Ответ
Шрифт:
– Не скажете, куда нас сейчас?
– спросил Олег, когда летели к городу на взятой там "Волге".
– Уже поздно, поэтому переночуете в нашей гостинице. Завтра расскажете о своих приключениях, и вас отправят во Владимир. Там создан новый детский дом для детей, которые пострадали в результате этой войны.
Город нормально освещался, но нигде не было видно рекламы, поэтому он казался темнее обычного. Машина приземлилась у одного из подъездов стоявшей особняком шестнадцатиэтажки. Евгений Николаевич передал их сидевшему на первом этаже дежурному, простился и поспешно ушел.
– Как будете спать?
–
– Есть одно и двухместные номера.
– Я с братом!
– торопливо сказала Вера.
– Этот мальчик из Бельгии, поэтому говорите с ним на французском или английском. Русского он не поймет.
Дежурный забрал ключи и отвел их в две расположенные рядом комнаты. Выдав три комплекта белья, он вернулся на свое место.
– Теперь все будет чужое!
– со слезами на глазах сказала Вера, когда осталась в комнате вместе с братом.
– Завтра вообще уедем из Москвы, а я не хочу менять класс, у меня в нем все подруги!
– От нас ничего не зависит, - отозвался он.
– Мы хоть вдвоем, а представь, каково сейчас Акселю. Мало того что очутился в чужой стране, о которой говорили всякие страшилки, так еще рядом нет ни одного близкого человека. Тебе помочь застелить кровать?
– Справлюсь сама, - отказалась сестра.
– Все я понимаю, но какое мне дело до Акселя! Он сам сказал, что его у дяди только терпели. Для него детский дом может оказаться не хуже дядиного. А у нас с тобой больше не будет семьи, даже если кто-нибудь примет в свою! Зачем только мы полетели в эту Англию!
– Ты нервничаешь?
– спросил Джон.
– Не из-за посадки?
– Не нравится мне этот негр!
– нервно ответила Нина.
– Ему иной раз приходилось садиться! Хотела бы я знать, сколько было таких разов и не на аэродроме, а на каком-то шоссе! Если разобьемся, я сама его пристрелю!
– Он ведет себя уверенно, - сказал Калхоун.
– В Судане мало оборудованных аэродромов, а возить грузы приходится в самые разные места, поэтому практика должна быть большая. И потом не так уж сложно посадить небольшой самолет на хорошее шоссе, особенно этот "Дуглас". Мохамед только удерживает направление, а сажает автопилот. Пошли на снижение, поэтому сейчас проверим, прав я или нет. И, дорогая, не называй темнокожих неграми, а то нарвешься на неприятность.
Самолет чувствительно обо что-то ударился, несколько раз подпрыгнул и покатился по шоссе, быстро теряя скорость.
– Этому Мохамеду только возить картошку!
– сердито сказала Нина, отстегивая ремень.
– Нужно проверить его слова о местных жителях. Может оказаться, что здесь только высеченные в скале статуи, а у нас с собой нет даже воды, одно барахло.
"Дуглас" остановился, смолк гул двигателей, и из пилотской кабины вышел довольный Калфат.
– Подогнал прямо к поселку, - сказал он, открывая дверь.
– Выгружайтесь быстрее! Нет у меня желания разбираться с египтянами.
Джон с Марком спрыгнули на шоссе, приняли сумки и помогли Нине. Остальные спустились сами. Едва они отошли, как взревели двигатели и самолет начал разгоняться.
– Ничего себе подогнал!
– сказал Джон и плюнул вслед взлетающему "Дугласу".
– Да этого поселка даже не видно!
–
– Комм показывает, что поселок в двух километрах отсюда, вон за теми холмами. Лучше в него прийти самим, чем прилететь на самолете из не слишком дружественного египтянам Судана. Хотя приземление самолета должны были видеть и наверняка свяжут с нами. Достаньте из сумок одежду и обмотайте автоматы, иначе от нас все сбегут и сразу же доложат в ближайший полицейский участок. Вот пистолеты можно не прятать. Здесь что-то вроде войны, и у населения на руках много стволов.
Все прикрыли автоматы одеждой и поспешили к египетскому поселку. Солнце сильно пекло и ни у кого не было головных уборов, поэтому обмотали не только оружие, но и головы.
– Сходим к храмам?
– спросила Вера Жиля.
– В одном статуи двадцать метров высотой, а в другом - в два раза ниже.
– Обойдемся, - отказался он.
– Нужно быстрее уносить отсюда ноги, а не ходить по экскурсиям. В Египте война, а мы в сорока километрах от границы с Суданом. Тебе нужно объяснять, какие у них отношения? А с точки зрения любого египтянина, мы довольно подозрительная компания. Хорошо, что они за золото продадут родную мать, иначе было бы слишком мало шансов отсюда выбраться. Поэтому договариваемся с первым же, у кого есть колеса и кто согласится везти нас в Асуан.
Очень хорошее шоссе довело их до поселка, в котором, если судить по домам, могли жить и две тысячи человек. На той улице, по которой они шли, было безлюдно и так тихо, что создавалось впечатление, что это не построенные в европейском стиле дома, а давно заброшенные постройки древних египтян.
– Здесь все должны жить туризмом, - сказал Люк.
– Когда египтяне начали свару, они подкосили туристический бизнес, а сейчас сюда может занести только таких "туристов", как мы. Наверное, местные все разбежались.
– Сейчас проверим, - отозвался Жиль и принялся стучать в дверь одного из домов.
В этом доме никто не отозвался на стук, а вот в следующим им ответили.
– Кого это принесло?
– спросил мужской голос на арабском.
– Ты, что ли, Амун?
– Туристы, - ответила Нина, как единственная, знающая этот язык.
– Нам нужна помощь, за которую есть чем заплатить!
– Откуда сейчас могут взяться туристы?
– удивился египтянин.
– Вчера объявили военное положение! Неделю назад обещали приехать русские с военной базы, но сегодня передали, что никого не будет.
– Скажите, кто-нибудь может отвезти нас в Асуан?
– спросила она.
– Сломалась машина...
– Никто не поедет, - ответил хозяин.
– Поездка туда и обратно займет полдня, и по нынешним временам будет очень легко попасть в неприятности. Вот слетать... Пройдите еще три дома и постучите в четвертый к Контару. У него есть летающая платформа, да и с головой не все в порядке, поэтому, если не поскупитесь, может и отвезти.
– Идем к владельцу летающей платформы, - перевела Нина для спутников.
– По словам того, с кем я разговаривала, он такой один. У остальных только колесный транспорт, которым нас не повезут. Кстати, есть неприятная новость. Правительство Египта объявило военное положение. В связи с этим возникает вопрос: что нас ждет в Асуане? Не полицейская кутузка?