P.U.M.E.
Шрифт:
Я промолчал.
— Давай вернёмся. Нахуй Висмуда с Аеоном, можем даже оставить эту говорящую железяку тут, украсть корабль и сразу на Титан.
— Висмуда мы и так оставим тут, — наконец произнёс я. — Смотри, — я поднял палец к небу, указывая на движущийся к планете свет.
— Ебучий случай. Кто это? — спросил Теодор.
— Не знаю, но кто-то очень хочет меня видеть.
Через время незваный гость приземлился рядом с нами. Трап открылся и по нему спустилась девушка. Я сразу почувствовал Пуму, исходящую от неё. Я чувствую её так же отчётливо, как и свою, будто она моя копия. Приглядевшись получше, я понял, что перед нами стоит Элис.
— Теперь уж точно:
— Спасибо, — прозвучал мелодичный женский голос, а её лицо расплылось в улыбке. — Ха-ха, ты тоже — ничего.
Её смех я узнаю из тысячи. Это точно она.
Хотелось задать множество вопросов: откуда? почему ты? как ты нас нашла?
Но я просто сказал: «Привет».
— И тебе привет, Сай, — поздоровалась Элис. — Он с тобой? — она кивнула головой в сторону Теодора.
На ней не было ни скафандра, ни СПК, вместо этого её голова была окружена барьером из Пумы.
— Я с ним, — уверенно ответил Теодор.
— Чудненько, мальчики, прыгайте на корабль, у меня осталось не так много топлива. Висмуда оставляем тут?
— Да, — ответил я.
«Неужели она читает мысли не хуже Раунда…» — удивился я.
— Откуда… Ладно. Всё потом, — сказал Теодор.
Было понятно, что он загнан в тупик и совсем не понимал, что происходит. Да и я, если честно, не понимал. Появление Элис должно было вызвать куда больше эмоций, но сейчас я практически ничего не ощущал. Защитные механизмы моей психики решили, что на сегодня для меня достаточно. Корабль снаружи напоминает наконечник стрелы. Мы зашли внутрь и сняли пропотевшие СПК. Элис села на единственный стул внутри напротив бортового компьютера и иллюминатора, а мы с Теодором упали на какие-то ящики в крошечном коридоре между трапом и Элис. Единственным преимуществом кораблей такого типа является скорость.
«Нам нужно будет поговорить с тобой тет-а-тет, когда прилетим. Соболезную твоей утрате» — Прозвучал голос Элис в голове. — «А пока — отдохните.»
Она махнула рукой и меня моментально отключило.
СОН
Кабинет окулиста-офтальмолога. Внутри сам врач и подросток лет десяти. На столе перед ребёнком лежат три пары очков с линзами разного цвета. И одна пустая оправа.
— Вот эти, — врач протягивает парню очки с розовыми линзами. — В них всё всегда радужно, но они, рано или поздно, разбиваются стеклом вовнутрь. Они олицетворяют любовь.
— Хочу посмотреть другие.
— Вот эти, с зелёными линзами, — мужчина в белом халате забирает одну оправу и даёт парню другую. — Они всё уродуют, превращая цветы в сорняки, а людей в зомби. В них будет плохо всегда, но никогда не станет хуже.
— Нет, не хочу, а вон те? — парень показывает на очки с чёрными стекляшками, которые почти не пропускают свет.
— В этих всё становится очень тусклым и тёмным. Отражение солнечных лучей в воде не заставит улыбнуться от боли, однако и отблеск от лезвия ножа, втыкаемого в спину, не будет заметен. Ты ещё слишком мал для них. Но решать тебе, —
Парень, закрыв лицо руками, начинает плакать.
— А откуда? — захлёбываясь слезами начинает парень. — Откуда? — он громко и продолжительно всасывает сопли. — Откуда, доктор, мне знать в какой иллюзии я хочу прожить всю жизнь?
Доктор молча выходит из кабинета, а парень начинает разбивать очки. Стол усыпан разноцветным стеклом. Руки парня изрезаны в кровь. Он склеивает стекляшки друг с другом, как пазл, но специально оставляет некоторые места пустыми. Ребёнок держит в руках пустую оправу и пару линз, напоминающих калейдоскоп.
— Доктор, я, кажется, выбрал, — произносит парень, когда дверь в кабинет вновь отворяется.
Глава 15. Титан
— Саймон!
Обволакивающе тёплый голос зовёт меня.
— Саймон, ну ка вставай. Хватит спать! Ты совсем не изменился, да?
Кто-то тормошит меня за плечо. Я открываю глаза и вижу сидящую надо мной Элис. У неё ослепительно яркие голубые глаза, миниатюрный милый носик и острый подбородок. Я что-то мычу и поднимаюсь с кровати.
— Ну неужели, — состроив грустную мордочку, произносит Элис.
Ей очень идут её маленькие губы. Она двигается чуть назад, освобождая мне место. Её хаотично постриженные, растрёпанные в разные стороны пряди, развеваются на ветру из приоткрытого окна. Низко посаженные ключицы и худенькие плечи обманывают, заставляя подумать, что она совершенно беззащитна. Мозг отказывается думать.
— Где мы? — язык вяжет, будто я выпил литр лимонного сока.
— Мы в комнате, — Элис улыбается. — А если конкретнее — сидим на кровати.
Сказанное ей является чистой правдой. Мы сидим в типичном гостиничном номере. Двуспальная кровать, стол с большим зеркалом, миниатюрный шкаф для вещей и мини-бар в углу. Над кроватью висит совершенно непримечательная картина.
— У меня ещё столько вопросов к тебе. Как…
— Я знаю всё, что ты хочешь у меня спросить, — перебила меня Элис, — но, к большинству ответов, ты пока не готов. Твоя голова забита понятным, но не позволяющим думать, желанием рвать и метать, — она замялась, а затем, кончиками пальцев, провела мне по щеке. — Я знаю, что не смогу тебе отговорить. Но с сегодняшнего дня я всегда буду рядом. Нас разлучили на слишком долгий срок.