Пациентка
Шрифт:
– Человеческое?
Она тут же приняла облик кокетливой светловолосой девушки:
– Скажи еще, что ты будешь тосковать, надеяться и как там еще? Ждать?
– Ждать. – Сказал он тихо и даже торжественно. – Надеяться и верить. Понимаешь, ты давно уже не была на Земле. Там сейчас тяжело. Тебе будет тяжело. Ты забудешь, кто ты.
– Зато я не забуду, кто ты-ы-ы! – она взлетела и взмахнула руками, как бабочка крыльями. – И пока я это буду помнить, мне сам Ар не стра-а-шен! – звонко пропела она.
– Все смеешься. – Он принял облик высокого бородатого
– Ты и меня забудешь. – Он тоже взлетел и завис рядом с ней. —Посмотри, какой сейчас уровень вибрации на планете. Когда ты начнешь двигаться вниз, ты постепенно потеряешь доступ к Библиотеке. Ты не сможешь проконсультироваться с Хранителями. Ты не будешь чувствовать меня.
– Но ведь это невозможно! В прошлый раз…
– В прошлый раз мы были вместе. Пойми же ты! Ты идешь одна. Я останусь здесь. Ты станешь простым человеком. Более того – женщиной. Земной. Ты будешь чувствовать себя чужой в том мире, будешь искать своих, будешь искать любовь, будешь отдавать ее всем, будешь светить. Но там мир двойственности. Зло будет сопротивляться, ты узнаешь боль и предательство, много предательства. Тебе будет казаться, что ты одна. Что ты брошена. Что ты потеряла связь с Отцом. Что твоя жизнь бессмысленна.
Помнишь, Ар показывал нам, как он это делает? Одна маленькая мысль о своей смертности и все. Человек живет в страхе и унынии. Ты забудешь, что бессмертна. Я знаю, что Совет утвердил твою кандидатуру. Но это сложная работа. – Он протянул ей руку и серьезно посмотрел в глаза.
– Пойми и ты, милый, дорогой мой, я не могу! – Она взяла его руку и прижала к сердцу. —Я не могу не пойти! Я сотворяла на этой планете океаны. Я столько труда уже вложила в ее красоту. Я ее люблю! И это шанс. Она же не может перейти на новый уровень, не превзойдя свою инертность и ограничения. Я покажу, как это сделать. Как справляться с тенью. Как жить по-настоящему, как быть Человеком. Я научу их! Все будет хорошо. – Она еще раз глянула в пространство и перед ее взором пробежали сначала страшные, а потом радостно-цветные картины.
– Все будет хорошо! – еще раз с убежденностью произнесла она. – Я буду любить!
В это время в зал просмотров в Библиотеке вошел, а вернее, вплыл, зеленоокий красавец Ар. Его чешуйчатое тело также отливало изумрудно-зеленым, а в середине каждой чешуйки сияло золотой монеткой маленькое солнце. Золотой же была и грива роскошных волос, стекающих с головы на гибкую спину. Весь его вид приводил в восхищение.
– Алеона, все хорошеешь, привет, Тао! – поприветствовал он влюбленных. – Хорошенькое платьице. Розовенькое. Почем материальчик? Где достала? – Из изумрудного тела вытянулось щупальце и схватило краешек подола.
– А тебе к лицу зеленый. – Алеона хлопнула его ладонью по клешне
– Благодарю, – он тряхнул гривой. – Я еще не решил. Но ты запиши свой комплимент в «Хрониках», а то ж забудешь на Земле. Тут некоторые, – он покосился на Тао, – тебя уж так напугали, что я аж-ж с-сам вес-с-сь дрожу. – Ехидно просвистел он.
– А ты откуда знаешь? – Спросила Алеона, подыгрывая.
– Ну как же. Подслушивал. – Буднично ответствовал он.
Алеона засмеялась.
Способности Ара слышать все мысли, человеческие и космические, и оказываться в любой момент в любой точке любого измерения, были известны. Поэтому подслушивать исподтишка было нелепо. Это же по-человечески. Ару, чтобы получить какую-то информацию в ее земном понимании, нужно было просто сконцентрироваться и сонастроиться: он смотрел и видел, слушал и слышал.
Ар улыбнулся ослепительной манящей улыбкой.
Вокруг сразу разлилась энергия сладкой и тягучей неги.
«Ох, умеет же. Еву можно понять, хотя, конечно, переврали многое», – подумала Алеона. Ее мысли были перехвачены обоими мужчинами, и они дружно засмеялись. Ар вспыхнул теплыми разноцветными искрами.
– Ну почему ты выбрала этого книгочея? Ты же из Любящих. И я тоже. Мы бы творили такие миры страсти… Это была бы Высшая Тантра, м-м-м… Я своей эротикой, а ты своим сердцем. Вся Вселенная бы пела. – Эфир вокруг него раскалился и пошел алыми всполохами. И вдруг погас и потускнел. —А теперь мне приходится порождать любовь только на уровне каких-то мелких страстишек и делать всю черную работу на Земле.
– Ты опять за свое! Не начинай! – Все трое снова засмеялись. С этого ритуала начиналось любое их общение. Алеона и Ар росли и воспитывались вместе, их главной силой была Любовь. Но была она очень разной: у него – полная сладострастного упоения, у нее – сердечная и самоотверженная.
– Алеона, тебе тяжело придется. – Посерьезнел Ар. – Я уплотнил завесу, закрыл все доступы к нашему миру, практически не оставил никаких ходов. Нет, они есть, конечно, но тебе, чтобы преобразовать тьму, нужно будет пройти через…
– Да знаю, знаю. – Нетерпеливо прервала его Алеона. – Ну, ты сам слышал. Тао меня пугает полной потерей памяти. И что я даже его забуду и буду страдать. Или как правильно?
– Страдать, да. Это когда Свет сокрыт для тебя, и ты блуждаешь во тьме, как слепая. Даже я не смогу помочь тебе. Я не смогу уменьшить твои страдания.
– О чем ты говоришь! И даже не вздумай! В этом же и суть! Как иначе я наработаю энергопотенциал? Мне же нужно преобразовать боль в свет. Боли должно быть много. Да вы не переживайте, мои любимые. А то я сама уже начинаю переживать. – Она засмеялась, и словно нежный небесный колокольчик тряхнул своей головкой и хрустально зазвенел.
– Ну ладно. Прощайтесь. – Ар засиял игривыми красками. – А то меня так и тянет устроить вам семейную сцену. Тем более, вы в телах.
Алеона обняла Тао. Они соприкоснулись сердцами, и он излил в ее сердце всю силу своей веры и надежды.