Ожог
Шрифт:
какона могла становиться на колени перед Майклом.
Джоузи перешла в гостиную, решив, что дожидаться Эша будет здесь. Если остаться в спальне, Эшу придется ее искать и он, чего доброго, подумает, что она плохо его ждала. Наверное, ему будет очень приятно, выйдя из лифта, сразу же увидеть ее. Джоузи и самой импонировала эта мысль.
Она устроилась на кожаном диване с бархатной спинкой. Покрывало она сняла, чтобы было удобнее прислоняться голой спиной. Оставалось придумать позу. Встречать ли ей Эша сидя или полулежа? Джоузи стало смешно. Она никогда особо не задумывалась
Будучи художницей, она прекрасно знала, какие позы женского тела наиболее соблазнительны. Эшу наверняка понравится. Ей захотелось его удивить с первых же секунд возвращения.
Эш возвращается домой, к ней. Ей стало жарко. Эш возвращается к ней. Как легко она вошла в его жизнь, обосновалась в его квартире, будто у себя дома. Или это теперь и ее дом? Дом, где она ждет возвращения своего мужчины?
Может, она тронулась умом? Этот вопрос Джоузи решительно выкинула из головы. Она легла на бок. Волосы кокетливо свисали с плеча, наполовину прикрывая грудь. Она ничего не прятала от Эша, но показать меньше часто означало показать больше. Мужчины так устроены, что скрытое волнует их сильнее, нежели доступное взгляду.
Этот маленький секрет и делал ее картины такими притягательными. Намек на запретные места тела.
Джоузи привалилась к боковой спинке. Так ей было удобно смотреть на двери лифта, поднимавшего прямо в прихожую пентхауса Эша. У нее пощипывало кожу, по телу разливалась истома. Джоузи пыталась угадать, какое развлечение выберет Эш, когда вернется.
Ее возбуждение нарастало и требовало выхода. Она боролась с искушением опустить руку вниз, надавить пальцами на клитор и получить быстрый оргазм. Ей бы хватило полминуты. Как странно: даже мысль о возвращении Эша действовала на нее возбуждающе. Следом пришла другая мысль: удовлетворив вспыхнувшую страсть, она может испортить удовольствие Эшу.
И потому Джоузи ждала. Секунды тянулись еле-еле, и каждая казалась часом.
Услышав негромкий звук поднимавшегося лифта, Джоузи затаила дыхание. Во рту пересохло. Она торопливо облизала губы. В это мгновение двери лифта разошлись и в прихожую шагнул Эш.
Его поза была непринужденной, но с явным оттенком высокомерия. Одну руку он держал в кармане брюк, другая сжимала портфель. От Эша веяло богатством, мужским обаянием и… властью.
Их глаза встретились. Джоузи вздрогнула, но выдержала взгляд. Глаза Эша прожигали ее насквозь. Чувствовалось, ему понравилась ее соблазнительная поза. Значит, она угадала правильно.
Эш пошел к ней. Его губы были плотно сжаты, глаза пылали. Джоузи запрокинула голову, следя за его шагами.
— Здравствуй, — хрипловатым от волнения голосом произнесла она. — С возвращением домой.
Джоузи удивило, что Эш встал на колени перед диваном. Он жарко и торопливо потянулся к ее губам. Его руки зарылись в ее волосы. Эш притянул Джоузи к себе.
— Красиво и соблазнительно, — прорычал он. — Думал об этом весь день. Представлял, как возвращаюсь домой и вижу тебя. Ждущую. Но реальность переплюнула все мои мысли. — Эш погладил ей щеку, едва сумев оторваться от поцелуя. — Джоузи, как же я рад, что ты здесь!
— И я рада.
— Пока
— Может, ты вспомнишь хотя бы некоторые из своих идей? Я очень хочу о них узнать.
Эш улыбнулся. Его глаза довольно блеснули.
— Некоторые из них я даже назвал бы запретными.
— Еще лучше.
Он тихо засмеялся. Раскаты его смеха отозвались пупырышками на ее коже.
— А может, записать их на бумажных клочках, свернуть и сложить в банку? — предложила Джоузи. — Потом засунем туда руку, и какую бумажку вытащим, такой у нас будет секс. Или вся полнота решений принадлежит тебе?
— Моя малышка сегодня очень бойка на язычок, — ленивым тоном произнес Эш. — Пожалуй, надо будет наказать тебя за дерзость.
Щеки Джоузи стали ярко-красными. Она вопросительно подняла одну бровь.
— Тебе понравится, — заверил Эш.
Она кашлянула, сама не зная, о чем говорить дальше. Совсем недавно Эш заявлял, что не любит игр. Но не было ли игрой обещанное «наказание за дерзость»?
— Говори, какие мысли бродят в твоей голове? — спросил Эш.
— Наверное, глупые. Я думала, как лучше мне ответить на твои слова. И как ты отреагируешь, если я скажу, что обещанное наказание меня возбудило. Тем более ты предупреждал, что не любишь игр и хочешь полной реальности.
Эш приложил палец к ее губам, заставив умолкнуть:
— Запомни: никогда не бойся говорить мне обо всем, о чем думаешь. Я хочу знать все твои желания и потребности и, конечно же, то, что тебя возбуждает. Сексуально, эмоционально, как угодно. Это первое. Второе: твои желания не игра. Думаю, ты не совсем верно поняла мои слова. Я имел в виду вот что: мы с тобой — это реальность. Наши отношения не игра. Но это не значит, что мы не можем вместе поиграть. Главное, чтобы ты помнила о реальности наших отношений.
— Ты меня еще больше запутал, — призналась Джоузи.
— Мы с тобой еще не говорили о наказании. Должен признаться, я не ахти какой поборник дисциплины. Я тебе не отец, а ты не моя малолетняя дочь. Но в самой процедуре наказания есть приятные моменты, которые мне нравятся. Одно дело — думать, будто ты заслуживаешь наказания, и совсем другое — немного раскрасить тебе задницу, потому что меня это возбуждает. Ну как, поняла мою идею?
— Да, — шепотом ответила Джоузи.
— Похоже, тебе такое развлечение тоже нравится.
— Нравится, — кивнула Джоузи. — Оно меня возбуждает. Когда альфа-самец, пуская слюни, шлепает тебя по заду, как тут не возбудиться? Или когда проявляет свою волю. Возможно, для тебя это звучит глупо.
— Тогда, малышка, ты понимаешь меня лишь кусками. Никакие твои мысли и ощущения не являются глупыми. Усвоила? Все, что тебя возбуждает, никак не может быть глупым. Ты должна это крепко усвоить, поскольку я намерен постоянно доставлять тебе удовольствие. А сейчас я хочу, чтобы ты встала на колени и взяла в рот мой член. Что будет потом? Потом мы поговорим о твоих сексуальных странностях. И о моих тоже. Думаю, они превосходно совпадают.