Ожог
Шрифт:
Но почти всех женщин он трахал на пару с Джейсом. У них существовали собственные правила, о которых женщинам рассказывали сразу. Бетани была первой, кого Джейс не захотел делить с Эшем. Сама того не ведая, она сломала их правила. Не сразу, но Эш понял: прежних развлечений больше не будет. Но одно дело понять, а другое — скучать по старым добрым временам. Они с Джейсом удивительно дополняли друг друга.
Однако в случившемся была и положительная сторона. Теперь весь контроль принадлежал Эшу. Можно не опасаться недоразумений, превратного понимания. Можно дать полную волю своим фантазиям. Отныне Эш целиком
Такое вполне ему импонировало. Чертовски импонировало. Эша всегда угнетало, что люди ошибались насчет него. Глядя на Гейба, Джейса и Эша, все почему-то считали Эша наиболее покладистым и отходчивым. Простаком и даже слабаком, которого Гейб и Джейс тянут на себе только из-за верности давней дружбе.
Как же все они ошибались.
Он был гораздо упрямее и настырнее и Гейба, и Джейса. Когда они с Джейсом занимались сексом втроем, Эш отходил на задний план вовсе не из скромности, а потому, что знал: он способен придать игре такой азарт, который Джейсу и не снился. Поэтому Эш играл по правилам друга, накладывая на себя добровольные ограничения. Прояви он свою истинную суть, еще не известно, как бы это отразилось на их дружбе с Джейсом. И потом, среди множества перетраханных ими женщин Эшу не встретилось ни одной, которая побудила бы проявить все свои стороны. Он уже подумывал, что таких женщин вообще нет… Вплоть до встречи с Джоузи.
Если вдуматься, получалась какая-то глупость. Он ведь не знал Джоузи. Он лишь кое-что знал о ней, но самый подробный отчет не заменял общения с человеком. Эш не знал, откликнется ли она на то, что он готов ей предложить, и на то, что он потребует взамен.
То, что он потребует взамен. Это было самым главным. А потребует он много. Он и даст много, однако его требования показались бы чрезмерными даже тем, кто прекрасно знал его образ жизни.
Эш еще раз пролистал отчет, обдумывая свой следующий шаг. За Джоузи велось постоянное наблюдение. Эша настораживало ее одиночество. Естественно, он понимал, что современная городская женщина вольна жить так, как пожелает, и никто ей не указ. Тем не менее в отношении Джоузи его понимание почему-то не срабатывало. Одиночество художницы тревожило Эша все сильнее и сильнее. Интересно, этот ее предполагаемый Господин хоть знает, где она проводит дни? Он заботится о ее безопасности? Или просто трахается с ней, когда ему приспичит?
Эш негромко зарычал, потом спохватился, с трудом сглотнув вставший в горле комок. Надо попросту успокоиться и заняться более важными делами. Подумаешь, встретил женщину. Мало ли женщин встречалось ему на нью-йоркских улицах? Джоузи Карлайл. Ну и что? Кто она ему?
Подумав об этом, Эш ощутил себя отъявленным вруном. Таких, как Джоузи, он еще не встречал. А вот кто она ему — этого он пока не знал, потому и бесился.
Зазвонил мобильный телефон. Увидев номер звонящего, Эш нахмурился. Это был человек, нанятый им для слежки за Джоузи.
— Эш слушает.
— Мистер Макинтайр, это Джонни. Хочу сообщить вам свежие результаты наблюдений. Думаю, в плане того, что вы говорили, вам необходимо это знать.
Эш выпрямился и наморщил лоб:
— В чем дело? С ней что-то случилось?
— Нет, сэр. Она только что вышла из ломбарда, где продала несколько ювелирных украшений. Я был внутри и слышал ее разговор с приемщиком.
Известие разозлило Эша. Черт бы подрал эту Джоузи! Она что, спятила? Продавать драгоценности какому-то вонючему ломбарду! Если ей понадобились деньги, что же ее Господин об этом не позаботился? Неужели он не мог внести плату за несколько месяцев вперед? Какого черта Джоузи шляется по ломбардам, если она принадлежит этому типу?
— Сэр, будут ли какие-нибудь распоряжения? — спросил Джонни.
— Скупите то, что она принесла. За любую цену. Мне наплевать, сколько заломит приемщик. Потом все это привезете мне.
— Да, сэр.
Эш отключился и тяжело откинулся на спинку кресла. Его мозг лихорадочно работал, прокручивая варианты. Через пару минут Эш встал, позвонил своему водителю и велел ждать его у входа в здание.
В коридоре он весьма некстати столкнулся с Гейбом.
— Эш, можно тебя на минутку? — крикнул Гейб, удивившись, что друг даже не остановился.
— Не сейчас, — на ходу ответил Эш. — Дел невпроворот. Я тебе потом звякну, окей?
— Эш!
Эш остановился, как норовистый конь, которому хотелось скакать дальше. Гейб догнал его.
— У тебя ничего не случилось? — осторожно спросил Гейб.
— Все в лучшем виде. Старик, мне действительно надо бежать. Потом расскажу.
Гейб кивнул, но недоверие в его глазах не исчезло. Эш не был настроен рассказывать о своих делах. Впрочем, Гейбу и собственных дел хватало выше головы. Только подумать: завтра у него свадьба. Скорее всего, Гейб хотел поговорить о свадьбе и о церемонии бракосочетания.
Чтобы не вызывать лишних подозрений, Эш спросил:
— Все свадебные приготовления завершены? Миа не лежит бездыханная? Моя помощь нужна?
— Представь себе, больше никаких приготовлений. Правда, Миа еще где-то носится. Поскорее бы пережить эту чертову церемонию. Миа — моя законная жена. Кстати, ты помнишь, что у нас вечером мальчишник? Джейс задумал. Миа, конечно, не будет в восторге. Сомневаюсь, что и Бетани обрадуется. Но Джейс клянется, что мы просто выпьем в баре «У Рика», как хорошие мальчики, и никаких крайностей, чтобы не злить наших девочек.
Черт побери! Он совсем забыл о мальчишнике. Все его мысли занимала только Джоузи. Мальчишник. Редчайший случай посидеть с друзьями в непринужденной обстановке.
— Хорошо. К восьми буду. Там и встретимся.
— Тогда до вечера, — кивнул Гейб. — Успеха в твоих делах.
Гейб опять пытался разнюхать, что к чему, но Эш был начеку. Гейб скрылся в дверях своего кабинета. Эш вызвал лифт. Времени у него было в обрез. Только бы галерея не закрылась раньше.
Галерея занимала скромное помещение и не относилась к числу модных и активно посещаемых. Эш это понял сразу, едва войдя и оглядевшись по сторонам. На Манхэттене таких галерей полным-полно. Владелец выставлял работы молодых безвестных художников, о которых еще никто не знал и которые жаждали, чтобы их открыли.