Овчарка
Шрифт:
Олег дождался удобного момента — краб почти развернулся к нему задом, полностью сосредоточившись на киборге, — и рванул к заранее намеченному дереву, откуда, если маневр удастся, можно драпать дальше.
Но на полпути увидел, как комбез Рыжика вспыхнул на боку. Киборг покатился по земле, сбивая пламя, а робот, высоко поднимая ноги, затопал к нему, продолжая палить из обоих стволов. Комья плазмы ложились все ближе и ближе, выгрызая в земле дымящиеся ямы.
Олег успел выстрелить всего три раза, а попасть вообще только один. Потом «краб» развернулся,
Теперь Олег оказался стоящим напротив робота в полный рост, еще разгоряченный после бега, с раскаленным стволом бластера, и распознавался программой совершенно однозначно.
«Бля, я идиот!» — мелькнуло в голове, а тело уже прыгало в сторону, все равно куда, лишь бы уйти из-под прицела.
Когда в тебя попадают из плазмомета, это, оказывается, не так уж страшно. Скорее странно. Как будто раскаленным прутом по правой ноге ударили, и непонятно, осталось ли от нее что-нибудь, или эта боль уже фантомная.
Олег упал — впрочем, он и так падал, с ногой или без, запнувшись за корень, когда обе ноги еще были на месте. Понял, что вскочить не успеет, но все равно отчаянно забарахтался, приподнялся на руках, и добивающая порция плазмы… прошла в метре над его головой, а следующая еще выше.
Когда робот отвернулся от киборга, тот использовал эту возможность не в пример лучше Олега. «Краб» просел на задние, метко перебитые в шарнирах конечности, а Рыжик, пружиной взвившись на ноги, обежал врага и толкнул его в брюхо. Робот со скрежетом завалился на спину, продолжая впустую палить из прижатых тушей плазмометов. Киборг вскочил ему на брюхо и, сжимая бластер обеими руками, принялся стрелять в одну точку. «Краб» изогнул оставшиеся ноги и уперся ими в землю, силясь перевернуться, но Рыжик упрямо балансировал на ходящем ходуном панцире, не прекращая огонь, пока робот не обмяк с таким стонущим скрежетом, словно был живым существом.
«Контрольная панель, — запоздало вспомнил Олег. — У робокрабов на нижней стороне туловища находится контрольная панель, а под ней — „мозги“».
— Задание выполнено.
Рыжик спрыгнул на землю и подошел к хозяину. Лейтенант разглядел все еще дымящийся ожог у него на боку и перевел взгляд на свою ногу. Штанины с внешней стороны бедра не было. Кожи тоже, вместо нее корка припеченного до черноты мяса с пузырями по краям. Здоровенная, тремя ладонями не прикрыть, но, учитывая ситуацию, «царапина». Пока даже не болит почему-то.
— Все из-за тебя! — беззлобно проворчал лейтенант, протягивая киборгу руку. Тот серьезно ее пожал, и Олег, от души расхохотавшись, ответил на рукопожатие.
— Да-а-а, блин, мы с тобой друг друга стоим! А теперь помоги мне наконец встать!
Нога разболелась, и зверски, когда они уже лежали под берегом реки, в глубокой вымоине, занавешенной корнями. Река, по которой беглецы шлепали последние полкилометра, смыла следы, и хотя киборг несколько раз докладывал «обнаружены вражеские объекты», те всякий
С темнотой поиски пришлось свернуть. Утром их вряд ли продолжат: если диверсантов не удалось поймать по горячим следам, то по остывшим вообще дохлый номер. К тому же каратели не захватили с собой ни еды, ни воды, а их лагерь уничтожен. Надо скорее топать к ближайшему тайнику и запрашивать у командования экстренную эвакуацию.
Вымоину нашел, разумеется, киборг, и он же то и дело бесшумно, ножом, гонял других претендентов на уютное логово (а может, его законных владельцев). Олег лежал пластом, предоставив Рыжику полную свободу действий, и с присвистом дышал сквозь стиснутые зубы.
— А с белочками ты здорово придумал! — пробормотал он, когда молча терпеть боль стало невыносимо.
Киборг привычно повернул голову на хозяйский голос, но ничего не сказал.
— Что, опять действовал строго по программе? Какое-нибудь «использование бытовых предметов в боевых целях?» Или они сами поскользнулись и попадали?
Рыжик пожал плечами, как будто вообще не понимая, о чем идет речь.
— Ну ладно, типа верю. А лиана тоже случайно упала, да?
Парень знал, как крепко держится за кору эта дрянь. Даже росток размером с ладонь приходится отковыривать ножом.
— Данный объект мешал продвижению и был устранен.
— Я тебя вообще-то на другое дерево отправлял!
— Предложенная вам точка наблюдения оказалась недоступна. Был произведен перерасчет и выбрана другая точка наблюдения.
— На все-то у тебя есть ответ! — Олег не сомневался, что, когда киборг вернется на базу, в его логах будет полный порядок. Или они загадочным образом исчезнут во время очередной спонтанной перезагрузки. — Как там твой бок?
— Система функционирует в пределах нормы.
— Хорошо тебе… Я тоже вроде как в пределах нормы, но ногу прямо отрезать хочется… Ты вообще чувствуешь боль, а?
— Болевые рецепторы являются частью системы диагностики повреждения.
— Угу, надо и мне так думать… Что это просто диагностика, а не тупая пила… Слушай, а ты когда-нибудь был на гражданке? Полковник не использовал тебя в личных целях, ну, там, грузовик цемента разгрузить или картошку на тещиной даче высадить? Нет? Надо будет как-нибудь взять тебя с собой в увольнение. Сходим в бар, пива попьем, пиццу закажем — огр-р-ромную такую, со всем подряд…
Олег промаялся до середины ночи, но потом усталость пересилила боль, и парень все-таки заснул, негромко постанывая на каждом выдохе.
Киборг, так и не получив никаких команд, еще немного посидел, глядя сквозь корни на темную воду, а потом медленно растянулся на здоровом боку рядом с хозяином.
Коврик остался где-то там, в кустах возле поляны.
Жаль.
Утром Олег проснулся, но не встал. Просто открыл глаза, тупо посмотрел на глинистую стенку вымоины и снова их закрыл.