Отверженные сердца
Шрифт:
Зеленое платье вернуло Трэвиса к мыслям о Магнолии. Оказывается, Мэгги известно настоящее имя его певицы. Трэвис еще раз взглянул в сторону бара. Он искал Магнолию. Откуда она узнала настоящее имя Жоржетты Линдсей?
Трэвис перевернулся на другой бок, затем с головой укрылся одеялом. Сон не приходил к нему. Трэвис до сих пор слышал выстрелы. Он раздраженно откинул одеяло и лег на спину, уставившись в потолок. За горами уже всходило солнце, и его первые лучи проникали в комнату. Трэвис подумал
Трэвис закрыл глаза и попытался расслабиться. Раздался еще один выстрел.
«Черт бы побрал этих животных в человеческом обличье», – зло подумал он. Почему шериф не посадит этих пьяниц под арест хотя бы на несколько часов?
Трэвис отбросил в сторону одеяло, встал и подошел к высокому шкафу у противоположной стены, распахнул его дверцы, снял с вешалки брюки и выбрал новую рубашку.
– Чертовы кретины! – выругался Трэвис после очередного выстрела. Он оделся, заправил рубашку, надел поверх нее шитый серебром черный жилет и через десять минут спустился вниз.
Пит, ночной бармен, встретил босса с удивлением на лице. С неменьшим удивлением он проводил его взглядом через зал салуна и дверь-вертушку.
На улице было немноголюдно: Милли с корзинкой свежих яиц. Рон Кабор, подметающий тротуар, какой-то пьяница, выпавший из дверей «Серебряной Леди».
Трэвис миновал несколько лавок и салунов, перешел на противоположную сторону улицы и оказался у здания тюрьмы.
– Лайм! – позвал он помощника шерифа, который бездельничал в кресле напротив камина. – Где шериф?
Веснушчатый парень лет пятнадцати поднялся и уронил кусок дерева, из которого вырезал какую-то безделушку.
– Пришел Арт Спиннэл и вызвал его, мистер Брэгит.
Арт Спиннэл был начальником смены на руднике Чолар, и Трэвис предположил, что те выстрелы, которые он слышал, произошли именно там.
– Неприятности на руднике?
Лайм неуверенно пожал плечами. Трэвис повернулся и вышел, хлопнув дверью.
Он допускал, что шериф не в состоянии утихомирить пьяниц, развлекающихся стрельбой в салунах. Но как быть с таким помощником, который только что вылез из пеленок и не нашел ничего лучшего, как строгать палку и греть задницу у камина?
– Лайм! Лайм!
Трэвис, направлявшийся в сторону «Маунтин Квин», остановился. По тротуару в сторону тюрьмы бежал какой-то мальчишка и громко кричал. Вскоре он ухватился за дверной косяк и на одном дыхании произнес:
– Лайм, тебя срочно зовет шериф. У Дьявольских Ворот. И побыстрее!
Трэвис вернулся к тюрьме.
– Что тут происходит? – потребовал он объяснения, стоя в дверях, словно на палубе корабля. Трэвис взглянул на мальчишку-посыльного.
Лайм снова отложил свою резьбу и в спешке нацепил кобуру.
Юный посланник все еще глотал воздух.
– Шериф требует к себе Лайма, сэр.
– Зачем?
– Ограбили
– Ограбление? – удивился Трэвис. Мальчик кивнул.
– Да, сэр.
Лайм пронесся мимо них и исчез в дверях.
Трэвис внимательно посмотрел ему вслед. Неужели судья говорил об этом? Холодок пробежал по спине Трэвиса. Если «рыцари» решили перейти к грабежам в поселках золотоискателей, Вирджиния-Сити ждут крупные неприятности. Трэвис взглянул на мальчика.
– Не говори об этом больше никому, – приказал Трэвис. – Нет смысла поднимать на уши весь город.
– Да, сэр, – пробормотал мальчик. Трэвис поспешил обратно в «Маунтин Квин».
– Пит! – закричал он с порога. – Пошли кого-нибудь из ребят привести моего жеребца с постоялого двора. Побыстрее!
Пит кивнул и направился в сторону комнаты Хэнка.
Трэвис снял с крючка над дверью кобуру и повесил ее на пояс. Движения его были точны и размеренны. Ослабив ремешки, Трэвис опустил кобуру на правое бедро, затем достал свой кольт, открыл барабан и проверил заряд. Все в порядке. Он вернул кольт в кобуру и взял шляпу.
Его Коршун был привязан к деревянным перилам отеля напротив «Маунтин Квин». Трэвис вскочил на своего жеребца и направился к Дьявольским Воротам.
– Черт бы тебя побрал, Терри, – пробормотал он. – Если твоя шайка каким-то образом замешана в этом деле, клянусь, я постараюсь прибить тебя живьем к двери сарая.
Трэвис выехал на дорогу, ведущую из центра Вирджиния-Сити в поселок Голдфилд. Местами она становилась предательски крутой и полной опасных поворотов; кое-где виднелись пятна снега и льда, что сильно затрудняло передвижение повозок.
Трэвис ехал осторожно, беспокоясь за своего жеребца. Он купил его недавно у местных индейцев, поэтому Коршун хорошо знал дорогу. Но все же Трэвис не хотел им рисковать.
К тому времени, как он добрался до Голдфилда, там все уже были на ногах. Слух о нападении на вагончик Дункана Клайда сразу же облетел окрестности. По пути к Трэвису обратилось несколько человек, на случай, если он что-либо знает о подозреваемых.
– На этот раз ваши «рыцари» зашли слишком далеко, Брэгит, – раздался мужской голос с балкона отеля «Голдфилд».
Трэвис обернулся.
Автором этой реплики был высокий сухощавый человек в длинном пальто. Трэвис вгляделся в его лицо, едва различимое из-за рыжей густой бороды.
– Они такие же мои, как и ваши, – проворчал Трэвис. Почему судья не оставит его в покое? В течение последнего года Дэвид Терри не раз докучал Трэвису, зазывая его на собрания Ордена. А теперь он решил сделать Трэвиса своим преемником!
У Трэвиса возникло странное подозрение. На самом ли деле судья уехал из города? Или это заявление – всего лишь составная часть его очередного плана? Неужели Дэвид Терри и его шайка решили подставить Трэвиса, обвинив его в ограблении?