Падение рая
Шрифт:
– И что теперь? – спросил пилот.
– Я думаю…
Камышов быстро соображал. Скорость челнока по сравнению с «охотниками» невелика, да и убежать за пределы звездной системы, даже если удастся чудом оторваться от боевых кораблей, не получится. Воевать с ними тоже глупо – легкое вооружение шаттла чисто символическое.
– Какой из них самый быстроходный? – спросил Роман пилота.
– Тот, что в центре. Новая модификация «ИСИ-17», – пожав плечами, ответил пилот Самуил, не совсем понимая, что задумал
Точно этого не знал и сам Роман, но выявить самое опасное судно было необходимо.
– Выходи с ними на связь.
– Как прикажете…
Но соединиться Самуил не успел, командир трех «охотников» сам вышел на связь с шаттлом на открытой волне:
– Говорит капитан Аль Карами. Немедленно заглушите двигатели или будете уничтожены. Повторяю…
– Не стреляйте, не стреляйте! – истеричным голосом закричал лейтенант, да так, что запершило в горле и он, зажав микрофон рукой, вынужден был прокашляться. После чего продолжил: – Не стреляйте, у нас сильные повреждения! Спасите, у нас разгерметизация, мы заткнули пробоину, но кислорода осталось совсем немного! Спасите!
– Так-то лучше, – со смешком проговорил капитан Аль Карами и, будто оказывая величайшую услугу, приказал: – Стыкуйтесь.
– Спасибо вам, спасибо! Вы спасли нам жизнь! Не знаю, как вас благодарить!
Лейтенант отключил связь и продолжил:
– Стыкуйся с «семнадцатым». Численность экипажа «охотников»?
– Пятнадцать человек, – не стал упираться Самуил.
– Ладно. Алекс, посмотри за ним, – подозвав солдата, попросил Роман, а сам пошел в салон.
– Что там у вас происходит? – спросил старшина Фрейндлих.
Он, как и остальные, слышал истеричный голос командира, что на того совсем не походило, а потому не совсем понимал, что это означало. Но на всякий случай солдаты были вооружены.
– Правильно, – кивнул Камышов, глядя на оружие. – В правильном направлении думаете. Мы сейчас состыкуемся с кораблем противника.
– И нам его нужно взять? – не то спросил, не то уточнил сержант Галс.
– Именно. Впустим пару человек, пусть успокоятся. Сразу на рожон переть не будем. Устройте тут небольшой бардак. По легенде у нас произошла разгерметизация.
– Хорошо…
Солдаты попрятали автоматы за креслами и начали наводить «порядок». Сметали на пол все, что плохо крепилось, вывалив из бара и барной стойки все его содержимое. На пол полетело все тряпье из обнаруженного шкафчика: полотенца да халаты. Так что в создавшемся бардаке спрятать оружие не составило труда.
– Стыковка, – предупредил пилот после недолгих маневров.
Тут же последовал несильный удар, и над люком переходного отсека загорелась зеленая лампа, означающая, что давление между кораблями выровнено и можно открывать замки переходных люков, что тут же и сделали.
– Рожи поприскорбней
Люк открылся, и в шаттле первой показалась вооруженная пистолетом рука, и только вслед за ней появилось настороженное лицо.
Быстрые глазки матроса с «охотника» осмотрели внутреннее убранство, вроде бы все говорило о том, что здесь действительно случилась разгерметизация. О чем и последовал доклад командиру корабля:
– У них тут полный разгром, господин капитан, сплошной бардак.
В ответ что-то прошуршало.
Вслед за первым матросом в шаттл перебрались еще трое.
– Где оружие? – спросил один из них, подозрительно оглядывая неверных.
Видя, что больше никого внутри не будет, Камышов грохнулся на колени, причитая:
– Спасибо вам, спасибо! Вы спасли нам жизнь! Мы вам так благодарны!
Неся эту околесицу, лейтенант на коленях приближался к опешившим матросам, хватая их за штанины.
– Спасибо, спасибо!
Незаметно для матросов, наблюдавших за этой сценой, сместились несколько солдат, выбирая себе более удобную позицию.
Наконец матросов стало раздражать ползание у ног неверного, и первый, отталкивая Романа, снова задал свой вопрос:
– Где оружие?
Камышов перехватил ногу и повалил матроса на пол, блокируя руку с пистолетом. Это, в свою очередь, стало сигналом к действию для остальных солдат, и те несколькими ударами обезвредили оуткастов, не успевших выстрелить из пистолетов.
– Осталось двенадцать, – прокомментировал лейтенант и, завладев пистолетом матроса, метнулся к шлюзу. – За мной.
Через секунду в руках у солдат появилось оружие, и они один за другим стали проникать на борт «охотника».
Стоило только вступить на борт вражеского судна, как в непосредственной близости появилось пять вооруженных человек – по всей видимости, конвоиры, которые и должны были препроводить терпящих бедствие неверных на борт «охотника» и запереть их. Лейтенант с двумя солдатами и матросы чуть опешили, но первыми открыли огонь люди Камышова и он сам.
Роман подскочил к раненым матросам. Один из них оказался офицером.
– Ты кто?! – кричал Роман, тряся раненого за грудки.
– Л-лейтенант Х-хафин…
Камышов рывком поставил лейтенанта на ноги, чтобы не дать тому очухаться и что-то предпринять, благо тот был ранен в плечо.
– Веди в капитанскую рубку, быстро!
– Х-хорошо…
Лейтенант Хафин находился в шоковом состоянии, а потому не стал сопротивляться, тем более, что это бессмысленно, впрочем, как и петлять. Планировка корабля отличалась предельной простой, и заблудиться на нем было крайне сложно при всем желании.