Падение рая

Кумин Вячеслав

Группа прошла мимо одного такого сражения. В углу валялось два «ХК-12С», а напротив них человек десять экипажа. Подсчитать точно с ходу не представлялось возможным, и упорствовать никто не стал. У многих тел не хватало конечностей, а некоторые просто разорваны в клочья.

– Ужасная картина, – сказал один из солдат, поддевая что-то носком сапога.

– Меня другое волнует, – произнес сержант, стоя над поверженными роботами.

– Что? – не понял лейтенант.

– Где их автоматы?

– Черт…

Роботы

действительно оказались безоружными. Кому-то оказалось под силу унести их двадцатикилограммовые пушки и еще более тяжелые картриджи с боеприпасами.

– Ладно, двигаемся дальше.

Вскоре попался первый «двенадцатый», подбитый трофейным оружием, у него автомата и боеприпасов также не оказалось. Это для нападавших начинало приобретать какой-то зловещий оттенок.

– Плохо дело. Они так и отбиться смогут, – произнес Галс.

– Крепкие у них ребята.

– Или одну пушку вдвоем носят.

Разгорелся короткий спор между солдатами, прекратившийся сам собой при внезапном появлении чужих.

В стене в сторону отъехала одна панель, и из помещения вышло несколько матросов.

Пушку робота те действительно носили вдвоем. Один таскал сам автомат на наспех сделанном ремне, перекинутом через плечо и шею, словно от котомки, второй стоял в шаге от стрелка и нес короб с патронами на плече, от которого к автомату шла транспортерная лента. Видимо, короб был наполовину пуст, ибо носильщик не особо напрягался, хотя имел довольно хлипкое телосложение.

«Проворонили! – с досадой и сарказмом подумал Камышов: – Ну как же, бой здесь уже прошел, чего опасаться?!»

Однако лейтенант понял, почему противник не стреляет – перед ним стояли люди, а не роботы, и это сбило их с толку. Увидеть здесь людей никак не ожидали.

Замешательство длилось какую-то секунду, но этого хватило, чтобы лейтенант приподнял свой «аддер» и первым нажал на спуск.

Длинная очередь из штурмового автомата буквально выкосила маленький отряд из пяти человек, пробивая хлипкие, чисто символические бронежилеты насквозь.

К поверженным подошел один из солдат, чтобы уже привычно проверить работу и, если потребуется, доделать ее.

– Кажется, один живой, – сказал он, ногой откинув неподвижное тело с другого человека, лежавшего на полу.

– Везунчик…

27

Матрос действительно оказался жив, он часто дышал, но объяснялось это не тяжелым ранением, а банальным страхом.

Матроса все же легко ранило в ногу. А в том, что он не предстал перед всевышним, провинился бронежилет, сдержавший пулю, которая попала в него, предварительно пробив насквозь впереди стоящего матроса.

Раненый очнулся и заплевался кровью, видимо, удар оказался все-таки достаточно сильным.

– Ты меня понимаешь? – спросил лейтенант Камышов раненого, включив автопереводчик.

Тот

кивнул, но вдруг разразился длинной тирадой, из которой автопереводчик смог распознать и перевести два слова: «смерть» и «неверный». Потом уже тише спросил:

– Кто вы?

– А это так важно?

– Вы не земляне…

– Почему? – удивился Роман. – Самые что ни на есть земляне…

– Вы с оружием. Земляне не приемлют насилия, – отплевываясь, пояснил пленник и добавил с превосходством в голосе: – Эти сопливые хлюпики падают в обморок от одного вида оружия. Они не достойны жить…

– Ах, вот ты в каком смысле! – дошло до Камышова, что имел в виду пленный матрос. – Но что-либо объяснять я тебе не собираюсь. Где находится капитанский мостик?

Фанатичный матрос демонстративно отвернулся, показывая, что не намерен разговаривать с какими-то неверными.

– Все старо, как мир, – устало произнес сержант Галс, доставая нож.

Ему были знакомы вот такие фанатики мальчишки, наслушавшиеся проповедей, вставшие на путь войны, но, как правило, так или иначе их удавалось разговорить. Правда, попадались и такие, которые молчали до самого конца.

– Лучше скажи сразу, сохранишь себе здоровье, а главное жизнь, ну а нам сэкономишь время. Давай, парень, не жеманься. А то буду мучить тебя долго и больно…

Пленник по-прежнему остался невозмутим, дескать, режьте меня, все равно ничего не добьетесь.

– Хм-м… У тебя наверняка есть невеста, – продолжил сержант почти задушевным тоном, показывая, дескать, здесь все свои. – Ведь есть?… Вижу, что есть. А теперь подумай, на кой хрен ты ей будешь нужен без яиц?

Сержант Галс недвусмысленно взялся за пояс штанов пленника и направил туда руку с ножом. Дальше пленник невозмутимым оставался недолго, закричав:

– Стойте!!! Я скажу!

– Ну вот, так-то лучше…

Лейтенант Камышов улыбнулся, этот прием сержанта был практически безотказным.

Пленник рассказал все и даже попытался нарисовать схему движения на бумаге. По всему выходило, что группа была не так уж и далеко от места назначения.

Роман взял две запасные наклейки со штрихкодами из кармана и налепил их на матроса: одну на лоб, другую на спину – и, отбив руку матроса, попытавшегося снять наклейку со своего лба, добавил:

– Не советую их терять, пойдешь с нами, и будем надеяться, что ты не наврал.

– Кто вы?

– Земляне, но очень древние… Пошли. Совсем забыл, – стукнув себя по лбу, сказал Роман. – Старшина…

Но Виктор Фрейндлих его опередил, сам выйдя на связь.

– Лейтенант, мы «языка» добыли.

– Мы тоже…

Последовала короткая сверка информации, после которой Роман услышал в наушниках звук одиночного выстрела.

– Что произошло? – с беспокойством спросил лейтенант.

– Наш «язык» соврал.