Отвертка
Шрифт:
Как-то на юге… один, ночью, на пляже… я не отступил перед четырьмя аборигенами. Злыми как черти и волосатыми, как медведи-гризли.
Они ткнули меня ножом в левую руку и первый раз в жизни сломали мне ребро. Тогда я лежал на теплом песке и, теряя сознание, слушал, как волны накатывают на берег… ленивые и абсолютно ко мне безразличные.
И все-таки я не герой.
Будь моя воля, я предпочел бы, чтобы все только что перечисленное происходило где угодно: в кино… в комиксах… главное,
Я выплеснул остатки кофе из кофейника в чашку, придерживая рукой ноющий бок, выбрался из кресла и посмотрел в окно. На другой стороне улицы горела витрина, обещавшая все на свете, и круглосуточно. Мой личный филиал Эдемского сада.
Сходить? Купить сигарет и пива? Или не ходить?
Если бы не дождь, я бы, конечно, пошел. Но впихивать ноги в мокрые ботинки… натягивать негнущимися руками грязную, не успевшую высохнуть куртку… переться через дорогу, чувствуя, как за шиворот скатываются холодные капли…
Не сейчас.
Я заварил себе еще кофе и вернулся в кресло. Итак, в страну приезжает китаец Ли. Известный скупщик раритетов. И вообще, тот еще фрукт.
Зачем приезжает? Уж не чтобы покататься на теплоходике по осенней Неве. Что-то он здесь нашел… и это что-то оказалось настолько ценным, что в результате парень схлопотал пулю. Так и не купив мне перед этим водки.
Допив кофе, я закурил и попытался вспомнить: что там говорил офицер госбезопасности насчет содержимого карманов китайца?
Кошелек. Кредитки. Золотые «Тиссо». Значит, искали что-то более дорогое. Дорогое и маленькое — вряд ли китаец отправился бы на танцульки, имея во внутреннем кармане пиджака статую Родена.
Золотой слиток? Какая-нибудь старинная статуэтка? Бриллиант? Древняя рукопись? Бритоголовый Дима требовал от меня бесследно пропавшую бумагу. Действительно рукопись? Зачем имбецилу Диме рукопись?
Пожилой парень с больной печенкой и коротеньким именем Ли отыскал в моем городе старинную рукопись. Положил ее в карман и подумал: а не поотжигать ли мне в столь вонючей дыре, как клуб «Лунный Путь»? И поотжигал. И получил пулю. А рукопись пропала. Так, что ли?
Никаких посылок на родину перед кончиной Ли не отправлял. Иначе зачем консулу Дэну поить меня своей ядовитой водкой? С другой стороны, среди вещей убитого тоже не было найдено ничего интересного. Уж кто-кто, а кагэбэшники искать умеют. Небось даже подкладку у пиджака распороли. А с третьей стороны, если я правильно понимаю и китайца убили те же бритоголовые орлы, что едва не убили меня, то шедевр не достался и им.
Российские спецслужбы, функционеры китайского генконсульства, отечественные уголовники… Не слишком ли много счастья для одного меня?
Дурацкая история. С самого начала дурацкая.
Зачем вообще я поперся в тот вечер в клуб? Стал знакомиться с китайцем? Еще и карточку свою ему дал. С карточкой получилось особенно глупо. Тем более что он ее тут же и потерял.
Или не потерял?
Я попытался представить, как, морщась от боли в печенке, господин Ли отходит от нашего с Жасмин столика и устремляется в бар заказывать водку.
Визитка зажата в его руке.
По дороге в бар он видит глаза убийцы и понимает: песенка спета. Визитка выпадает на пол из его ослабевших пальцев. Сам же хунвэйбин позорно ретируется в мужской туалет, надеясь отсидеться за фанерной дверцей.
Нет, не годится.
Бар и туалет находятся в разных концах коридора. Чего ради его понесло налево, к туалету, когда идти он собирался направо, в бар?
Что там находится рядом с туалетом? Выход на улицу… Стойка камеры хранения… Чил-аут…
Понял, что его будут убивать, и попытался прорваться к выходу?
Подошел к стойке и сдал туда свои статуи Родена?
Решил красиво погибать под расслабляющую музыку в чил-ауте?
…И вот тут до меня дошло. Словно я вращал калейдоскоп и с очередным поворотом стеклышки сами собой сложились во внятную картинку.
— Визитка!.. Твою мать!.. Так вот куда он дел визитку…
***
Стоило мне выйти на улицу, как сухим во мне сразу остался лишь выпитый с утра стакан сухого вина. Такси выплыло из-за дождя очень нескоро.
— До «Moon Way» поедем?
— Докуда?
Задумался я, наверное, на целую минуту. Но вспомнил-таки, как называется улица, на которой расположен клуб.
— Поехали (быстрый взгляд на мою рожу). Но деньги вперед.
Еще через двадцать минут я барабанил в дверь клуба.
Открывался «Moon Way» в девять вечера. На моих часах было два часа дня. Дверь открыли двое — в одинаковых униформенных дождевиках и с одинаковыми квадратными подбородками.
Тот, что поздоровее и поглупее, внимательно осмотрел мою физиономию, задержался взглядом на обоих синяках и процедил:
— У нас, брат, не наливают.
Было видно: одно неправильное слово — и он тут же рубанет проходимцу в забрызганной куртке промеж рогов.
Я произнес сразу несколько неправильных слов:
— Чего-то ты не очень похож на моего брата.
— Хамишь? Зря! Таких, как ты, я убивал по нескольку с одного удара.
— Назови хотя бы двоих!
Второй охранник был более миролюбив. А может, ему просто не хотелось разговаривать под дождем:
— Чего вы хотели?
— Я хотел увидеть вашего администратора.