Овермун
Шрифт:
– Вот!
– вздохнул он.
– Теперь мы подошли вплотную. Браслеты Стихий - это твоя цель и причина, по которой ты попала в пророчество Эваллаха.
– Так говори же, хватит бродить вокруг да около!
– Карина, браслеты Стихий - это величайший источник энергии, какой себе только можно вообразить. Он в сотни, в тысячи раз мощнее любого генератора и он - вечный двигатель. Это не пустые слова! Ты только представь себе: он питает все живое, что есть здесь. Он - "зерно" жизни. От него, как от корня большого дерева, отходят все жизненно необходимые
– Звучит грандиозно...
– И твоя цель - их применить. Когда ты наденешь их, свершится пророчество Эваллаха - соберутся заново два войска и поведется новая битва, точно как в тот день, когда оборвалась моя история и началась твоя. У нас, овермунцев, будет шанс выиграть.
– Отлично, только и всего?
– девушка потянула улыбку.
– Я надеваю браслеты, вы - деретесь, спор решается и я свободна?
– Все не так просто, - остудил он, хотя Карина и без того понимала, что просто так все не решится.
– Для начала ты должна помочь их отыскать.
– Они спрятаны?
Тамерлан кивнул, пояснив:
– Спрятаны мной. В прошлой жизни.
– Та-а-ак...
– вскинула брови.
– И что тебе мешает отыскать их заново?
Он был готов к вопросу:
– Я спрятал их в своем мире. Но, судя по тому, что мы здесь, они появятся. Никому неизвестно, где и как.
– Ведь я тоже не знаю.
– В пророчестве сказано, что ты - одна из тех, кто сумеет найти их.
Карина вновь погладила затылок, вздохнула. Ей было все труднее внимать
– Ох, это пророчество! Этот пророк!
– девушка сощурилась.
– С чего ты взял, что оно вообще действительно? Я могу ошибаться, но когда целая армия уничтожается, в народе наступает смута. Может быть, этот самый Эваллах просто хотел поддержать всеобщий настрой?
Тамерлан сдвинул брови:
– О, рассуждаешь, как интриган... И твой вопрос законен. Многие именно так и думали, как ты сейчас говоришь. Но, поверь, я бы не стал зацикливаться на сумасшедшем старике, если бы сам не был свидетельством исполнения его предсказания! Потому что он предрек, что все погибшие в день Последней битвы возродятся вновь. Только на земле, где не будет уже самой империи. Эти воины вспомнят все произошедшее... А я - генерал Тамерлан Прорайн, погибший в день Последней битвы и возродившийся в другом мире. Я вспомнил все, как и было предсказано.
Девушка замерла, увидев огонь в его глазах.
– Тогда скажи мне, Карина, почему остальная часть пророчества не должна исполниться?
– посмотрел ей прямо в глаза, как будто делал вызов. Карина вздрогнула, не выдержав его взгляда.
– Да оно уже исполнилось! Передо мной сидит последняя чистая капля крови Акиллера! На тебе обрывается его династия: следующему поколению Акиллеров от царя не достанется совсем ничего. И если ты погибнешь,
Когда Тамерлан сказал свой титул, то, что произошло с ним, и, что, по всей вероятности, может произойти с ней, Карина не выдержала. Она поднялась, подошла к своей декоративной стойке. Из стеклянного шкафчика она извлекла большую бутылку коньяка. Небрежно поставила ее перед собой. Нашла два крупных стакана. Налила до краев.
– Возьми, - сказала, протянув Тамерлану один из них.
– Нам нужно снять напряжение.
Не дождавшись, пока он сделает хотя бы первый глоток, Карина осушила стакан и прижала запястье к носу. Тамерлан внимательно проследил за ее действиями. Стакан он поставил на журнальный столик, так и не глотнув коньяк.
– Карина, я знаю, почему ты любишь только легкие напитки, вроде ликеров. Ты просто никогда не пьянеешь.
– Откуда тебе знать? Я пила мартини - я пьяна! Потому что только пьяному человеку может привидеться все, что видится мне сейчас!..
Стакан шумно ударился о стойку. Вновь потек светлый напиток. Вновь Карина легко выпила его.
Тамерлан покачал головой.
– Увидев то, что увидела ты, любой пьяница протрезвел бы.
Акиллер не ответила. Она уже наливала следующий стакан.
– Не нужно этого делать, - подойдя, парень крепко схватил ее за руку, пристально глядя в глаза.
– Тебе это все равно не поможет. Твой организм почти не реагирует на алкоголь, так же, как и мой.
– Что-то же я должна сделать с этими проклятыми нервами?!
– воскликнула она.
– Умойся холодной водой, это тебе поможет.
Карина оставила в покое коньяк, решив последовать совету. Ей подумалось, откуда Тамерлан мог знать об этой ее, как ей казалось, личной особенности: умыться, чтобы успокоиться? Разве что ему самому этот способ помогает.
– Теперь тебе лучше?
– Почти.
Она присела на диван. В горле все еще стоял невыносимый жар от выпитых стаканов. Ей трудно было сформулировать вопрос:
– Так это... Что там насчет чистой крови?
– "Последняя, неоскверненная простолюдином, чистая капля крови Акиллера", - процитировал он.
– Ответь, ты бережешь себя для мужа?
Девушка прыснула. Закашлялась.
– Что за беспардонный вопрос?
– Это почти что вопрос жизни и смерти.
– Конечно я девс... берегу себя для мужа! И кто этот простолюдин, оскверняющий кровь?
– Разве неясно? Твой потенциальный любовник.
Ее щеки покраснели, глаза запылали. Она гневно смотрела на абсолютно спокойного задумчивого Тамерлана. Ее всегда бесило, когда кто-то, а в особенности мужчины, так просто говорят... об ЭТОМ.
– Кто бы мог подумать?..
– тихо произнес тот.
– Девушка, живущая в поле зрения всех и каждого, исполняющая приказы деловых партнеров, окруженная завистниками и похотливыми мужланами - и вдруг та самая, о ком гласило пророчество Эваллаха? Я бы никогда не поверил...