Pain removal
Шрифт:
Он знает, что проводит Шерлока достойно — с поднятой головой, с гордо вздернутым подбородком и бледностью на лице. Да пусть слезы катятся рекой, а уголки рта отчаянно тянутся вниз, он сумеет сдержаться от сдавленного крика, рвущемся из груди.
Они сыграли свадьбу, как хотел Шерлок, как хотел только он, потому что Джону было неважно, что хочет он, ему было важно, чтобы Шерлок был счастлив. Теперь это был смысл жизни Джона — чтобы Шерлок умер счастливым. Это все, что ему нужно. И пусть свадьба была без поцелуя — Шерлок улыбался и это было главное. Ну и пусть, что
Джон видел, что Шерлоку становится все хуже — температура скакала, Шерлока постоянно мучили мигрени.
И совсем скоро, когда Шерлоку стало слишком плохо, Джон смотрел в глаза детектива и улыбался, в его глазах стояли слезы, потому что осознание того, что ты видишь последние вдохи любимого было ужасно. Джон знает — Шерлок умирает. Хочется закричать от несправедливости, но он держится и закусывает губу, из глаз сами собой катятся слезы, а Шерлок берет Джона за руку и сжимает её. Когда последний вырванный жизнью вдох стихает, Джон ещё пару секунд смотрит в остекленевшие глаза покойного мужа и оседает на пол. Он закрывает глаза и рвано выдыхает. Именно об этом он и мечтал — умереть в один день вместе с Шерлоком. Только вот Джон умрёт не от СПИДа, а от разрыва сердца, а доктор так и не проводит Шерлока достойно, хотя бледность лица в этом случае ему обеспечена.
====== 23.08.2017 ======
Фата мирно развевалась за спиной невесты, под руку её держал молодой человек лет 25, а самой невесте было 24. Девушка то и дело отвлекалась, ища кого-то сзади. И когда её глаза наткнулись на двух рыдающих мужчин, она сама чуть не пустила слезу
– Розамунд Мэри Ватсон-Холмс, согласны ли вы взять в законные мужья Эрика Роберта Габриэля Варнера?
– Да, – улыбнулась девушка.
– Эрик Роберт Габриэль Варнер, согласны ли вы взять в законные жены Розамунд Мэри Ватсон-Холмс?
– Да, – ответил Эрик, улыбаясь своей будущей жене.
– Прошу расписаться здесь, – регистратор тыкнула пальцем куда-то и, они поочереди расписались. – Прошу обменяться кольцами.
Розамунд надела кольцо на палец мужа и, Эрик надел кольцо на тоненький палец Розамунд.
– Можете поцеловать невесту.
Молодожены поцеловались и, Шерлок нахмурился, хотя по щекам все ещё бежали дорожки слез, а Джон умилялся. Как только молодожены расцепились, Розамунд, плача от счастья понеслась к отцам и со всей силы обняла их.
– Я так счастлива, – проговорила Рози, шмыгая носом.
– Не плачь, – Джон погладил её по спине, а Шерлок застыл, в упор глядя на жениха дочери. Он ему явно не нравится.
– Я должна вам кое-что сказать, – Рози отстранилась от отцов. – У вас скоро будет внук или внучка!
Шерлок удивлённо распахнул глаза, а Джон застыл с открытым ртом, как рыба ловя воздух.
– О Боже! – переглянувшись, закричали Шерлок и Джон.
– Тише, Эрик ещё не знает!
Шерлок рассмеялся и закрыл руками лицо.
Это был самый лучший день, но ещё лучший день наступит тогда, когда они возьмут на руки Стивена Оуэна
====== 24.08.2017 ======
«Путь. Идти… Домой. Идти. Путь. Путь. Путь… путь… пу… д…» — он осел на землю и громко выдохнул. Надо… Дойти…
Мысли не хотели складываться в слова, поэтому приходилось думать обрывками фраз.
— Пожалуйста… не пеки… так… сильно… — проговорил парень солнцу и закрыл глаза. Перед ними плавают круги, а во рту настолько сухо, будто внутри провели губкой и облепили все бумагой. Было трудно думать, так как солнечный удар он себе уже получил.
— Спасибо, я ненавижу тебя… — прошептал парень солнцу, падая в обморок.
— Очнись! Давай! — кто-то отчаянно пытался привести его в чувства.
Парень моргнул.
— Опа, вечер, — проговорил парень, моргая ещё раз.
— Дебил! Полез в самое пекло!
— Меня послали проверить проводку… — парень почувствовал подступающую тошноту. — Меня тошнит.
— Мог и не говорить очевидное, придурок.
— У меня имя есть.
— Пока тебя лечу я, твоё имя — придурок.
— Ты кто?
— Я Ватсон, военный доктор.
— Лечи меня, — парень раскинул руки в стороны.
— Придурок, — выдохнул Ватсон, видя, как вдалеке двое парней несут носилки.
— О Боже… Заткнись, замолчи, замолчи! — кричит Ватсон, слушая, как тот парень с перегревом бредит. Как он его раздражал…!
Это типа звали Шерлок, но тут его все звали Придурок или Дебил, потому что так его называл Ватсон.
Доктор не был уверен, что Придурок выживет — его организм крайне истощен. Ватсон вообще не знал откуда он взялся — он не видел его ни в одной роте, ни в одном полку, нигде вообще. Джон почти каждое утро обходит все полки, кроме 17 — в 17 полк отсылают наживку для противников — тобишь, добровольцев и психически больных, которые жаждали крови — что не человек для них, то враг.
Но этот вроде не псих. И не доброволец.
— Откуда он? — спросил Ватсон у мед. брата.
— Кто?
— Придурок.
— Вроде из первой Нортумберлендской. Он уже не новичок, но отсиживался в запасе — приказ сверху — не допускать его на поле боя.
— Значит, откатщик? — фыркнул Джон, разглядывая бледное лицо бредящего. На лбу и над губой у больного выступили капельки пота. С висков он уже струился.
Придурок закричал и заворочался, Джон сдержал его руки, парень пытался вырваться, но все его попытки были тщетны. Ватсон потрогал лоб парня и ужаснулся.
— Можете не переводить на него лекарства, он умрёт, — Джон отошёл от койки, где лежал Придурок и сожалеюще на него покосился. Он уже успел привязаться к сумасшедшим серым глазам и темным кудрям. И конечно, к безумно «острым» скулам.
«Смерть сожрет нас всех, а где и когда, уже не важно…» — вспомнил слова прошлого доктора этого мед. пункта. Как вы поняли, его уже сожрала Смерть.
Джон смотрел на прерывисто дышащего Придурка, пока остальные носились и кричали. Время для Ватсона будто остановилось, до этого крика: