Ожерелье Онэли
Шрифт:
Тар, освободившись от общества мага и быстро оглядев свой отряд, вновь прокричал что-то на своем гортанном наречии. Хельви почудилось слово «Верхат». Но и без того он, видя, какое направление избрали всадники под предводительством Ожидающего, понял, что Тар собирается любой ценой привести своих воинов к дому Красного петуха. О том, какими жертвами будет выполнен приказ Раги Второго, он совершенно не задумывался. Честно говоря, другого поведения Хельви от него и не ждал.
Дорога впереди казалась спокойной и безопасной, но принц перестал доверять своим ощущениям и крепко сжимал в руке обнаженный меч. Тар махнул рукой, призывая воинов трогаться, и первым поскакал вперед, в направлении города. Альвы, под руководством оставшихся сотников выстроенные в ряды по трое, ринулись за своим вождем. Хельви пристроился рядом с алхином, который почему-то перестал ворчать. Слева оказался Базл.
— Не так-то просто усыпить ураганный ветер? — крикнул ему Хельви.
— Да нет, это не самое страшное. Тем более что глифы вообще находятся
Впрочем, было видно, что улыбка дается ему нелегко. Значит, он действительно не альв, а глиф, с удивлением подумал Хельви и, поскольку пялиться на мага было не совсем удобно, искоса взглянул на Базла. Он был мало похож на те изображения глифов, которые принц видел в рукописях на Зеркальном озере. Кроме того, в его представлении представители этого племени Младших были книгочеями и сидели при своих летописях, а не сопровождали вооруженные до зубов отряды, рискуя жизнью. С другой стороны, и алхины никогда раньше, если верить записям королевских историков, не участвовали в масштабных сражениях с нечистью, однако он своими глазами видел действия Вепря в недавней схватке с гарпиями. В любом правиле есть исключения, подумал Хельви. Королевский сын может стать наемником, глиф — боевым магом, а алхин — добрым товарищем. Жаль, что это столь ловко выведенное правило нельзя было приложить к уравнению, которое бы дало ответ на вопрос, что за мерзкие твари встретились им на опушке леса. Принц мог поклясться, что это были не сваны. И не свельфы, и не дикие, и не карлы, и не висы — этих он видел своими глазами, и с безглазыми бестиями они не имели ничего общего. Так кто же это? Какую нечисть отрядил Черный колдун под руководством сына Красного петуха, чтобы уничтожить посланных в Верхат альвов? И только ли посланных в Верхат?
Если этих чудищ и впрямь не берет железо, то едва ли армия императора сможет противопоставить им нечто серьезное. Разве что колдуны Раги Второго придумают какой-то способ расправляться с ними, хотя Хельви не помнил, чтобы Базл проявил себя на опушке. Он повернулся к колдуну, но тот, скрючившись, мирно дремал в седле. Лицо глифа было таким измученным, что Хельви стало совестно его будить. В конце концов, возле моста он проявил себя с лучшей стороны, как и положено придворному магу.
