет.

Он вроде бы не удивился, встретив меня, и не упомянул про историю с крысой, будто бы сочтя ее незначительной.

— Откуда идете?

— С севера ноги уносим.

Все четверо возвращались после неудачной попытки прорваться за Лиманск и дальше, через военный армейский госпиталь к центру Зоны. Аптечку у них я тут же выменял на патроны. Пока Лунатик тратил аптечку и помогал Рудому, наемники дремали у стены, измученные, безразличные ко всему.

Мургол тоже был хмур, но не спал и следил за пустырем. По его словам, дальше в сторону ЧАЭС уже сейчас происходили странности, Лиманск перегораживала цепочка пространственных аномалий «пузырь», а возле самого заброшенного госпиталя неладное творилось то ли с картой, то ли с самим пространством.

— Идешь на юг, а попадаешь на север, разворачиваешься на север — попадаешь на юг, — сухо пояснил Мургол.

По его словам, изменение направления было чем-то большим, чем простые фокусы со стрелкой компаса, а сам госпиталь кишел боевиками «Монолита».

— Их там до сотни, откуда столько набралось — черт их знает.

Лунатик, закончив

возиться с Рудым, пытался почистить окровавленные руки, не тратя при этом воду. Для этого он нагреб в горсти песка и без конца пропускал его между пальцами.

— Ты бы, парень, не трогал тут грунт, — посоветовал Мургол. — Мало ли что.

— Полозова видел? — спросил я на всякий случай.

— Слышал его позывные вроде бы, — равнодушно отозвался сталкер. — Мы с ним дела не делаем, Полоз мужик мутный. Рудого, конечно, заберем, но вам двоим на север соваться не советую, оприходуют. «Чистое небо», похоже, почти все спеклось.

Он был прав, но я не хотел отступать, не попробовав. Наемники, очнувшись после короткой отключки, зашевелились. Они были здоровые, угрюмые мужики, ко всему привычные, все в засохшей грязи, броня будто покрылась тонким сероватым налетом. Нас, незомбированных, оставалась в Лиманске кучка, и даже оставшимся предстояло разойтись в разные стороны.

— Аккуратно там двигайтесь, — посоветовал напоследок Мургол. — По краешку.

* * *

…Я очень скоро понял, что он имел в виду, едва очутился в ближнем переулке. Пять или шесть «пузырей» зависли здесь низко над землей, напрочь перегораживая проход.

— Не ходи туда, Моро…

Лунатик стоял, как обычно, очень бледный, но при этом, несмотря на октябрьский поздний совсем не жаркий день, виски у него были мокрые, а волосы слиплись.

— Трусишь, что ли?

— Не прикалывайся. Ты хоть знаешь, куда они заведут?

Куда заведут пузыри-«телепорты», я, конечно, не знал. Я и не собирался в них лезть, предполагая обойти эту аномалию по краю. Однако мерцающие края телепортов почти касались стен.

— Мургол и остальные ведь как-то прошли…

— Они тут были час назад. Пузыри двигаются, разве ты не видишь?

Движения я не замечал, но вместо этого видел ненормально сильное дрожание, как будто очертания аномалий подавались под напором сильного ветра.

— Не надо туда соваться, давай вернемся…

— Ты же сам лез в Лиманск.

Я пытался его раздразнить и подначить, но уже понимал — Лунатик дальше не пойдет. Мы поставили на карту все и исчерпали возможности, так ничего и не добившись.

— Моро, времени мало, до Полозова тебе не добраться… Ты чего тупишь? Ты вообще меня слышишь?

Я, не обращая внимания на его уговоры, в бинокль рассматривал дальний, недосягаемый для нас конец переулка. Там лежали убитые бойцы — человек десять, в экипировке как «Долга», так и «Свободы». Непонятно было, погибли ли они в бою друг с другом, или стали жертвами снайперов «Монолита».

Проход на север в этом месте закрылся. Мы опоздали.

— Да слышу, слышу… — ответил я Лунатику, — ты прав, пошли назад.