Мчавшийся впереди Тар первым почувствовал зарево, но не остановил коня, а, напротив, задал шпоры. Столб черного дыма еще не выполз над кронами деревьев, а острый запах гари уже отравил воздух. Отряд выскочил на небольшой холм, и оттуда им открылся вид на гибнущий город. Верхат полыхал. Огонь, охвативший его, был таким сильным и плотным, что Хельви, как ни щурился, не смог разглядеть ни крепостных стен, ни ворот, ни крыш домов. Лошади нервно переступали с ноги на ногу, напуганные запахами и звуками пожара. Ни одного крика не доносилось из Верхата, ни одного спасшегося погорельца не было видно поблизости. Либо жители города бежали раньше пожара и отсиживались теперь в каком-то укрытии, либо они все были мертвы. Хельви содрогнулся. Хотя Верхат не такой многонаселенный, как Гора девяти драконов или даже Нонг, не говоря уже об Ойгене, но все-таки несколько тысяч альвов там точно жили. Ясно, что без колдовства тут не обошлось. Значит, Черный колдун, а в его зловещее существование Хельви не мог не верить, потому что видел старика собственными глазами, все же решился в последний раз попытаться завоевать власть. Пусть не в королевстве Синих озер, а в империи альвов. Возможно, что с Младшими у него все складывалось успешнее, чем с людьми, — в конце концов, сородичи Тара более дисциплинированны, ответственны и безоглядны в том, что они считают исполнением своего долга. А если альв решит, что его единственный долг — слушать и выполнять приказы Черного колдуна, тогда-то и появится Рив — ужасный преступник с точки зрения Раги Второго и всего лишь пешка в игре для бывшего Мудрого. А раз так, то времени смотреть на головешки, оставшиеся от Верхата, у них нет. Хельви решительно подвинул алхина, уступившего ему путь без слов, и подскакал к Тару.
Альв угрюмо смотрел на пожарище. Его спина была согнута, плечи опущены, однако глаза полыхали не хуже, чем угли в кострище. Темные волосы Младшего осыпало пеплом, который несло ветром со стороны Верхата.
— Нам срочно нужно ехать в усыпальницу. Он там и он не должен уйти.
— Надеюсь, ты понимаешь, что он мой, — хрипло ответил Ожидающий, не отрывая взгляда от пожара.
— Рив твой, а Черного колдуна я беру на себя, — жестко ответил Хельви.
Ожидающий вытер перчаткой вспотевший лоб и коротко взглянул на человека, затем резко дернул поводья, заставив коня встать на дыбы, и молча поскакал между холмами по крошечной, теряющейся в траве тропинке. Воины, понявшие своего командира без слов, ринулись следом. Хельви дотронулся одной рукой до ожерелья Онэли, висевшего на шее, и ощутил привычное тепло. Он постарался отбросить мысли о мертвом городе и оставленных в лесу на съедение гарпиям и мерзким тварям воинах — он оплачет их потом, если судьбе будет угодно, чтобы он выжил в предстоящей схватке.
— Куда мы скачем? — проорал не выдержавший Вепрь, обратившись к пролетавшему на коне мимо альву.
— К мосту Петушиное перо! — прокричал в ответ воин.
Алхин больше вопросов не задавал. Если они
Пастушья тропа, петлявшая через холмы, была плохо предназначена для проезда отряда тяжеловооруженных воинов. К счастью, Тар хорошо знал места и вел альвов вперед, не обращая внимания на сыпавшиеся из-под копыт камни, частые повороты и петляние между насыпей. Однако Хельви и Вепрь выехали к Серебряному потоку совершенно изможденными. Мост Петушиное перо уютно висел над водой, словно чудовищные события не касались этих мест, Верхат не был обращен в пепел, а по лесу не шастали монстры.
Тар негромко произнес несколько фраз на своем языке, и Базл послушно слез с лошади и пешком взошел на мост. Он больше не улыбался. Было видно, что силы мага еще не вполне восстановились после укрощения смерча. Покачиваясь, он развел руки в стороны, словно они могли в случае опасности превратиться в крылья и поднять мага над водой. Хельви знал, что среди Младших летать могут, например, мари, весталы или гарпии, поэтому не обратил внимания на жест волшебника. Базл сделал по мосту шаг, другой, и тут перед ним возникла какая-то фигура, закутанная в темную плотную ткань. Волшебник изогнулся и прыгнул вперед, странный маневр повторил и незнакомец, оба распластались в воздухе и сшиблись посреди моста. Хельви ожидал, что Базл применит против неведомого противника какой-нибудь магический прием, и был немало удивлен, увидев, как императорский маг вцепился руками в горло соперника, и они самым банальным образом принялись кататься между резных перил моста. Однако эта странная схватка совсем не удивила Тара, который поднял вверх ладонь, призывая своих воинов к тишине, и внимательно следил за ее исходом. Определить, за кем останется преимущество, было пока невозможно — соперники перекатывались, время от времени долбя головой противника о мудреные перекладины. В пылу борьбы Базл потянул за ткань, покрывавшую голову противника, и она с треском разъехалась. Хельви разглядел хорошо знакомую морду с широко расставленными глазами, пришпорил коня и влетел на мост. Копыта гулко застучали по плотно пригнанным металлическим плитам. Впрочем, сцепившаяся парочка не обратила никакого внимания на приближающегося всадника. На берегу что-то прокричал Тар, но у принца не было времени оборачиваться. Он достиг середины моста, у ног его коня катались пытавшиеся задушить друг дружку противники.
Юноша не стал спешиваться. Он нагнулся, поймал на шиворот Базла и легко втянул его в седло. Оставшийся на полу горе-боец вскочил на ноги. Его морда была оскалена, изо рта текла сукровица, на щеках были видны глубокие царапины. Базлу тоже здорово досталось — из носа колдуна тонкой струйкой текла кровь, лоб был расцарапан, а волосы торчали в разные стороны смешными клоками, точно мочалки. Тем не менее маг дергался в седле, видимо, желая спрыгнуть и продолжить битву.
— Здравствуй, сван. Твой народ присягал мне на вечную дружбу. Так-то вы встречаете друзей, — сурово обратился Хельви к стоявшему перед ним стражу усыпальницы Ашух, одной рукой придерживая разошедшегося Базла.
ГЛАВА 21
На берегу провели военный совет. В нем участвовали Тар, Хельви, Базл и давишний сван, причем последние двое участников угрюмо косились друг на друга, готовые продолжить схватку при первой возможности. Принц поискал глазами Вепря, чтобы пригласить алхина на совещание, однако тот, по всей видимости, не желал участвовать ни в каких высоких обсуждениях и о чем-то оживленно беседовал с двумя альвами. Несколько сотен сванов, высыпавшие на берег после того, как отряд Тара переправился через Петушиное перо, с опаской посматривали на воинов, которые, в свою очередь, сторонились невиданных лесных жителей.
— Друзья нашего друга всегда могут рассчитывать на нашу поддержку, — закончил свою небольшую речь сван.
— Мы следуем в ваши пещеры. Мне нужно найти Стража, и я рассчитываю на вашу помощь в этом деле. А мои друзья разыскивают альва, Младшего по имени Рив. Ты что-нибудь знаешь о нем? — спросил Хельви.
— Мы покинули пещеры несколько дней тому назад. Мы лишились дома, поэтому нам особенно приятно встретить в эти тяжелые минуты друга. Но заклинаем тебя — не возвращайся в лабиринт, — сван махнул рукой в сторону леса, темневшего за его спиной, — теперь это место проклято. Страж покинул нас.
— Это место считалось проклятым всегда, но это не помешало Стражу и вам обосноваться там, — резко ответил Тар.
— Только не сейчас, — покачал головой сван, — теперь все иначе. Там осталась одна смерть. Однако мой народ слишком долго прожил под ее властью, поэтому мы выбрали жизнь и бежали в лес.
— Если твой народ бежал из пещер несколько дней назад, почему вы не пересекли реку и не ушли подальше от проклятого места? — потирая шею, поинтересовался Базл.
— Слишком много врагов появилось в этих местах с тех пор, как ушел Страж. Раньше он защищал нас, а теперь ворота нашего убежища открыты настежь. Мы слишком слабы, чтобы оборонять свой дом самостоятельно, и не можем даже защитить собственные жизни. Поэтому мы прятались в лесу, пока наконец сегодня в лесу не стало тихо. Рассудив, что твари убрались, мы вышли к мосту и увидели всадников в броне. Никто из нас не мог предположить, что среди них встретим друга.